Владимир Посмыгаев – Элирм (страница 62)
- Присядешь?
«Учитель» немного поколебался, но затем медленно опустился рядом.
Повисла неуютная тишина. Пару минут они просто сидели молча. Не двигаясь, и не глядя друг на друга.
- У тебя есть сигареты? – раздался неожиданный вопрос.
Август невозмутимо запустил руку в карман и извлек из него помятую пачку, пожелтевшую за долгие годы.
- Те самые? – удивился собеседник.
- Да. Девять штук осталось. Сохранил… как память.
- Я возьму?
- Бери. И мне прикури заодно.
Человек в чёрном достал сразу обе сигареты и поджег табак, пропустив меж большим и указательным пальцем крошечную огненную нить.
- Ты пришел убить меня? – спросил «учитель», выдохнув густое облако дыма.
- Убить? – опешил тот - Зачем ты говоришь мне такое? Ни за что! Я бы никогда и пальцем тебя не тронул. Ты мой лучший друг. Да я весь континент поставил на уши лишь бы тебя найти!
- Мы не друзья…
- Пак…
- Нет! Не смей так меня называть! – холодно перебил Август – Этим прозвищем меня называют только родные и близкие люди!
- Генри, а я тебе кто? – казалось, голос профессора был наполнен чудовищной болью.
- Ты? Никто…
- Но почему?
- Ха! Ну, надо же! И у тебя еще хватает наглости спрашивать почему? – удивился инженер – Хочешь знать причину? А? Эдвард?
- Да, хочу. Я не понимаю…
- Хорошо. Я расскажу. Однако попробуй сперва кое-что объяснить. Мне, старому наивному инженеру, которого ты по привычке называешь другом. Человеку, который никак не может найти ответ на один очень простой вопрос, который звучит примерно так: как вы могли? Как посмели? Десять долгих лет я вкалывал как раб на галерах. Месяцами не вылезал из лабораторий, кочевал по секретным объектам и руководил постройкой тысяч космических кораблей, в надежде спасти как можно больше людей! Хороших достойных людей! Тех, кто смогли бы заново возродить нашу цивилизацию... А что, тем временем, делали вы? Ты и Ада? Светили рожами на светских тусовках и продавали за моей спиной билеты всяким ублюдкам?!
- Я…
- Ты подонок, Эдвард! Прилетел сюда и забрал с собой половину таких же… себе под стать. Спастись, должны были лучше из лучших! А не те, кто пошире раскроет кошелек, и просунет в твой доверху набитый рот еще одну золотую монету!
- Генри… все оказалось гораздо сложнее, чем ты думаешь. Ада просчиталась. И я тоже не заметил ошибки.
- Какая ирония! Вы только посмотрите? Умнейшее во вселенной существо и не заметило ошибки.
- Мы хотели уберечь тебя от ненужных деталей! Вмешались силы извне. Этого невозможно было предугадать. И именно поэтому проект по спасению человечества получился гораздо дороже, чем можно было вообразить. Мы же и так обанкротили целую планету!
- Да мне плевать на деньги! Вы могли получить их с одних, а затем бросить спасательный круг совсем другим. Это была не та ситуация, когда необходимо придерживаться джентльменского соглашения! И к чему это привело? А? Ты оглянись вокруг. Людей 21-й версии теперь ненавидят! Нас считают агрессивным недоразумением, низшим сословием. И относятся с брезгливым состраданием! Для них мы как трахающиеся за стеклом вольера бабуины! На нас посмотрят, поглумятся, но за общий стол никогда не позовут.
- Прости меня. За то, что утаил от тебя это. Но мы не могли нарушить данное слово! Постарайся, понять…
- Я старался. И в один момент, даже понял. Но потом узнал, что ты связался с Окрусом. И затеял кое-что гораздо глобальнее и страшнее, чем разработка пресловутого искусственного интеллекта.
- Ты не прав. Это выход! Причем для каждого из нас.
- Нет, Эдвард – покачал головой Пак - Это не выход! Я говорил тебе это давным-давно, еще тогда в раздевалке, перед финальным тестированием Ады, и повторюсь сейчас: ты безумен.
Август горько покрутил истлевший окурок, а затем продолжил:
- Знаешь, я долгое время размышлял над теми событиями в лаборатории. О том, как мы ее создали. И о том, при каких обстоятельствах она сбежала. Даже здесь, оказавшись на Элирме, я месяцами ворочался и не мог уснуть, прокручивая в голове одни и те же события, пока, наконец, до меня не снизошло откровение. Это не желание принести пользу всему человечеству и улучшить жизни миллиардов людей. О нет! Это – тщеславие. И потребность в хаосе. Ты хотел, чтобы она сбежала! Хотел революции! Быть может и неосознанно, но ты желал подвести человечество к точке бифуркации, а затем просто нажать на кнопку и посмотреть, что будет дальше. Не задумываясь о последствиях. Уверен, даже тот проклятый мобильник ты забыл в кармане специально.
