Владимир Поселягин – Спасти красноармейца Райнова. Книга восьмая. Партизан. (страница 4)

Так вот, я всего лишь имел собранную палатку, лишь натянуть бечёвки, вбить колышки и готова. Немецкая, новенькая, серого цвета. Бойцы подарили, принесли из разведвыхода. В ряд внутри лягут шесть человек свободно, одно название офицерская. Новая и крепкая. Два одеяла, генеральская шинель и фуражка. Все документы, что от Власова достались, я не сдавал. Два красноармейских котелка и ложка. Личные вещи в двух чемоданах и вещмешке. В основном разные книги, труды, плюс нательное бельё запасное. Бритвенный набор, и даже запасная форма со всеми знаками различия генерала и его наградами. Плюс двадцать литров родниковой воды. Рядом со штабом родник был, ох и вкусная вода. Пил её когда в камере находился, половины уже нет. Думаете ещё что-то? Нет, это всё. Забавно, даже оружия не было. Я постоянно на чужих глазах, и что, я шакалить буду? Это не в моём характере. Одно дело боевые трофеи, другое у своих красть. Да и времени не было. Так что в лесу я конечно устроюсь, големом охотится буду, дальность два километра, но всё же запасы стоит пополнить. Это то что было в хранилище. Мало, я понимаю, но что есть. Теперь по самому хранилищу, я о том сюрпризе о котором говорил. Само хранилище начинается с тонны, кач идёт, скоро полторы будет, почти пустое хранилище. Есть опция големов. Сюрприз именно в них. И не в том, что големы могут менять облик под любую личность и говорить, не в этом дело. Всё просто, четвёртый голем, а они по порядку, я пока первым могу управлять, имеет дополнительную опцию медика. Магического лекаря. Да, тут в хранилище нет отдельного хранилища с разными амулетами, и к сожалению, на мой взгляд, пока эту проблему не решили. Зато смогли внедрить лекарские плетения в структуру четвёртого голема. С первого по третий не смогли, разрушается структура при использовании, а с четвёртым таких проблем нет. Не спрашивайте почему, я не знаю, не маг. Павлов слышал мнение разработчиков, что к тому моменту аура носителя хранилища уплотниться тренировками этой опции и сможет выдержать четвёртого голема, но Павлов не понимал почему и для чего. Вроде в этом причина почему структура не разрушается, потому я и был спокоен по тем увечьям, что мне нанесли. Это всё можно исправить, так что следа ран и травм не останется.

Также хочу изменить внешность, по сути Власов мне и не интересен, тем более его внешность мне не особо нравится. Знаете, есть такие моменты, увидел человека, в первые жизни, и тот сразу не понравился. Именно из-за внешности, с первого взгляда. Бывает такое, у меня в прошлой жизни за все сорок четыре года, такое была всего пару раз. Да и старался не общаться с теми людьми. Власов был высокий, метр девяносто, плюс лицо вытянутое, большие губы, утиный нос, волосы дыбом стоят, как будто у железного ёршика. Как проволока. Ещё и подслеповат. Ну не нравится мне моя новая внешность, и надеюсь с помощью магии смогу изменить её. Да что это. Я даже омоложение до двадцати лет смогу провести. Не зря же Павлов ухватился за эту новинку. Ему первому её и поставили, даже обкатать не успели на «десантниках», коих на попечении сотрудников станции, в разных мирах, было уже под пять десятков. Рискнул, как чуял. Поэтому даже то, что меня в больницу привезли, вон лечат, видимо изменились планы по мне, ничего не меняет. Как стемнеет, дам дёру. И мне нужен контакт с землёй, чтобы поднимать големов и гонять их. Кач этой опции, чтобы открыть четвёртого голема и использовать его. Чем быстрее натренируюсь, тем быстрее получу доступ к магической медицине. Вот только по всем прикидкам, не моим, разработчиков, при плотном каче, на это от четырёх месяцев до полгода уйдёт. И лучше всего кач в боях вести, оно так быстрее. Вот только я и без этого восстановлюсь. Не полностью, из-за колена возможно хромым буду, но встану на ноги.

Так и дошло до момента пока не стемнело. Сиделка рядом была. То одеяло поправит, то попить даст, то утку подложит. Да, дважды и до такого дошло. Видимо ещё и почкам досталось. Хорошо крови не было. И судя по тому как та стул подготавливала, покидать меня даже ночью не собиралась. Точнее покинула, но её сменила другая женщина, по виду из санитарок. В возрасте. Те пообщались, одна осталась, другая ушла отдыхать. Чёрт, и как теперь быть? Оставаться генералом Власовым? В принципе, мне это интересно. Да, я не люблю коммунистов, но воевать командармом мне понравилось. Новые ощущения и опыт. Вот только тут два минуса, я не смогу качать големов, пригляда много, и не могу набрать женщин для сброса напряжения. Вот две причины, почему я желаю покинуть как палату, так и Москву. Да что Москву, территории, занятые нашими войсками, тоже. Хм, если есть возможность удовлетворить эти потребности, то можно и остаться, мне в принципе нужно восстанавливаться. А где это делать лучше, тут или в лесу, без разницы. Под приглядом врачей конечно лучше. Ладно, эту ночь пропущу, завтра с врачом пообщаюсь. Если тот согласиться поставить палатку в саду больницы, а у той своя территория огороженная, туда койку и сиделку, да желательно пару медсестёр покрасивее, чтобы попробовать сговорить, раз жена Власова так и не появилась, то можно и остаться. Так что я уснул спокойным сном человека без камня за душой. Кстати, на самом деле, а где жена Власова?

