Владимир Поселягин – Сокрушитель (страница 36)

Пришли за мной аж через три недели. За это время в камере давно сменились постояльцы, я один тут сторожил и хату держал, объясняя порядки. Также не лез к охране, не спрашивал. Меня всё устраивало.

- Никак идёт Похомыч? - прислушался я, держа покерфейс. Мы в покер играли, но остальные выбыли.

- Да, - тоже прислушался полковник Игнатов, командир стрелковой дивизии.

Этот боец и за нашей камерой закреплён, так что лучше не рисковать, поэтому я скомандовал:

- Убираем карты.

Карты мои, мы убрали стопку, и я под столом сунул её в хранилище, так что когда конвойный открыл глазок в камеру, у нас царила идиллия, осмотрев нас подозрительным взглядом, тот рявкнув:

- Бард, на выход!

Встав, я подал руку полковнику, заодно карты передал, им пригодятся, чую сюда я уже не вернусь, и последовал к выходу. Дальше руки за спину и повели наверх. Это бы не кабинет Абакумова, а знаемой рожи, старшего лейтенанта Кравцова. Конвойный вышел, а зашли двое, и тоже те же рожи. В общем, тут я не дал себя избивать. Сразу прихлопнул двух мордоворотов, и вырубил Кравцова. Открыв окно, выветривая вонь сгоревшего пороха, убрал заодно два тела в хранилище, место было. Сам взяв ключи, изучил дела в сейфе, нашёл и своё. Ого, что мне шьют, вышка, под расстрел ведут, гарантия. Все папки и своего личного дела убрал в хранилище, Кравцова связал, кляп в рот, привёл в чувство, объяснил расклады, в результате этого объяснения тот лишился трёх пальцев, отрезал, а дальше выдёргивая кляп, слушал извержение слов. Ну да, слили сволочи. А операция та прошла провально, как я и думал. Группа вышла на связь, но через неделю начали подозревать дезинформацию, радиоигру против них. Вообще, с какого бока тут Абакумов? Он по Особым отделам армий старший, ловит шпионов на нашей стороне. Немецкий тыл не его епархия. Влез и провалился. Добив Кравцова, убрал его тело, дальше ничего менять не стал, вызвал конвойного из коридора, вырубил, надел его форму, не особо по размеру, ну да ладно, после чего заложил мину в кабинете Кравцова, усилив её канистрой бензина, и покинув кабинет, заперев его, направился на выход. Покинуть вот так здание не выйдет, всё проверяется, пропускной режим, но когда я активировал радиомину, и начался пожар, здание серьёзно пострадало, то в той панике и суете я не только все три журнала учёта выкрал, но и подрезал Абакумова. В толпе подойти и сунуть с боку заточку, пробив сердце, было не сложно. А так меня с толпой вымело из здания. Успел уйти за оцепление, там уже всех начали проверять. Ну и скрылся в улочках. Вот и всё.

Был день, примерно часа два, уже март, пятое, если память не подводит. Я был в обмундировании сотрудника НКВД, но без шинели, в фуражке и сапогах, холодно, поэтому отойдя подальше, зашёл в подъезд, осмотревшись, вроде никого, снял форму и надел гражданское. Сверху пальто и чёрную шляпу. Покинув подъезд, я вышел к трамвайной остановке, где успел заскочить внутрь, он как раз отходил, и уплатив билет девушке, проехал шесть остановок, а тут заметив городскую баню, соскочил на ходу. Первым делом в парикмахерскую, пришлось отстоять очередь. Там меня обрили. После этого в баньку, дважды парную посещал. Повезло, что рабочий день. Баня работает четыре дня в неделю, два мужские дни, и два женские. Я на мужской попал. А по выходу узнал, что меня обокрали, одежда пропала, а банщик разводит руками, отходил. И замены нет. Я его чуть не прибил, тот видимо понял, что всё серьёзно, быстро нашёл одежду, не такая как моя, но на улицу выйти можно, что и сделал. Изучив район, выяснил кто тут за старшего из уголовников. Отловил двух парней, из таких молодых да ранних, явно блатные, те и сдали все расклады. Может и выживут с отбитыми почками. Вор жил на первом этаже трёхэтажного дома, не так и далеко от бани. Постучался в нужную дверь, и как спросили кто, сказал:

- Прохожий. С жалобами.

Мне посоветовали куда подальше с жалобами идти, а не мешать людям отдыхать после трудового дня.

- Не откроете, вызову милицию. Вы выбросили в окно бутылку, и она попал в меня. Это хулиганство.

Дверь открыл крепкий такой парень лет тридцати, в наколках, но тут же осел, как клинок вошёл в грудь. Преступив через тело, что положил на пол, я закрыл дверь и прошёл в зал. В остальные помещения двери открыты, пусто, я заглянул. А в зале шесть человек за круглым столом сидело. В карты играли. На интерес, судя по стопкам купюр. В правой руке у меня находился пистолет «Вальтер» с глушителем, что смотрел на местных.

