Владимир Посмыгаев – Элирм II (страница 45)

— Я готов.

Я заглянул в самое сердце живого воплощения зла, как вдруг краем глаза заметил, что Герман пристроился сбоку.

— Дружище — я повернулся к изрядно состарившемуся напарнику — Прошу останься и пройди это испытание до конца. Вместе с Хангвилом. Я пойду туда один, без тебя.

— Не указывай мне, что делать — мягко улыбнулся Герман и скрылся во тьме.

Я шагнул следом.

Пространство и время исчезло. Я падал вниз, ощущая, как распадаюсь на атомы. Стремительно превращаюсь в ничто, погружаясь в глубокую бездну антивселенной, когда в самый последний момент невидимая рука грубо выдернула меня из небытия.

Урок усвоен. Испытание «Врата Аргентависа» успешно завершено.

Глава 9

…после вас, доблестный воин. И Герман, поскольку мы еще живы, то я хочу, чтобы ты знал: если пойду я и долиною смертной тени, не убоюсь я зла, потому что ты со мной. Твой меч и его посох — успокаивают меня.

— Ох, и угораздило же взять к себе в группу второсортного актера…

Я сделал шаг вперед.

Всего один единственный шаг сквозь приоткрытые створки металлических дверей пещеры и подошва ботинка плавно опустилась на холодный каменный пол по ту сторону.

— Ну, вот и всё… — прошептал Эстир и бухнулся на колени.

Мгновение тишины.

Еще секунда на осознание произошедшего и пространство вокруг взрывается радостными воплями Германа.

— ГЛАС! Живой! Старый ты суицидник! Влад! Винни! Дорогие мои, до чего же я рад снова вас видеть! А ну-ка идите сюда! Дайте я вас обниму!

— Уа!

— Хангвил! — я бросился к виляющему хвостом кошачьему медведю.

— Куда! — широкая лапа напарника разом сграбастала меня и фамилиара в охапку, заключив нас обоих в стальные объятья. Причем его вторая рука уже притягивала к себе упирающегося шамана.

— … ну, не люблю я эти… телячьи нежности… — тихонько ворчал сжимаемый в «тисках» Эстир. Однако Герману было решительно наплевать.

— Ур-р-р — Хангвил довольно урчал и крутился волчком, поглаживаемый одновременно в четыре руки.

— Ха! Прекрасно выглядишь малыш! И шерсть то какая… свежая! Ты только посмотри на себя! Рыжий, пушистый, пузатый, красавчик же! А то в последние годы выглядел как старая облезлая шапка! Старуха Эльза как раз такую носила, прямо точь-в-точь.

— У-а!

— Да знаю, знаю. Сам тоже не торт. Но ничего. Испытание позади и теперь мы снова стали молодыми. Вот правда, я еще никогда в своей жизни не чувствовал себя настолько бодрым и полным сил! Уххх! Энергия так и прёт! И парни, знаете что — напарник вдруг посерьезнел и перешел на шепот — Я вас люблю, честно. Крутые вы все-таки мужики!

— Ой — поморщился Глас — Это так приторно, что и до диабета недалеко.

— И даже тебя, вредный ты говнюк.

— Ну ладно — шаман, наконец, растаял и заулыбался — Не думал, что когда-нибудь скажу это двухметровому накаченному амбалу, стоя посреди холодной пещеры на другом конце галактики, но я тебя тоже. И спасибо, что сдержали клятву. Без вас я бы испытание не прошел.

— Обращайтесь, многоуважаемый провидец.

— Кстати, Гер — опомнился я — Хотел спросить. А зачем ты шагнул во тьму? Система же чётко дала понять, что ей достаточно лишь одного из нас.

— Как зачем? — не понял напарник — Неужели ты забыл всё то, чему Август учил? Магу нужен танк. А задача танка — идти в авангарде. На острие атаки. Даже по дороге в посмертие. Я знал, что ты пойдешь следом за мной. И будешь меня прикрывать.

Вот теперь я растрогался окончательно.

— Герман, ты — герой.

— Хоть и не догадываешься об этом — поддакнул Эстир.

— Вообще-то догадываюсь. Ух! Старые вы мои пни!

Мы еще долго стояли в обнимку. Улыбались, смеялись, похлопывали друг друга по плечу и делились впечатлениями. Для нас это было некое новое доселе незнакомое чувство глубочайшей, если не сказать — глубинной, радости и ни с чем несравнимого восторга и изумления. Но в тоже время не слишком эмоционального, а разбавленного тем, что я бы охарактеризовал не иначе, как царственное спокойствие.