Утренний обход врачей, тут и мой лечащий был, и главврач, прошёл не так как я пожелал. Если мой врач и был не против, то главврач наложил категорическое вето. Палаты для того и имеются чтобы в них лечиться, а не в палатках. Про красивых медсестёр я даже заикаться не стал, завтра ухожу.

Причём, сказал это вслух, почти пробормотал, но у главврача оказался хороший слух, сразу же разразившимся спичем на полчаса. Если коротко, его ответ был таковым – кто же тебя отпустит, такого приказа не было. Тут я понял, что не включил ещё один пункт, третий, что получу при побеге. Свободу. Свободу выбора что делать и как хочу жить. Так что без вариантов, бегу ночью. Дальше пошли процедуры, новая мазь на колено, кормёжка, причём, вполне неплохая, ел, хотя отбитое нутро болело, ну и обслуживание меня сиделкой. Посетителей не было, что в мире происходит, без понятия, оторван от новостей. Уже началась Сталинградская битва после Харьковской мясорубки или ещё нет? Что с моей бывшей армией происходит? Много вопросов, и ни одного ответа. Как стемнело, я касанием за колено убрал сиделку в хранилище. Потом кряхтя, и скрипя пружинами, пытался встать. Только с третьей попытки вышло. В принципе, ноги не в гипсе. Синяки и травмы есть, но ходить, подволакивая правую ногу с повреждённым коленом, вполне мог. Первым делом к столу у окна. Поставил рядом на пол оба чемодана, и вещмешок с вещами генерала. Форму на спинку стула повесил, и шинель сюда же. Одной рукой действовал, пусть та и имела ограниченную подвижность, но справлялся. На стол планшетку, из которой выложил все документы, даже наградные книжицы на награды. Подумав, вытащив всё из планшетки, и убрал ту в хранилище. Пригодится ещё. Подтянув блокнот, вырвал страницу, неудобно как одной рукой, взяв карандаш, написал:

«Не судите строго, но после избиений в подвалах Лубянки я сильно разочарован в нынешней власти. Против неё не пойду, но и в совместных действиях дальше не вижу смысла, из-за утраты доверия. Ухожу за линию фронта, буду воевать против врага как партизан. После войны уйду в отшельники. Прошу меня не искать, вещи передать супруге и не судить строго». Поставил число и подпись. Строчки, прыгающие были, но в моём состоянии только так, хорошо хоть разборчиво. А что, уходить просто так? Нет, послание нужно оставить обязательно. Вот и указал всё кратко, причины, следствие, и планы на будущее. Убедившись, что оставил всё ненужное, пусть на самом деле передадут жене Власова, а сам пошаркал к окну. То полуоткрыто, впускало ночную свежесть, так что распахнув, аккуратно выглянул. Вроде свидетелей нет, и сев на подоконник, с трудом перекинул травмированную ногу, начал спускаться с той стороны. Даже держась одной рукой за раму, скрипя зубами от болей в рёбрах, им отдача шла, встал на землю и отойдя, сел, где прижав ладонь к траве, поднял голема. Первым делом я достал сиделку. Та даже охнуть не успела, падая на спину, сидела же на стуле, когда я её убрал, но тут голем тычковым ударом отправил ту спать. Я знал, что делать, а големы умеют то, что знаю я, так что травм у той нет. Дальше управляя магическим воином, на руки принял сиделку и поднял её в окно, уложив на подоконник. Сам поднялся следом и дальше к кровати, уложив ту на неё. Даже накрыл одеялом. После этого прыжок на улицу, прикрыть окно, и подхватив моё новое тело на руки голема, рванул к ограде. Времени мало, а столько нужно сделать. У выхода толпилось несколько человек, курили, явно раненые или больные, поэтому пришлось перебраться через забор, он дощатый. Да просто две доски вырвал, вынес моё тело и голем побежал по ночному городу прочь, сканером выискивая место, где можно переждать. В планах занять свободную квартиру, где хозяева или воюют, или в командировке. И пока я там буду лежать, голем станет посещать рынок.

Да, денег нет, все наличные средства, в районе пятисот рублей, что были в вещах, остались в палате и уйдут жене. Память о муже. Та по сути вдова, поэтому буду сам добывать средства. Поэтому-то сканер голема, напомню у меня двадцать минут и больше сил его держать не будет, я искал также схроны на чердаках и в квартирах. То, что прятали в Гражданскую. Эти средства мне и потом пригодятся. А планы такие. Отлежаться на квартире, закупив припасы и что необходимо. Почти с два десятка схронов с Гражданской. Дальше поезд и в… Финляндию. Я же говорил, Павлов пристально следил как десантники выживали разных мирах. Даже два были с космическими технологиями. Оттуда много что утащили, промышленный шпионаж с помощью десантников. Так вот, Павлов может и не обратил внимания, да точно не обратил, а вот я отметил. Один десантник добыл финский передвижной санный домик. Палатка конечно хорошо, но такой дом в моём теперешнем состоянии, очень актуально. Да и позже пригодится, особенно зимой. Они и строились для зимнего использования, утеплены и с буржуйкой. Думаю, грузовым составом воспользоваться. Там дальше на своих двоих, пока големом могу пользоваться. Время-то ограничено. Это всё долго будет происходить, но я особо и не тороплюсь. Жаль немецкого языка не знаю, на Чёрном рынке можно было купить амулеты обучения, разным языкам или умениям, но Павлов не стал пользоваться ими. Даже жаль.