Владимир Поселягин – Путь истребителя (страница 4)
— Наша станция, — толкнул я Степку. В купе мы были вдвоем, как оказалось, батя выкупил его полностью.
За время пути я занялся Степкой, зная, что в такие минуты его лучше не оставлять наедине с собственными мыслями. Научил разбирать и собирать оба пистолета, ухаживать за ними. «Беретту» я отдал ему, теперь мы оба были вооружены. Пусть привыкает.
— Угу, — дернул Степан плечом, сел
Нас никто не встречал, и, сойдя с перрона, мы направились на стоянку такси Здесь не всегда можно было найти машину, все-таки одна из не самых значимых станций. Глухомань, короче.
Машина была только одна — старенький уазик до-жигулевского периода, под капотом которого возился совсем молоденький парень.
— Привет труженикам баранки, — весело поздоровался я.
Из-под капота показалась голова в замасленной кепке, которая с любопытством осмотрела нас с головы до ног. Если я от местных особо ничем не отличался, одетый в камуфляжный комбез и офицерские берцы, то Степан в своем стильном прикиде и новомодных остроносых туфлях был не к месту.
— Здорова, — басом ответил паренек.
— Как насчет немного подзаработать?
— С подзаработать — нормально. Насчет немного — то крайне отрицательно.
Посмеявшись над немудреной шуткой, я попросил отвезти нас в деревеньку по соседству с пунктом назначения. Прямой маршрут показывать как-то не хотелось, а от той деревни до нужной нам всего верст восемнадцать с гаком, вот я и решил устроить легкую пробежку. И мне польза, и Степку буду начинать тренировать, а то он, похоже, забросил тяжелую атлетику — раньше все штангой баловался. Хотя внешне это никак на нем не отразилось, но он отлично выдерживал нагрузки в воздухе, делая такие пируэты, которые я не всегда мог выполнить.
— Триста рубликов, — закрыв капот, сказал водитель.
— Нормально, поехали, — согласился я.
Степка сел рядом с водителем, я же занял все заднее сиденье, положив рядом сумку. Мы быстро познакомились, водитель назвался Толиком.
В машине была даже магнитола. Не особо навороченная, но радио работало. Мы проехали половину пути, когда Степка вдруг дернулся и прибавил громкость.
— Что? — спросил я, вываливаясь из полудремы — в машине меня стало клонить в сон.
— Новости, — ответил он. Но новости, видимо, закончились, и он стал крутить настройки, чтобы поймать другую волну.
«…Зверское массовое убийство российских граждан в московском парке всколыхнуло общественность, — говорила женщина приятным контральто. — Многие правозащитные организации выступили с резкой критикой в адрес московских властей…»
— Вот уроды! «Российские граждане», а то, что это абреки, нигде не сказано, — зло проворчал Степка, было видно, что он уже полностью отошел от происшествия в парке.
Одновременно с моим толчком в плечо, чтобы держал язык за зубами, водитель спросил:
— А вы откуда знаете?
— Слышали на вокзале, как менты трепались, — вместо Степки ответил я.
— Ага, — подтвердил тот, прибавив громкости.
«…как сообщили свидетели, это были двое молодых парней спортивного телосложения. Один среднего роста, блондин с перевязанной рукой в спортивном костюме. Другой брюнет, в бирюзовой рубашке и черных брюках, прошитых по бокам серебряной нитью…»
После этих слов водитель бросил подозрительный взгляд на Степку — описание полностью соответствовало. Нужно было одеть его в мой «Адидас», хотя мы разной комплекции, это сразу бы бросалось в глаза. Степка накинул сверху олимпийку, но сейчас расстегнул — было жарко — и рубашку стало видно отчетливо.
«…сработал план-перехват, был задержан гражданин Суворов Александр Геннадьевич на автомашине БМВ, принадлежавшей гражданину Раевскому Степану…»
— Парни, это вы черных порешили? — спросил вдруг Толик. Видимо, сравнил наше описание — я хоть и снял косынку, все равно берег руку, да и Степкина одежда нас выдавала. — Вы не подумайте, я сам всю срочную в Чечне провел, танкист, так что сам их валить готов.
Вместо меня ответил Степка, я же судорожно набирал номер дяди Олега. Думаю, у него больше возможностей для выяснения, что случилось.
— А тебе не все равно? — несколько грубовато спросил Степа.
— Да так, — смутился водитель.
В это время, выехав в поле, мы попылили к следующему лесу. Болота еще не попадались, но озера встречались уже во множестве.
— Толь, останови машину, мне поговорить надо, — попросил я водилу.
