Владимир Поселягин – Война миров (страница 47)
Видимо, где-то рядом был боевой японский корабль, и с помощью биплана проводилась разведка. Вряд ли это авианосец, после прошлогоднего поражения их у японцев осталось мало. Такой биплан и эсминец может перевозить. Была бы грузовая стрела, чтобы спускать его на воду. Кстати, в той же стороне находится и мой остров, только левее. Между прочим, я и за японской субмариной погнался только потому, что она крутилась у моего острова, наворачивая круги. Подозрительно? Вполне. Конечно, сейчас день, зря я вызвал платформу, но, как оказалось, та уже пролетела треть расстояния, поэтому, связавшись с управляющим компом, я велел снизить высоту до пары метров, чтобы та летела прямо над верхушками волн. Причем она должна шарахаться от всех, кто появится на горизонте. Никто не должен видеть платформу. Этому строжайшему правилу я следовал последние шесть месяцев. Летал в основном по ночам. Однако, как я уже говорил, акватория была по большей части пустынна. Редко какое судно заходило в эти воды, вон субмарина только насторожила, поэтому я немного расслабился. Нужно было подождать темноты и только тогда вызвать платформу.
Вполне возможно, зря я накручиваю себя. Война, японцы тут могли и по своей надобности оказаться, но пока это точно не известно. Кстати, надо настроить планшет на перехват и взлом их сообщений. Пока я жил на острове, меня мало интересовало, что происходит вокруг, поэтому нужно исправить это упущение и понять, что тут делают японцы.
Биплан улетел, а я продолжил двигаться вдоль ручья, пока не вышел к озеру, в которое впадал небольшой водопад, питая его. Там я и напился, вода прохладная, только из-под земли, вкусная.
Когда появилась платформа, я успел искупаться в пресной воде озера, отмыть от соли морской воды комбез, снова его надеть и даже перехватить несколько шифровок. Причем судовые радиостанции явно работали где-то рядом. Судя по пеленгу, одна станция километрах в пятидесяти от острова, другая в ста с другой стороны. К сожалению, японского я не знал, а те общались на своем, но планшет начал изучение языка. Еще с десяток таких перехваченных сообщений, и он сможет их читать. Раньше надо было перехватом заниматься, сейчас бы не было таких проблем.
Платформа опустилась у озера, я запрыгнул на борт и, пройдя к кабине, полетел на ручном управлении к месту, где потерял свою субмарину. На саму подлодку мне было плевать, ценного там ничего не было. Все я снял, и сейчас все ценное находилось в мешке, но меня интересовал тот отклик золота и серебра. Раз они в одном месте, значит, там лежит погибшее судно, и его груз я собирался прибрать себе. Покинув берег, я осмотрелся насколько хватает глаз, горизонт был пуст, оба корабля, которые недавно так активно обменивались шифровками, явно находились за горизонтом.
Добравшись до предполагаемого места гибели парусного судна – сканер, стоявший на платформе, подтвердил это, теперь у меня такие сканеры стояли на всех летательных аппаратах, – я остановил платформу и с помощью манипулятора платформы спустил дрона в воду. Шумно разматывался трос с катушки, дрон стал опускаться на пятисотметровую глубину. Именно на такой глубине и лежали сокровища. Кстати, до берега острова было километров двенадцать. Как вспомню, как к нему плыл с тяжелым мешком в руках, так вздрогну. В этот раз я также не обманулся, сокровища были, причем даже частично сохранился остов судна с тремя пеньками обломанных мачт. Часть сокровищ находилась в бочках, часть в сундуках, а часть рассыпались через пролом в борту. К сожалению, их слегка присыпало песком, так что, как в фильмах, они не блестели в свете прожекторов дрона. Жаль, я вел съемку.
С сокровищами я провозился до самого наступления темноты. С первым же подъемом на борт я поднял только десятую часть, и все на этом. Причина банальна – грузоподъемность платформы. Пришлось вызывать вторую, однотипную. На одной я поднимал, вторая доставляла добытое на базу. Всю ночь работали, но подняли все до последней монетки. Даже корпус пришлось разрушить, чтобы добраться до части сокровищ. Потом сканер показал, что вокруг все чисто, дрон все откопал и собрал, после этого я полетел на базу. А вторая платформа – она, кстати, семь рейсов сделала – последовала за мной. В этот раз обе платформы летели полупустые, остатки везли.
За то время, пока я занимался сбором сокровищ, подпрограммы по взлому планшета взломали-таки коды японцев. Оказалось, около моего острова была назначена встреча, та японская субмарина проводила разведку перед этой встречей. Встречались японцы и торговое судно нейтрального государства, это как раз и произошло, пока я сокровища со дна океана поднимал. О чем именно шли переговоры, я не в курсе. В шифровках об этом не было ни слова. Только переговоры о встрече, и раз проскочила информация о неком грузе. Вот и все. До японских задач мне не было никакого дела, тем более они уже все разошлись, и в акватории вод вокруг моего острова снова нет чужаков, так что я махнул на них рукой. Японцы явно что-то купили дефицитное для них, но что – мне было плевать, главное, убрались от моего острова подальше.
