Владимир Посмыгаев – Элирм II (страница 6)
Глава 2
— Тьфу ты — в сердцах сплюнул я — Думал снова враги, ан нет — система.
— Вот и славно — танк по-прежнему лежал внутри границ одного из базальтовых цилиндров, при взгляде сверху отдаленно напоминая собой живое воплощение картины Витрувианского человека — А почему тогда холодом понесло, как от портала?
— Так сундук доставили.
— А-а-а — Герман кое-как перевернулся на живот в попытке разглядеть материализовавшуюся неподалеку награду: потемневший от времени серебристый контейнер, украшенный вязью рунических символов с минорными вкраплениями драгоценных камней — Заберешь?
— А ты не хочешь со мной? — удивился я — Это же самое интересное: разбор лута и дележка добычи.
— Уа! — подтвердил Хангвил.
— Хочу, но мне что-то совсем нехорошо…
— Прям настолько?
— Ага.
— Да что с тобой? — я сконцентрировал внимание на показателях напарника и ужаснулся: шкала здоровья медленно, но верно подползала к критической отметке, теряя по одному проценту буквально каждые пару секунд.
— Не знаю. По всей видимости, какое-то внутреннее кровотечение. Регенерация не справляется.
— А ингаляторами пользоваться разучился?
— Так кончились.
— А у меня спросить? В заначке как раз оставалась парочка. И в довесок практически нетронутый запас зелий от Августа.
— Мне неудобно постоянно клянчить у тебя, то одно, то другое. К тому же они дорогие. По 10 золотых за штуку. И так задолжал тебе больше сотни.
— Ох, Герман, Герман. Неудобно писать в поезде — проворчал я, а затем наклонился, приподнимая голову друга и впрыскивая живительную аэрозоль в послушно раскрывшуюся пасть — Нашел время скромничать и косплеить сиротку. Проще помереть, да?
— Угу.
— Нет, так дело не пойдет. И давай договоримся на будущее: пока мы путешествуем и терпим невзгоды вдвоём или того хуже — находимся в бою, то у нас не будет разделения на «твоё» и «моё». По крайней мере, в том, что касается расходников. Поэтому еда, ингаляторы, зелья, боеприпасы и батареи с таблетками с настоящего момента становятся общими. И я это говорю не с целью продемонстрировать всю широту русской души, а исходя из собственных эгоистичных соображений, потому как не хотелось бы с трудную минуту получить от тебя мотивированный отказ с аргументом, мол, извини не дам, свои надо иметь.
— Ты прав, хорошо. Но следующую партию все равно покупаю я.
— Договорились — я ухватил танка под локоть, помогая тому встать на ноги.
— Кстати, спасибо — качок протянул мне эпический меч — Возвращаю.
— Не надо, оставь себе. Подарок.
— Серьезно? — гримаса боли резко сменилась удивлением и счастливой почти детской улыбкой.
— Абсолютно. Ты же сам говорил: «идеальное оружие для танка». Вот и бери. В вечное безвозмездное пользование. К тому же мой посох выглядит круче.
— Спасибо, ё-маё!
Напарник крепко обнял меня здоровой рукой, нечаянно шлепнув по заднице плоской стороной клинка. Фухтель — улучшенный интеллект немедленно напомнил определение.
— О, обнимашки! Как мило — я деликатно похлопал Германа по плечу, не уставая поражаться его габаритам. Вот вроде бы и сам не маленький: 185 сантиметров ростом, однако все равно почти наголову ниже его — Кстати, слово ё-маё обычно используется в негативном ключе.
— Ой! Тогда спасибо…едрить-колотить!
— Ладно, сойдет — я безуспешно попытался освободиться из железных объятий, затем выдержал короткую паузу и попробовал снова — аналогичный результат — Гер, может это, хватит? А то Хангвил уже подозрительно смотрит.
— Да, прости. Просто до настоящего момента мне еще никто и никогда не дарил ничего дороже полтинника евро.
— Хм, а родители тебя не баловали. Я-то думал у меня жизнь не сахар.
— Так не было их. Погибли в 2020-м.
— Оу… — мне вдруг резко стало стыдно за то, что минуту назад я обозвал Германа сиротой — Мои соболезнования. Корона?
— Нет, пьяный сирийский беженец. Угнал машину и вылетел на встречку, удирая от полиции. Сам тоже погиб, но уже по дороге в больницу.
— Вот скотина.
— Угу. Но ничего. Это было давно. Я их и не помню почти.
Повисла неловкая пауза.
— Ладно — я попытался соскочить с болезненной темы — Идем за наградой?
— Да, пошли.
— Уа!
Кошачий медведь, казалось, только этого и ждал. И как только мы взяли курс на центр арены, резво запрыгнул мне на плечо, и дважды ткнул мокрым носом в небритую щеку.
— Дружище, разумеется. Ты целые сутки нас защищал, и потому теперь можешь смело брать всё, что захочешь. Как говорится, долг платежом красен.
— Ур-р-р — послышалось довольное урчание.
— Вот только не хватайся за то, что определенно точно тебе не понадобится. И в особенности за заклинания, если таковые найдутся.
— Уа?!
— Конечно, серьезно. А в чем, собственно, дело?
— У-а!
— Кто обманщик? Я? Я разве сказал: «бери все, что захочешь?».
— Да, секунд двадцать назад — подтвердил Герман.
— Серьезно? Странно, я не помню. Видимо это его «природное обаяние» на меня тоже влияет…
— Уа!
— Ладно, ладно, хорошо. Можешь брать все, что угодно, раз обещал. Хитрый маленький гипнотизер.
Стоило нам подойти и откинуть крышку сундука, как зверек пулей юркнул внутрь, активно пошуршал и все также стремительно выскочил обратно, цепко удерживая зажатую в мохнатой лапе колбу со светящейся посередине фиолетовой каплей.
Я обреченно застонал, наблюдая за тем, как кошачий медведь выкорчевывает пробку.
— Ну, естественно… заклинание. Разве могло быть иначе?
Хлоп!
Хангвил телепортировался на десяток метров вперед, затем обернулся посмотреть нашу реакцию и, встретившись со мною взглядом, радостно завилял хвостом, точь-в-точь как собака. И это была настолько искренняя, милая и полностью обезоруживающая картина, что я не смог удержаться и улыбнулся в ответ, показав рыжему мошеннику оттопыренный палец. При этом немного наклонил корпус вперед и сквозь зубы процедил изучающему внутренности сундука Герману:
— Это был микропортал…
— Сочувствую.
Хлоп! Хлоп! Хлоп!
Пушистая макушка хаотично замелькала по арене, исчезая и вновь появляясь в коротких красочных вспышках, отчего-то каждый раз разного цвета: белые, серебристые, фиолетовые, зеленые, желтые.
— А ему идет — некоторое время качок с интересом наблюдал за скачущей пуньей, после чего с едва заметной ноткой зависти дернул щекой и вернулся к изучению лута.