Владимир Посмыгаев – Элирм IV (страница 19)

С громким скрежетом с Адмирала полностью слетела стальная оболочка, и мы снова ускорились.

Разумеется, это был плюс, но также появился и существенный минус. Теперь нам достаточно любого более-менее крупного снаряда, чтобы пыхтящее «судно» развалилось на части.

— Господин Эо! Тяги по-прежнему маловато! Еще хотя бы тонны четыре! — проорал из машинного отделений гном.

Я осмотрелся вокруг. Всё, что можно было снять, мы уже сняли. Хотя…

— Гер, надо отвинтить грузовой пандус и подъёмный механизм! В них килограмм триста-четыреста!

— Понял.

Вооружившись инструментами, танк перевесился через край напольного люка.

Тем временем я повернулся в сторону орков.

— Вы! Еще раз пройдитесь по салону и избавьтесь от всего лишнего. Даже от дверей. Затем выбросьте инструменты и перелезайте на Атласа, пока место не кончится. Кто останется тут, должны снять с себя всё оружие и доспехи!

— Эй, а че это ты раскомандовался? — прорычал Гром — Оружие и доспехи говоришь снять? Так может, нам еще и посрать всем до кучи? Того и глядишь кило двадцать все скинем!

- Надо будет — я сам из вас всё дерьмо выдавлю — прогудел Гундахар — А еще блевать заставлю и ноги оторву, чтобы в Велнарина поместились. Поэтому за работу, ленивые черти! Каждая секунда на счету!

Орки бросились врассыпную.

— Спасибо — кивнул я.

- Да нахрен мне твое «спасибо»?! — поморщился игв — Иди бомбарду упрячь! И крепления с балками тоже сними!

Я вернулся в орудийный отсек.

Параллельно с этим, Герман открутил последний болт, и погрузочная рампа с грохотом отвалилась.

— Влад! Тут под днищем закреплены запасные оси, арматура и пара колес!

— К черту их! Выбрасывай!

Секундой позже послышалась череда звонких ударов, визг тормозов и грохот аварий.

— Готово!

К сожалению, мы этого не увидели, но сброшенные танком предметы, отскочили от земли и вдребезги раскурочили пару «Ежей».

— О! Я два уровня получил!

— Поздравляю.

- До обрыва пять километров. Цепляю буксировочные тросы!

Атлас выстрелил по нам специальными гарпунами и резко дал по газам.

Мы снова ускорились.

Внезапно, позади что-то хлопнуло, и Адмирал начал страшно вибрировать. Следом я почувствовал стремительное повышение температуры и влажности. Одна из труб треснула пополам, и теперь раскаленная струя пара извергалась прямо в салон. Все поверхности разом запотели и начали покрываться каплями конденсата.

— Готэн, у тебя там всё в порядке?!

— В каком смысле в порядке, господин Эо?! — проорал гном — Нет, не в порядке! Всё просто ужасно! Левая турбина вышла из строя! Еще немного и правая тоже накроется!

— Починить сможешь?

Ответа я не услышал. Лишь увидел боковым зрением, как дворф сосредоточился и применил очень странное заклинание. То ли обернул для трубы время вспять, то ли просто приказал ей восстановиться. Так или иначе, но два искореженных куска металла потянулись друг к другу и слились воедино, будто бы поломки и не было.

Вибрации прекратились.

— Охренеть! — Герман тоже это заметил — Способности инженеров?

— Механиков, если точнее — Готэн грустно посмотрел на обуглившиеся ладони — Честно говоря, не думал, что у меня хватит сил. И более того, я повысил прочность котла. Теперь не взорвется.

— Господин Готэн, вы — молодец! — улыбнулся я.

— Ага, только теперь я без рук и без ног. Словно червь, которого вот-вот сожрут серые плуксы.

- До обрыва четыре километра. Господин Эо, стихиалиум!

Я высунулся в окно и, прицелившись, материализовал проекцию ампулы у Мозеса на коленях. При этом успел оценить окружающую обстановку. Позади занимался рассвет, и «Акульи Жабры» стали видны как на ладони. В это мгновение я и понял, что что-то не так.

