Владимир Поселягин – Освобожденный (страница 21)

— Игорь, — вызвал я искина «Волчонка».

— На связи, командир.

Рассказав ему про нашу беду, велел поискать конторы частных сыщиков. Просто так оставлять это дело я не хотел.

Сон после последних новостей как рукой сняло, поэтому я прошел в кают-компанию «Пули» и, включив свет, стал готовить кауфе. Со вновь открывшимися обстоятельствами планы у меня резко поменялись. Вряд ли я верну концентрат, значит, нужно снова его нарабатывать. В этом случае срезание мини-комплекса с «Пули» было в тему: работать и перерабатывать руду в концентрат теперь будет найденный «Крот», пока я собираю морит и вожу его на перерабатывающую станцию. Так что с этой стороны я прикрыт, однако теперь продажа «Метры» стала не такой удачной идеей. Хотя чего там, что сделал, уже не вернешь. В принципе, и не нужен был мне этот слишком большой для меня корабль. Им можно работать по краям астероидных рек, внутрь в поисках дорогой руды не войдешь, а использовать его как носитель для двух «Кротов» не самая лучшая идея. От пиратов не спрячешься, я тому лично свидетель.

В общем, если концентрат не вернешь, то возможность наказать наглецов я упускать не буду. Меня так бабушка учила. Ударили по правой щеке, подставь левую — не для меня. У нас в поселке жила бабушкина однополчанка, умерла за три года до моего похищения. Так вот она рассказывала, что один полковник как-то оскорбил бабушку, то ли приставать начал — бабушка у меня в молодости эффектной девушкой была — то ли еще что. Я так понимаю, там была попытка изнасилования, удачная или нет, не знаю. Но когда он уезжал в тыл, на перекрестке его подстерег снайпер. Смершевцы потом нашли гильзу от немецкой винтовки на месте лежки. Так вот, эта старушка в том полку прачкой была и видела, как бабушка после гибели полкана возвращалась из лесу с трофейной винтовкой в руках. Они подружками были, поэтому прачка ее не выдала, да и считала, что та права. Вот такая у меня бабушка была, таким и меня воспитала.

В общем, планы у меня особо нарушены не были, просто восстановление крейсера отдалилось на неопределенный срок, так что пропажа концентрата оказалась больше моральным ударом, чем болезненно-финансовым.

— Командир, я нашел шесть частных розыскных контор. По отзывам — приличные. Не шушера, — вышел на связь Игорь. — Все находятся в столице Миринды, Бушере.

— Скидывай мне их адреса, — велел я.

После кроткого размышления я выбрал небольшое сыскное агентство «Корд и сыновья». Несмотря на то, что по корабельному времени было двенадцать ночи, я все равно набрал номер, указанный в рекламном проспекте.

Ответили мне через две минуты. Это был плотный мужчина с умными и проницательными глазами, хотя и с заспанным лицом.

— Сыскное агентство «Корд и сыновья». Чем мы вам можем помочь?

Я пользовался закрытой связью, поэтому сыщик не мог определить, с кем разговаривает.

— Мне нужно разыскать похитителей груза.

— Да, это наш профиль, но инкогнито мы не работаем. Извините.

— В случае если я найму вас под своим именем, эта информация уйдет на сторону? — спросил я под протоколом.

— Только по суду.

— Хорошо. Тогда заключаем договор, и я ввожу вас в курс дела…

После получасового рассказа, я подвел итог:

— …с потерей концентрата я уже смирился. Так что задача найти его не ставится. Мне, как вы поняли, нужны похитители. Находите их, узнаете имена и адреса, передаете мне и получаете гонорар. Думаю, пятьдесят китов будет нормально.

За всю работу сыщик запрашивал двадцать два кита, так что размер премии его впечатлил.

— А если концентрат будет найден?

— Четверть стоимости. С учетом того, что стоит он пять тысяч китов.

— Приятная надбавка за работу, — придя в себя от изумления, пробормотал сыщик. — Мы принимаемся за работу немедленно. Аванс вы выплатили, всю информацию дали. Так что ждите скорейших результатов.

— Жду, — ответил я и отключился.

Утром я заглянул в ангар к соседям. Они уже разобрали «Метру» и сейчас прикидывали, что закупить первым из нужного оборудования. Дав им пару подсказок, я дождался заказа от военных, проверил его и передал Игорю — тот знал, что со всем этим делать. После чего к обеду я вызвал погрузчик и ушел в космос, на добычу.

План по усовершенствованию добычи руды сработал на все сто. За пару дней я привел найденный «Крот» в относительный порядок, выдернул старый искин и вместо него установил Умника. Инженерный дроид вытащил уничтоженные разгонные движки и установил мои старые, поправив погнутую раму, на которой они должны были крепиться. Система жизнеобеспечения на втором «Кроте», которого я назвал «Трофеем», не работала. Да я и не стал ее реанимировать, мне она не нужна, Умнику тем более. Реактор тоже привели в порядок — запасные части были.