- Я пришёл сюда за возмездием. Мылся в бане, тут за углом, у меня украли одежду. Банщик сказал, что вы тут за старшего, район держите, вам и отвечать. Как расплачиваться будете?

- Ты мент? - спросил один с фиксой во рту и дёрнул головой, когда пуля пошла в лоб.

- Я что, похож на мента? Я мокрушник. Не стоило меня грабить.

- Думаю тебе солгали, и навели на нас, чтобы ты нас покрошил, - сказал самый старший.

- А ты не дурак. Может быть я тебя и не убью, пальцы отрежу, чтобы не грабил добрых советских людей, вроде меня, и нашёл кто это сделал, и передал от меня смертельный привет.

Тут пистолет в моей руке задёргался и трое уголовников также обзавелись непредусмотренными природой отверстиями в черепах. То-то те так перемигивались, готовились вскочить и открыть огонь по мне, у всех троих было огнестрельное оружие. Подумав, я и пятого шлёпнул, после чего стал собирать оружие.

- Он же ничего не делал, - с укоризной сказал старший.

- Предпочитаю меньше врагов за спиной иметь. Деньги-ценности где?

- Грабить будешь?

- Свой возьму и за моральные издержки.

- В серванте нижняя полка, в шкатулке.

В шкатулке я нашёл и драгоценности, и деньги. Тут на целый гардероб. Забрал всю шкатулку. После этого сказал:

- Знаю, что у тебя ещё есть, но мне без надобности, своё вернул, считай претензии к тебе больше не имею. И ещё, если снова встретимся, это будет последнее что ты увидишь. Меня. Не попадайся мне.

Ну вот, воров разозлил, тот теперь будет землю рыть, чтобы найти тех, кто их так подставил, и банщику достанется, чую тот замешан, глаза бегающие. Вор меня искать не будет. А кого? У меня платок на пол лица, как в ковбойских фильмах. Если только банщика расспросит, ну тот меня опишет, век не найдут. После этого, прихватив с вешалки отличное пальто, лучше, чем у меня украли, и шапку меховую, я покинул дом и направился прочь. На рынок не успел, время пять часов, стемнело уже, тот закрыт, значит, нужно валить. Вернусь-ка я в свой взвод. Интересно, я ещё числюсь там в командировке? А что, все документы на руках, из личного дела забрал, вполне могу. Правда, всё просроченное, поэтому мне нужно в комендатуру, они выдают нужные бумаги. Однако, с таким просроченными и к ним не сунешься. Нужно иметь на руках бумагу, объясняющую моё отсутствие. В этом и помог мне Кравцов. Нашёл у него в сейфе разные бланки, которых там не должно быть. То не только выбивал признания из подследственных, но и подделкой документов занимался. Он одной рукой и написал, что я выполнял особое задание, номер задания, и закрыл мне командировку, поставив подпись и печать. Вот с таким листом я вполне могу посетить комендатуру. Причём, подпись и печать не его, я же говорю подделкой занимался, а начальника другого отдела.

Медлить я не стал, снова подворотня, переоделся в новую форму, моя после камеры требовала серьёзной стирки, и в комендатуру. Там работа шла, приняли, записали в журнал учёта, мной один из сотрудников занимался, оформили, закрыли командировку, выдали проездные, сухпай, и всё я свободен. Часть моя на месте, туда и направился. Дальше железнодорожный вокзал, где военный комендант указал на эшелон, с которым я поеду. Тот ночью покинет Москву, подождать надо. Устроился на нарах в теплушке и уснул, даже не слышал, как эшелон покинул Москву. Единственно чего жаль, телогрейку на меху и ранец, надеюсь вернусь, то мне такие же выдадут. А по пути от тел Кравцова и его людей избавлюсь.

В группе ситуация, нас не ждали, а мы припёрлись. С такими вытаращенными глазами на меня смотрели. Оказалось, ещё две недели назад на меня пришла похоронка. Погиб я, в списках роты не числюсь. Свою пропажу я объяснял секретным заданием, с похоронкой произошла ошибка. Скорее всего однофамилец, такое бывает. Ладно хоть штаб армии тут, за сутки всё решили, «воскресили» меня, вернули в списки роты и отправили во взвод лейтенанта Архангельского. Лейтенант Свиридов погиб неделю назад. На засаду напоролись. К счастью, мне выдали и телогрейку, и ранец, оружие, в общем всё в порядке и на попутной машине я доехал до места дислокации взвода. Тоже деревня, но уже другая. Сменили на двенадцать километров. Пусть состав чуть сменился, половины бойцов я не знаю, но остальные меня вспомнили. Всё же неделю вместе служили. А у Архангельского ко мне дело, слава моя следопыта до него вполне дошла. Появился тут стрелок в нашем тылу. Стреляет по дороге, всегда точно, убывает одного и исчезает. Искали следы, ничего не нашли, прочёсывали, даже откуда стрелял не нашли. Вчера убил седьмого, женщину, военврача третьего ранга, её направили на пополнение медсанбата. Комдив Сто Семьдесят Второй орден «Красной Звезды» обещал тому, кто найдёт стрелка. Он его адъютанта убил. Первым был.