— Лады.
Как только я покинул остановившуюся машину, мне почти сразу ответили.
— Дядя Олег? Что там в городе происходит?
— Пока выясняю. Вы доехали до пункта назначения?
— Немного осталось, водила просек, что в парке наша работа, мы радио слушали, там было наше описание.
— Что за водила? Доверять можно?
— Говорит, что можно, мол, в Чечне срочную служил, танкист. Одобрил наши действия, с ним сейчас Степан разговаривает, рассказывает в подробностях, что в парке было. Так он вроде адекватный парень. Что с отцом?
— В общем, так. Водителя, как приедете, под замок, если не дурак, поймет, зачем это надо, только популярно объясните, что никто убивать его не будет. Как уйдем ТУДА, может гулять на все четыре стороны. Насчет отца — предъявить ему нечего, у него железное алиби, как все выяснится, отпустят. Туда сейчас адвокат Раевского направляется. Отправка согласно плану, так что пока сидите тихо.
— Ясно, спасибо, дядь Олег.
— Отбой.
Убрав мобилу в карман, я вернулся в машину.
— Ну что, Толь, скажешь?
— Правильно все сделали. Я бы на вашем месте, честно говоря, не знаю, как бы себя повел, но тут я за вас. Зарвались черные, так им и надо.
— Тут такое дело, Толь. У нас есть планы, которые ты можешь нарушить. В общем, придется тебе пару недель провести в нашем обществе. Потом можешь гулять на все четыре стороны. Слово боевого офицера.
Водитель развернулся и исподлобья посмотрел мне прямо в глаза, о чем-то размышляя.
— Хорошо. Я тут у бабушки живу, только нужно ее предупредить. Это по пути, заедем?
— Да не проблема. Поехали.
Доехали без происшествий. Узнав, что ночевать будем под открытым небом, Толик взял с собой пару старых матрасов, одеяла, удочки и ведро вместо котелка. Трудности с питанием решили быстро, заехав и купив в деревенском магазине крупу, чай, сахар, соль, печенье и пакетики с супом. Картошку и лук взяли у Толика. На пару недель активного отдыха должно хватить.
Бабушка Анатолия, сухонькая старушка с седыми волосами под цветастым платком, стояла возле открытой калитки и трогательно провожала нас взглядом.
— Вот тут поверни, дальше все время прямо, проедем гать — и за деревушкой направо. Там, считай, на месте, — показывал я. За время поисков эти места я успел излазать, вернее, избегать вдоль и поперек и могу честно сказать, что знаю тут каждую кочку. Спотыкался.
— Болота тут, смотрите, даже на дороге вода, — въехав в особенно большую лужу, прокомментировал Толя. В последнее время мы часто окунались в подобные водоемы на дороге по самый капот, поднимая тучу брызг.
— Так насыпали ее когда? В советские времена, с тех пор она никому не нужна, вот и уходит под воду. Кстати, Степ, мобилу выруби, а лучше вообще батарею вытащи.
Я проделал ту же процедуру и, после короткого колебания, попросил сотовый у водителя, тот беспрекословно его отдал. Отца взяли менты, а значит, и его мобилу, так что лучше подстраховаться. Отключив все сотовые, благо заблаговременно договорились о сеансах связи с дядей Олегом, я убрал их в сумку.
— Толь, ничего, если я твоей мобилой попользуюсь? А то наши, похоже, засвечены, уходили в спешке.
— Да не проблема, там только денег особо нет, но на десяток звонков хватит… Кстати, ты сказал, что боевой офицер, а не слишком молод?
Степка в ответ зафыркал, пытаясь скрыть смех. Особого недоверия в вопросе Толи не было, видимо, сравнил стили поведения мой и Степки, вот и решил узнать поподробнее. На вид мне можно было дать не более двадцати — двадцати трех лет. Два года я ходил в форме, так что выправку, умение строить предложения ни под какой одеждой не спрячешь. Анатолий служил и армейское во мне определил сразу.
— Да нормально, звание сержанта мне присвоили в восемнадцать лет. Через некоторое время уже лейтенанта, — про остальные звания я говорить, естественно, не стал, чтобы не потерять доверие парня, хватит и лейтенанта.
— А с рукой что? Заметил, как бережешь ее.
— Пулевое в плечо — снайпер.
— В Чечне?
— У нас не только там войны идут, немного в другом месте.
— Понятно… а какой род войск? Спецназ? — Видимо, попытался угадать по стилю поведения и спортивному телосложению.
— Ты будешь смеяться — я летчик. Истребитель.