Наконец Умник начал добычу и переработку. За день широкомасштабных поисков мы нашли террита всего кубов на триста. Похоже, выработал я эту пятьдесят третью астероидную систему в смысле редкой руды. Скоро нужно будет перебираться в соседнюю. С этим проблемы: если маршруты и график местных патрулей я знаю, то там придется просидеть недели две, чтобы выяснить тамошние.

— Капитан, трюм и контейнеры заполнены на сто процентов, — сообщил Патрон.

Как только «Трофей» был отремонтирован и пущен в работу, два малых контейнера я перевесил на него, благо зацепы были. А два оставшихся и трюм за восемь часов непрерывной работы наполнил моритом. Его тут было хоть и не в достатке, но встречался. К тому же мы с Умником помогали друг другу. Если я встречал обломок с территом, то кидал ему координаты; если он находил морит, то информировал меня.

— Принято, приготовься уходить в прыжок, — велел я, и на ручном управлении стал выводить «Пулю» из астероидной реки. Забрались мы, честно говоря, глубоко, к этому времени подчистив все по краям, так что на автопилоте тут не выберешься.

Три дня назад, когда я уходил на добычу, то подошел к топливному терминалу и заполнил все четыре контейнера. А когда восстановил «Трофей», то освободил два контейнера, перелив топливо в его баки. На него же перевесил и два других контейнера с топливом, так что Умнику должно было хватить с запасом. Первым делом он выработает топливо из контейнеров и только потом возьмется за баки, загружая в освобожденные контейнеры концентрат. Кристаллов-катализаторов я оставил ему больше трехсот штук — все, что было.

Разогнавшись и уйдя в прыжок, я вышел из рубки и, сготовив ужин — время было восемь вечера, — направился спать. Лететь долго, вздремнуть успею.

— Восемьсот шестнадцатый, на разгрузку? — поинтересовался оператор ближайшего причала перерабатывающей станции, одной из сорока имеющихся. Мне повезло: к тому, к которому я подлетел, очереди не было.

— Да.

— Ты у нас на первом месте был по добыче морита, но вот сполз на третье. У нас теперь еще двое стали на этом зарабатывать. Видимо, нашли где-то залежи, вот и копают, — похоже, оператору было скучно, вот он и болтал, манипуляторами освобождая «Пулю» от руды.

Я же в это время проверял почту. От сыщика пришло два сообщения — что они принялись за работу, выделив двух человек, и то, что появились какие-то зацепки. Последнее сообщение было отправлено сегодня в обед.

— Принято шестьсот двадцать три куба. Вам на счет перечислено двадцать тысяч четыреста кредитов, — сообщил оператор.

Я как-то забыл, что трюм у меня стал больше, и думал, что из-за того, что не было двух контейнеров, получу меньше. Оказалось, мне заплатили почти столько же. Не зря убрал этот мини-комплекс.

— Принято, — подтвердил я поступление денег.

— Дозаправляться будете?

— В следующий раз, — сообщил я, разгоняя кораблик.

В этот раз я вернулся в то время, когда ушел первый патруль и еще не появился парный второй. Как хорошо, что они не часто меняют схемы маршрутов, удобно для меня.

Добравшись до Умника, узнал, как у него дела. Тот сообщил, что переработал руду на сорок кубов концентрата. Дней через шестнадцать его можно будет освобождать от груза, трюм и контейнеры будут полны. Похвалив его, я изучил пересланные Умником координаты морита и пошел за добычей. Через семь часов, набив полный трюм и контейнеры, снова ушел в прыжок.

Сообщение от сыщика я получил на шестой день, когда седьмой раз освобождал трюм от морита. Счет у меня пополнился на приятную сумму в сто двадцать шесть китов. С учетом того что остаток был восемнадцать китов, вместе с мелочью получалось сто тридцать девять тысяч.

Судя по сообщению, сыщик закончил работу и ждал меня в одной из гостиниц. Отправил ему ответ, что я буду в своем ангаре завтра с утра, пригласил встретиться там. Перед самым прыжком пришло подтверждение.

Вернувшись в пятьдесят третий астероидный сектор, я добрался до «Трофея» и освободил его трюм от концентрата. Конечно, за эти семь дней он наработал всего триста шестьдесят пять кубов, но хоть что-то. Не возвращаться же в ангар порожняком. Слив Умнику часть топлива, я совершил прыжок к терминалу.

У ангара меня встретил Сергей. Как только погрузчик снял «Пулю» с тележки и поставил ее на опоры, я отдал приказ на закрытие створок и, покинув корабль, вышел в транспортный коридор.

— Привет, — мы поручкались.

— Что-то ты быстро, едва неделя прошла. Обычно шахтеры уходят дней на двадцать пять — тридцать, — сказал Сергей, пока мы шли к ангару сестер Бьянки.