Владимир Поселягин – Путь истребителя (страница 15)

Когда среди деревьев появились спешащие к нам фигуры, мы уже минут десять как закончили и обсуждали, что правильно мы ТАМ делали, а что нет.

— Слава! — воскликнула мама и бросилась ко мне, не заметив, как я недовольно скривился. Не люблю, когда меня так называют. Позади нее, к нам шагал отец.

— Степан! — к Степке рванула его мама.

Минут десять прошло, пока закончились эти причитания и сюсюканья. Хорошо, что дядя Женя сразу заставил нас переодеться. Так что мы были в камуфляжных комбезах и берцах. В общем, в легенду о том, что ходили на Михайлову гать, находящуюся отсюда по прямой километрах в сорока, вписывались.

Вечером, когда все более–менее улеглось, мы снова собрались в лагере. На этот раз всем составом. Дважды рассказывать не пришлось, дядя Олег ввел отца в курс дела.

— Проверили «окно»? — поинтересовался он у нас, сполохи огня освещали его с железной кружкой в руках.

Отпив чая, я кивнул, ответив:

— Не работает, бать.

— Значит, завтра или послезавтра заработает, — заметив, как я удивленно вскинул голову, он пояснил: — Мы через сутки сюда прибыли. Олег сразу проверил, портал не работал. За двадцать минут до вашего появления он тоже проверял, ничего.

— Это значит, версия Степки верна? Портал открыт, когда туда никто не переходил. При переходе он закрывается, пока проходчик не вернулся?

— Видимо. Времени изучать его, у нас просто нет времени. Не забывай Сева, об уничтоженном посте и летчиках что нас ждут. Уходим завтра на рассвете. Время там совпадает?

— Да.

— Хорошо… Жор, проследи, чтобы жены не беспокоились. Нину, лично отвези на нашу виллу во Франции. Пусть там нас ожидает.

— Сделаю, — кивнул дядя Жора.

— Вы ложитесь спать пораньше. Завтра будет тяжёлый день, а мы пока вашу карту трофейную изучим. Нужно прикинуть пути отхода.

Карту мы прихватили, убрав ее в термос. Термос был хороший, с большим горлышком для жидкой пищи, так что карта не пострадала, ни при переходе, ни при доставании. Мы уже отметили на ней где «окно», где уничтоженный пост, а где и остров с ожидающими нас летчиками. Остальные обозначения были нанесены немцами.

Толя к себе не уехал, повозившись в машине, он дождался, когда родители уйдут, а мы начнём укладываться в спальники, подошел, и присев рядом многозначительно молчал.

— Ну и чего ты негодующе сопишь? — не выдержал Степка двухминутного молчания.

Я молчал, хотя мне тоже было интересно.

— На гать они ходили… Где вы были? И не врать, я все подслушал.

— Что именно? — раздался у него за спиной голос дяди Олега. Тускло светился огонек сигареты в его руке.

— Только начало, — честно признался Толик, добавив: — Потом пришлось бежать в деревню.

— Следопыт, — хмыкнул дядя Олег, и добавив жёсткости с голос: — Конкретнее что именно ты слышал?!

— Как в воду упали и к немцам попали, как вернуться не могли, бродили по лесу… Дальше я в деревню побежал. Возьмите меня с собой, я мешать не буду, — заторопился он.

— А бабашка, родители? — не выдержал я.

— Родители погибли, давно. За бабушкой тетка присмотрит, она через два дома живет.

— Мы подумаем, — произнес дядя Олег.

Сигарета осветила задумчивое лицо дяди Олега, секунду постояв, он развернулся и направился к костру. К остальным.

— Спать ложись, вставать рано, — посоветовал я Толе.

Тот обрадованно рванул к машине, за своим спальником. Вот ведь, не было печали. Видимо дядя Олег понимал, что хотя бы один шанс в жизни нужно давать каждому.

— Тревога! Подъем! — услышал я вопль.

Пытаюсь выпутаться из спального мешка я крутил головой, пытаясь сообразить что происходит. Судя по темени вокруг, рассвет еще даже не вступил в свои права.

— Что случилось? — послышался голос дяди Жени, метрах в десяти от нас.

— Нас вычислили. Сюда подтягиваются «черные», но плохо не это. У них на хвосте висят местные спецслужбы. Они рассчитывают взять всех в одно месте. Мне местный товарищ позвонил, прежде чем они связь вырубили. «Черные» наняли два вертолета с тепловизорами, шансы уйти, равны нулю. Кто–то их грамотно навел и поддержал.

— Жора с женщинами уйти не сможет? — поинтересовался дядя Олег.

— Если сможет прорваться через «черных», но вряд ли, там почти пятьдесят человек. У них проводник из местных, заняли все проходимые места. Я успел вызвать вертолет, должен подлететь с минуты на минуту. Жора с женщинами ждет его за деревней на лугу, где обычно пасут коров.

