Владимир Поселягин – Война миров (страница 11)

По прибытии я сразу активировал ремонтный комплекс, и тот продолжил оснащать челнок, то, чего не хватало, я привез, остались последние штрихи. Вот этими последними штрихами я и занимался последующие сутки, лишь однажды прервавшись на сон. Однако дело было сделано, челнок сиял, покрытый свежей краской, которую я также привез из королевства. Сперва корпус покрыли специальной жаропрочной грунтовкой, потом и краской. Все как и положено. Вот теперь настал тот момент, к которому я так готовился, сначала пробный вылет, полное тестирование всех систем челнока, а потом уже демонстрация.

В самом ангаре было практически пусто, все, что можно, я вывез еще перед полетом в королевство. Пришлось подумать, где найти еще одну тайную базу. Причем так, чтобы не светить свое лицо. Даже думать долго не пришлось. Заброшенных воинских частей в Подмосковье хватало, вот и занял одну, уже никому не нужную. В ремонтных боксах поместил оборудование и имущество, два дрона их охраняли, один остался в ангаре. Так что тут на аэродроме остался один мусор.

Сложнее всего было дождаться наступления темноты. Судовая система маскировки второго поколения, купленная в королевстве, конечно, для Земли неплоха, но глаза у людей не пропали – днем увидят, вот и ждал ночи. Наконец та наступила, дроиды открыли ворота настежь, наверное, впервые с момента аренды ангара, после чего я поднялся на маневровых над бетонным полом и вывел судно наружу. Пока неплохо, все действует. Если что вылезало, комп реагировал и убирал проблему. На бреющем я отлетел от аэродрома и столичных огней километров на тридцать и стал спиралью подниматься, продолжая тестировать челнок в атмосферном полете. Проблемы вылезали – три уже были, их дроиды комплекса стабильно решали. Наконец орбита, я на орбите. Атмосфера на борту была. Однако это не означало, что я сидел в рубке без защиты. На мне был технический скаф четвертого поколения. Отличная вещь, тем более что пробоину на одной из перчаток он зарастил. Система жизнеобеспечения работала стабильно, гравитация не скакала, выдавала стандартную тяжесть. Я даже синтезатор проверил, все работает, пища горячая и съедобная.

Отлетев от Земли к Луне и уйдя за спутник, я почти два часа напрягал все системы суденышка, выискивая разные неполадки. Так крутил челнок, что удивительно, как он не рассыпался, поэтому я радовался: нагрузки тот выдержал. Хорошее судно, крепкое. Так-то неполадки, конечно же, выскакивали, все же судно сыровато, однако я мгновенно реагировал на все проблемы, используя комплекс. По истечении второго часа количество поломок сошло на нет. Одно я теперь знал точно – хотя бы одного дроида-техника на борту иметь желательно, чтобы комп челнока, используя его, решал возникающие проблемы.

Топлива после моих активных маневров осталось две трети, движок я собрал экономичный, поэтому решил схулиганить и направился к МКС. А что, если уж делать пиар, так с помощью космонавтов! Подлетев к станции – ох и чудо-юдо! – я стал медленно крутиться вокруг нее. Сразу понял, что меня заметили – в обзорных иллюминаторах сверкали вспышки фотоаппаратов, а на планету уходил радиосигнал – я его не глушил. Судя по усилившимся на Земле радиопередачам, там началась паника. Вот она, встреча с внеземным разумом. Пришлось обломать фанатиков-уфологов за пультами управления МКС. Выйдя на ту же волну, я спросил:

– Эй, русские на борту имеются?

Передача была узконаправленная, значит, на планете меня не слышали.

– Кхм, кто говорит? – осторожно поинтересовались с той стороны.

– Вас чему учили, если встретите инопланетян? Представиться и войти в контакт. Я почти инопланетянин, а после литра водки еще и негуманоидом становлюсь. Девки наутро так и говорили.

– Земеля, что ли? – искренне удивились с той стороны.

– Ага, из Москвы. Вот, собрал чудо-аппарат, тестирую. Земля русская, как всем известно, славится своими изобретателями и последователями Кулибина. Я – и то и другое.

– А уж скромный какой! – едва слышно хмыкнул тот же собеседник.

– Тоже верно, – поддакнул я ему. – Как насчет того, чтобы на борт подняться? У меня тут и вино имеется, и закуски. Отметим удачный вылет?

– Кого можно брать?

– Да всех бери, челнок большой, два десятка человек без проблем вместит, даже три десятка, только треть стоять будет. Да и это… у меня тут гравитация действует, а вы давно в пустоте висите. Проблем не будет?

– Вполне могут быть, нам на адаптацию время нужно.

– Тогда я понижу до половины, чтобы и вам комфортно было, и мне. Ну все, давайте стыковаться.

– Получится?

– Шлюзы у нас разные, у вас нестандарт, – согласился я. – Однако я об этом подумал, у меня есть еще и переходный шлюз. Сейчас дроиды наведут его, и сможете перейти. На то, что стенки мягкие и качаются, не обращайте внимания, шлюз крепкий.