— Вел, кажется, мы договаривались, что двинемся к наиболее узкому участку каньона?!

- Всё верно, господин Эо.

— Тогда какого черта мы забираем правее?!

- Прощу прощения, но наши планы пришлось срочно откорректировать.

— Зачем?!

- Полагаю, наша главная цель — избавиться от погони, так?

— Да.

- И не допустить того, чтобы нас преследовали по ту сторону?

— Да.

- В таком случае, мы на верном пути. Пятьдесят четыре метра она легко перепрыгнет, а вот восемьдесят два уже точно не сможет.

— КТО ОНА?!

- Кумбха, господин Эо. Стальная Вопленица или просто ШлюХана. Вторая любимая игрушка седовласого игва. Правда, почему-то сейчас над ней реют знамёна Небесного Доминиона и Райза. Кстати, вы можете легко рассмотреть её в зеркало заднего вида.

— Мать твою…

С замиранием сердца я обернулся назад и тотчас же захотел провалиться сквозь землю. А точнее — трусливо спрятаться или сигануть в портал, чтобы улететь как можно дальше отсюда. Ибо за нами поспевало самое настоящее чудище. Что именно это было — не ясно. Но выглядело оно так, словно закинувшийся галлюциногенами дизайнер додумался смешать роторный экскаватор, бигфут и кальмара.

Гигантские колеса, каждое размером с Атласа, огромные выхлопные трубы и механические щупальца с манипуляторами на концах, что цепляли разбитые тачки и бросали их в пылающую печь, заливая землю дождем из расплавленного металла и пластика. Там они перерабатывались и встраивались в общую конструкцию Кумбхи, отчего она, словно трансформер, ежесекундно обрастала всё новыми деталями. Я видел, как на её корпусе буквально из ниоткуда появлялись шипы, гарпуны, пусковые установки с заряженными в них масляными бочками и абордажные мостики. А каждое открытие топки сопровождалось протяжным звуком, напоминающим плачь. Ну, точно, вопленица.

— Во имя тринадцати! Это же Сталежар… — в ужасе прошептал Готэн Либен — Да как он смеет называть творение дваргийского бога своей шлюхой?!

- Это не он, господин Готэн. А подделка, слепленная из ранних эскизов — отозвался Вел — Ягрум Багарн никогда бы не создал такое убожество. Тем более, пожирающее себе подобных. Фу! Ненавижу каннибалов. Кстати, до обрыва три километра.

— До прыжка! Говори, пожалуйста, до прыжка! Не до обрыва!

- Как пожелаете.

Внезапно по глазам ударила яркая вспышка и на мгновение ночь превратилась в день. ШлюХана исторгла из себя потоки пламени, что распростерлись буквально от горизонта до горизонта.

- Какой день! Какой чудесный день! — послышался крик Сакуал Хана — Сегодня братцы! Сегодня я обнулю Гундахара и с чистой совестью покончу с собой! Так наполнится же славой и триумфом сей величайший миг! Сегодня мы оба погибнем, а затем будем вечно пировать в Криолитовых Чертогах Зунгуфа! Мы станем возлюбленными братьями, и больше не будем бояться, что нас осудят! УР-РА!

- Энквиэ тхон… — шокировано прогудел Гундахар — Он сказал «возлюбленными братьями»?! Что это значит, черт подери?!

— Кажется, это означает, что Сакуал Хан… — Герман задумался, подбирая подходящее слово.

— Гомосек — ответил я за него.

- ЧТО?!?! — взревел рыцарь смерти — АХ ТЫ ПОГАНЫЙ ВЫРОДОК!!!

В ярости игв высунулся в окно и принялся обстреливать ШлюХану из «урканобоя».

По большому счету колья не наносили машине серьезного урона и попросту вязли в броне, но Гундахару было плевать. Он перезаряжал батареи снова и снова, не переставая при этом грязно материться.