— Когда они прибудут?

— Прибудут?! Они уже фактически здесь. К нам Михаил вышел, он их вчера поздно вечером у старой просеки повстречал, сюда идут. Вертолеты, тут будут, когда рассветёт. Колечко сжимается.

— Менты?

— Проплатили кому–то в верхах. Приказ не вмешиваться, — ответил батя, добавив: — Не думаю что это работа кровников ребят, кто–то повыше постарался. Я запряг Жору, он поднимет все связи, найдет и избавит нас от этой проблемы.

— Черт! Что делать будем? — спросил дядя Женя.

— Предлагаю уходить в «окно». Там–то уж они нас точно не найдут, — поступил предложение от Андрея.

— Думаешь? — задумался отец.

К этому времени все уже закончили одеваться, и вооружаться.

— А что? Это шанс, — задумчиво протянул дядя Олег.

— Олег, сам подумай, уйти мы не сможем. Отложить все? Ты не забыл, что наши пацаны там все разворошили, да еще летчики с транспортным средством ждут. Нужно уходить?! — воскликнул дядя Женя.

Пока старшие спорили, я закончил одеваться, застегнув воротник, немного покрутил плечами. Показалось или нет, но гимнастерка стала немного жать. Летный комбинезон я не надевал, он был где–то в баулах. Впереди замер Толик, на одной ноге, его расширенные глаза перебегали с моих погон на грудь. С наград на погоны, туда–сюда, туда–сюда. Подмигнув ему, и поправив кобуру, я подошел к спорщикам, и громко спросил:

— Ну и чего спорите? Время уходит. Если они рассчитывают подойти с рассветом, то они скоро будут здесь. А переправляться под огнем это еще то удовольствие.

— Хм, устами младенца… Каждый берет по баулу и идем к понтону. Я в деревню к Нине и Раевским, нужно проследить, чтобы они благополучно улетели, — стал командовать отец.

Мой вопрос в спину, его остановил:

— Бать, а деревенские?

— Предупредили, не волнуйся… Вертолетные движки работают. Это наши, — развернувшись, он побежал в деревню.

Батя не ошибся, слух бывшего вертолетчика не подвел, над деревней нарезая круги, сбрасывая скорость, крутился явно военный вертолет. Видимо друзья бати из белорусских вооружённых сил постарались. Над нами вдруг пронеслась тень, присмотревшись я опознал МИ–24, который тоже нарезал круги, прикрывая своего товарища. Серьезные у бати друзья.

Подхватив водонепроницаемые баулы и сумки, которые еще называют челночными мы, сопя от усердия, двинулись к болоту. Мне пришлось тащить два баула и сумку, повесив ее на плечо. Со временем я немного ошибся, когда мы вышли на мостки, уже показался краешек встающего солнца. На понтоне нас ожидал дядя Олег. Судя по тому, как он нас торопил, махая рукой, проход был открыт.

— Меня только одно беспокоит, открыто ли «окно» и втиснемся ли мы в него все вместе, — пропыхтел идущий сзади Степка.

— Если все выдохнем, то втиснемся, а проход открыт, вот дядя Олег торопит, — хмыкнул я, тревожно прислушиваясь. Вертолет почему–то не взлетал, хотя уже минут десять его было не слышно: — Ты прав на лишних людей мы не рассчитывали.

В это время, показалась пятнистая туша вертолета, ревя моторами, он рывком поднялся метров на шестьдесят и, опустив нос, с набором скорости и высоты стал уходить. За ним последовал и второй.

— Фу, от одного балласта мы избавились, — прохрипел я, сумки и баулы становились все тяжелее и тяжелее. Интересно, что в них напихали?

Бросив их рядом на настил понтона, я устало разогнулся. Как мы их на той стороне потащим, интересно они подумали?

Пока все переводили дух, а дядя Олег вскрывал одну из сумок, я посмотрел в сторону деревни. Прижимая к боку автомат, по мосткам к нам бежал отец.

— Живо, одеваемся! — рявкнул дядя Олег, доставая из сумки водолазные костюмы и маски.

Костюмов хватило всем, видимо брали с запасом. Скинув форму и сапоги, отдал их дяде, он паковал все в один из водонепроницаемых балов. Рядом матерился Толик, не попадая в одну из штанин костюма. В семейных трусах в сиреневый цветочек он смотрелся слегка забавно и как–то нереалистично. Рядом возился Степка, инструктируя Толика как пользоваться баулами.

Подбежавший отец с ходу стал раздеваться.

— Ну что? — спросил я у него.

— Нормально, посадил всех. Даже местных детей и женщин. Высадят у ближайшего городка, — ответил он.