– Ждем.

Пока я проводил стыковку, станция держала постоянную связь с наземными службами, им уже все было известно, даже запись наших переговоров имелась. Космонавты на станции с интересом наблюдали за ползающими по обшивке челнока дроидами – как те наводили гофрированный шлюз. Когда я дал добро, пройдя шлюзование в двух шлюзовых, на борт поднялся первый космонавт – на разведку. Это был тот же парень, что вел со мной переговоры.

– Волков, – протянул он мне ладонь, прошел из шлюзовой на борт челнока и, удивленно осмотревшись, притопнул ногой и пробормотал: – Действительно гравитация!

– А то! – пожимая ему ладонь, самодовольно сказал я. – Роман Брайт, исследователь, корабел и человек, находящийся во всероссийском розыске. Сейчас экскурсию начнем или остальных подождем?

– Подождем остальных, – ответил космонавт и тут же спросил: – Ты не будешь против, если мы будем вести съемку?

– Да ради бога.

Дождавшись, когда на борт пройдут четыре космонавта, – шестой остался на МКС, с Земли приказали, – я поздоровался со всеми и начал экскурсию. Среди гостей оказалось еще два земляка. Больше всего космонавтов заинтересовал душ, я бы даже сказал, очень сильно заинтересовал.

– Работает? – уточнил Волков.

– А то!

– А проверить?

– Да пожалуйста, – пропустил я того в кабину и показал, как им пользоваться. Тут немного по-другому по сравнению со стандартами Земли.

Скинув свой скафандр (а все гости были в них), первый испытатель прошел в шлюзовую и начал принимать душ.

– Кстати, – обратился я к остальным, – душем еще никто не пользовался, так что ваш коллега не только испытатель, но и подопытный. Надеюсь, с ним будет все в порядке.

К счастью, Волков вышел из душа довольный, и его место занял шустрый японец. Пока я проводил экскурсию, уже все гости успели обзавестись бокалами, испробовали немецкое вино, трофеи из сорок третьего, закуски из пищевого синтезатора и сияли от удовольствия. Наконец с осмотром было покончено, и начались расспросы. Спрашивали все, но переводили мне земляки – кроме русского и немецкого других языков я не знал.

– Скажите, вы будете передавать технологии представителям государств Земли? – спросил штатовец.

– Нет, – коротко ответил я. – Контакт будет только с Россией, но и государству, в котором вырос, я не буду передавать технологии, слишком опасна утечка. Вот передавать в лизинг готовые аппараты и помогать с обучением пилотов и техников – это возможно. Опять-таки только России, сотрудничество с другими странами я не рассматриваю.

Все это я говорил, конечно же, не космонавтам, а тем, кто нас в прямом эфире слушал внизу. Первый контакт, можно сказать. Кто имеет нужную информацию, тот поймет.

– Вы сами построили этот космический корабль? – спросил японец.

– Это не корабль, а гражданское судно, челнок класса атмосфера-космос. Дальности полета вполне хватит, чтобы облететь часть системы, а с дополнительными баками – так всю.

– Почему вы один строили это судно? – допытывался тот же японец.

– Я предлагал сотрудничество правительству Российской Федерации. Оно было отвергнуто. В первый раз я посетил администрацию президента, где меня даже слушать не стали, а отправили в психиатрическую больницу на исследование. Думали, что я сумасшедший. После этого мне удалось прорваться на прием к президенту – это тот еще подвиг, уж поверьте мне. Он выслушал меня и ответил категорично. Россия в этом проекте участвовать не будет. Запись нашего с ним разговора у меня имеется, для меня это юридический документ, подтверждающий, что никаких прав Россия на мое судно и идеи не имеет. Упустили они возможность встать рядом со мной при создании первого многоцелевого судна планетарного базирования.

– Вы можете описать свою биографию, если она, конечно, не секретна? – поинтересовался космонавт из Европы.

За пару минут я рассказал свою не сильно длинную биографию, естественно, никак не упоминая о порталах. Правда, о похищении работорговцев и побеге обратно на Землю я тоже не рассказывал, эта утка для президента, тут такое озвучивать не стоит. Гений – и все тут.

Вопросы так и сыпались. Мы устроились в пассажирском салоне на мягких креслах и так вот общались. Почти два часа на них убил. Под конец, когда я сообщил, что пора завязывать с этим, ко мне подошел Волков.

– С Земли передали, что готовы к встрече и переговорам.

– Поверь мне, они еще не готовы, – хмыкнул я, и быстро стрельнув глазами в сторону других космонавтов международной космической станции, передал Волкову пакет. Тот заглянул в него и расплылся в улыбке. Я знал, что им надо. В пакете был десяток бутылок свежего пива и столько же вяленой тараньки. Пиво, правда, с газом, вроде космонавтам его нельзя, но раз Волков не отказался, то можно.