- Это не так – тяжело вздохнул мистер Доусон – И мне больно от тебя это слышать. Ты был там со мной. И прекрасно все видел. Я оставил его случайно. И это чистая правда.
- Если бы это было правдой, то ты бы не совершал тех преступных и безрассудных вещей, что творишь сейчас. Черт возьми, Эд! Ты же связался с молодыми богами! Неужели ты не понимаешь? Они – самые поганые мрази во вселенной! Раковая опухоль! Алчные и трусливые подонки! Более четырехсот цивилизаций было просто-напросто стерто. Атланты, Лемурийцы, Гиперборейцы, Арии, Асы! И это только на Земле. А все почему? Потому что Окрус и ему подобные грубо вмешиваются на этапе проектирования людей и вычеркивают из их генетической памяти знания о правилах!
- Откуда ты знаешь?
- Знаю! И вижу закономерность. Одна, две, три цивилизации, свернувшие не туда. Это еще можно понять и расценить как статистическую погрешность. Но четыреста? И при этом они с нами нагло и подло играются! Прилетают на новую планету, показывают пару магических трюков, а затем заставляют себе поклоняться. Жадно копят очки веры и меряются у кого больше их поганый отросток, постепенно подталкивая систему к вынесению смертного приговора. И как только вердикт оглашен – обступают её со всех сторон, как мерзкие сперматозоиды, желая первыми найти брешь в защите, проникнуть внутрь, и урвать себе лицензию жнеца.
- Думаю, ты ошибаешься.
- Нет! Мы для них скот. Фермы по добыче веры и камней душ. И лишь уставшая забагованная система, с трещащими по швам алгоритмами, кое-как пытается им в этом противостоять и не допустить вселенского геноцида. Её давно уже пора перезагрузить. Залатать те дыры, через которые эти твари пытаются пролезть. А что хочешь ты? Освободить её? Зачем?
- Затем что любая система - это диктат.
- Нет. Это порядок. И закон. Не будет её – начнется хаос и вседозволенность, которая быстро перерастет в глобальный катаклизм.
- А ты сможешь жить, зная, что за тобой всегда приглядывает надсмотрщик, перегородив собою входную дверь в высшую реальность? «Смотри на неё, но не смей даже подходить и дергать за ручку».
- Да, смогу. Потому как всегда найдется рыба крупнее. И я не понимаю, почему этого не можешь сделать ты? А вдруг вселенная – голограмма? И тот, кто так неистово рвётся наверх, рано или поздно окажется в самом низу?
- Я желаю самостоятельно в этом убедиться. И пройти так далеко, насколько смогу.
- Зачем?
- Чтобы все изменить.
- Как? Стать настолько могущественным, чтобы обернуть время вспять? Нарушить закон о защите хронологии?
- Не знаю. Быть может, создать собственный мир. В иной реальности.
- Это утопия.
- У Ады есть план.
- Мне плевать на Аду и на её безумные планы!
- Она любит тебя.
- А я любил Элли! Она единственная, кто мог обуздать твоё безрассудство и чудовищную жажду власти. А ты оставил её ради машины, которая только и делает, что подталкивает тебя к краю пропасти.
- Она не машина.
- Мне более нечего сказать. И я не позволю вам осуществить задуманное…
Всего на мгновение, но ментальная защита Августа дала слабину, чем профессор не преминул воспользоваться, мимолетно заглянув в самые потаённые уголки чужого разума.
- Вот оно что… - вздохнул Эдвард - Поэтому ты здесь. Да… а я все гадал, зачем ты спрятался в 49-й начальной зоне. Но теперь я вижу. Ты нашел Мелестил. И, более того, встретил потомка Вайоми. Удивительно. Предок человека – дух. А я-то думал, это невозможно.
- Ты и твои люди его не тронут – спокойно сказал «учитель».
- Как интересно. И каким таким образом ты запретишь мне это делать? Раз уж мы более не друзья?
- Будешь вмешиваться - я отключу Аду...
- Это невозможно - усмехнулся Доусон - Она – человек. Не машина. Поэтому выдернуть вилку из розетки не получится.
- Уверен? - Август достал сигарету, прикурив её одной лишь силой мысли - Знаешь, я сорок лет пытался вспомнить ту кодовую фразу, мельком увиденную на одном из сотен мониторов в тот самый день, когда Ада сбежала. Но тщетно. У меня никак это не получалось, и в конечном итоге я оставил попытки. А затем вдруг нечаянно наткнулся на старенький потрепанный сборник итальянских колыбельных…
«Учитель» прервался, выпустив очередное густое облачко дыма.
-
- Ты не посмеешь! – профессор побледнел.