Следующую неделю я занимался подготовкой к временной консервации базы. Охрана будет действовать, а все остальное нет. Я собрался покинуть эти края на неопределенное время. Вот и подготавливался к этому. Когда все было готово к отлету, я осмотрелся и довольно кивнул. Пустой островок, что еще про него скажешь, я даже сборный домик убрал на один из складов. Глайдер стоял рядом со мной, готовый стартовать немедленно, так что можно было улетать. Солнце заходило за горизонт, я ждал именно этого момента. Облокотившись о теплый бок глайдера, я наблюдал один из красивейших закатов, какой мне доводилось видеть. Вдали были видны грозовые тучи, что придавало закату некий шарм. Красота. Реальная красота.
Когда солнце зашло за горизонт, я отлип от бока глайдера и замер. Только что пришло сообщение сети, что закончилась учиться очередная база шестого ранга. Да, за эти месяцы я стал строителем, бойцом-десантником с базами пятого ранга, но без опыта применения и закрепления в специализированных тренажерах. Приходилось тренироваться самому, совершая марш-броски, или вальсировать в рукопашной с дронами и дроидами. Кое-как, но подготовку я провел, закрепив знания. Потом я выучил базы врача. Когда эти специальности были мной изучены, я снова вернулся к инженерной специальности. Учил базы. Причем шестого ранга, что позволило мне виртуозно управляться с дроидами и дронами. Только вот сеть себе я менять не собирался, кто мне метки выученных специальностей поставит? Врач занял у меня почти полтора месяца учебы, а инженера я учил до сих пор. Пока восемь баз выучил до шестого ранга, осталось одиннадцать. После того как специализация врача была изучена, я вздохнул с облегчением. Теперь я могу проводить операции и без капсул, фактически с помощью подручных средств. Пара баз в дополнение к «Медику» была в наличии, даже по полевой хирургии, что и позволило обучиться этим способностям. Как я уже говорил, после «Медика» я начал учить «Инженера». Восемь баз шестого ранга успел выучить, сейчас поставлю девятую. Запас баз у меня был с собой, в бауле в кабине глайдера, поэтому, сменив пластинки и подтвердив, что хочу учить следующую базу, я убедился, что начался обратный отсчет. Хм, двадцать четыре дня – это еще немного на одну базу. К счастью, благодаря разгону время сокращается на пять, а то и на шесть дней, что куда более приемлемо.
Потом я до рассвета делал свои дела, а когда до восхода остался час, поднялся в кабину, занял кресло пилота и, подняв глайдер на километровую высоту, полетел в сторону Москвы. Дело у меня там было. Тут лететь всего полтора часа на этой скоростной машинке, так что скоро буду на месте.
Что было по приколу, я догонял солнце – уже фактически у Москвы я увидел его вдали. Догнал. Двигались мы с ним в одном направлении, вот так и получилось. Как бы то ни было, в Москву я прибыл поздним вечером, все как и рассчитал. Сделав несколько кругов над затемненным городом – светомаскировка продолжала соблюдаться, – я опустил глайдер на одной из улиц, где присмотрел новенькую «эмку». Покинув кабину глайдера, заспешил к присмотренной машине, поглядывая по сторонам. Быстро запустив еще теплый мотор – топлива оставалось полбака, я покатил вниз по улице, пока не свернул на первом же попавшемся повороте. Дистанционно управлять глайдером и одновременно крутить баранку машины было не так и трудно. Вот от наемников удирать на собранном на коленке управлении крейсера и одновременно приводить в действие прыжковый двигатель – вот это трудно. А то, что я делал сейчас – это так, плевая задача, машинально все делал.
Покинув таким вот способом Москву, я отогнал глайдер подальше и спрятал в лесу. Боевой дрон, что был со мной, остался его охранять. Сам я вернулся на машине в город, снова воспользовавшись второстепенными въездами, – можно сказать, тропинками – припарковал машину на одной из улиц, перебрался на заднее сиденье и совершенно спокойно уснул. Начало положено, это хорошо.
Разбудили меня выстрелы. Где-то совсем рядом, буквально под боком, строчили как из автомата ТТ. Кто-то, быстро нажимая на спуск, выпустил весь магазин. Хлопало несколько наганов, подавал голос еще какой-то пистолет – звук смутно знакомый, кажется, браунинг. Несколько раз звонко выстрелили из винтовки или, возможно, из карабина Мосина. Я привстал на локте и, жмурясь от солнечного утра, выглянул в окно. Оказалось, машину я припарковал у здания почты, которую как раз грабили. Судя по высоте стоявшего солнца, сейчас часов восемь утра, и почта уже работает. Налетчики, в принципе, тоже.