Возможно, со стороны это выглядело глупо или даже нелепо. Взрослые мужики, а плачут и обнимаются как девчонки. Но, по большому счету, нам было плевать. К черту условности! Мы снова молоды, полны сил и энергии, и готовы заново вкусить все прелести жизни на этой прекрасной и уютной планете. И боги, до чего же здесь было хорошо! Тут есть вкусная еда, сверкающий на солнце голубой океан, белоснежные пляжи, горы, пахнущие свежескошенной травой луга и, главное, живые люди. И даже эта сырая пещера казалась нам раем после тех долгих лет, проведенных вблизи черной дыры.

Через несколько минут мы почувствовали, как наши воспоминания начали плавно рассыпаться и отступать. Как морской отлив или сновидения вскоре после звонка будильника. Мы уже не видели картинку целиком. Лишь отдельные её фрагменты, зрительные образы, эмоциональные состояния и обрывки фраз. Однако это не значило, что мы лишались своего уникального опыта. Скорее наоборот: система очищала наши сознания, великодушно забирая себе воспоминания о боли, тяготах, лишениях и старости, и оставляя взамен то, что стало нашим стержнем, достоянием и источником внутренней силы, меняющей личность. Мы понимали: прежними уже не быть. Хотя, быть может, и не во всём.

«Несущий вечную стражу у истоков жизни и хранитель мира живых» — прозвучал напоследок голос системы.

Немного успокоившись, я отступил в сторону и глубоко задумался, потому как отчетливо осознал: то было не только испытание, но и столкновение лицом к лицу с тем самым злом, с кем в будущем нам предстоит сражаться. И, к сожалению, этого не избежать. Спрятаться и укрыться не удастся. Никому.

— Это противостояние несоизмеримых масштабов… — кажется, шаман размышлял о том же, о чем и я — Как можно бороться с настолько сильным противником? По сравнению с ним, мы даже не муравьи, а скорее молекулы.

— Маленькими шажками и частными победами — ответил я — Только так.

— Ну, вообще-то начало уже положено — Герман гордо ударил себя кулаком в грудь.

— Ты о чем? — удивленно покосился на танка Эстир.

— Я тоже не понял.

— Да тут произошло кое-что… — скромно замялся напарник.

— Ну и?

— Ты долго рожать собираешься?

— Короче, рассказываю. Дело было так: когда я падал во тьме, то за мгновение до смерти почувствовал чье-то незримое присутствие. Как-будто бы кто-то висел в воздухе прямо передо мной, словно призрак. Невидимый, но вполне реальный. Да еще и близко так. Сантиметров тридцать-сорок, не больше. Мне даже казалось, что я чувствую его дыхание.

— Та-а-ак.

— И что ты сделал?

— Что-что. Да вмазал ему со всей дури! Все равно ж терять было нечего. А так я подумал, что хоть погибну в бою, как настоящий викинг. И даже надпись о достижении проступила. Но почему-то я его так и не получил… Видимо сперва необходимо покинуть эту комнату — Герман коротко кивнул в сторону увитой рунической резьбой арки, перетянутой тоненькой пленкой силового поля — Однако в логах информация сохранилась. Хотите, зачитаю?

— Ну, давай, удиви.

— Итак — напарник приготовился, радостно потерев ладони в предвкушении нашей реакции — «Внимание! Получено достижение: «Отвага за гранью безумия». Вы первый и единственный человек во вселенной, что смог ударить Отступника и избежать наказания. Вы совершили Великое деяние и достойны божественной награды, однако расплата за это может оказаться чудовищно высока. Решать вам:

1. Вы принимаете награду и тогда вы навсегда впишете своё имя в историю. Вы обретете могущество и славу, завидовать которой будут даже боги. Вы получите 20 кг. божественной стали, +1000 ед. ко всем основным параметрам и +500 ед. к навыкам, а также собственную статую, установленную на Аллее Славы и в Саде Высоких Судеб. Однако тем самым, вы подпишете себе смертный приговор.

2. Вы отказываетесь от награды, и никто и никогда не узнает о вашем Великом подвиге, но взамен, вы сохраните главное: вашу жизнь и бессмертную душу».

Повисла гробовая тишина.

— Круто, да? — спросил Герман, так и не дождавшись нашей реакции.

— Это… это… да это просто жесть… — пробубнил шаман, нервно пожевывая кончик правого уса — И ты еще говорил, что я псих? Дружище, да по сравнению с тобой я — новорожденный котенок, ползающий по автобану… в час-пик.

— Хм, может я чего-то не понял? — танк озадаченно почесал затылок — Ну, огрел по башке какого-то Отступника! И что с того?

— Гер, ты дал в морду самому дьяволу…

— Ой.

Эстир судорожно сглотнул, переключив внимание на левый ус.

— Да это не «ой». Это — пипец.

— Да уж. Некрасиво получилось… Но он сам виноват! А как насчет моего личного пространства? Или на худой конец социальной дистанции в полтора метра?

— Господи, ты неисправим — тяжело вздохнул Глас.