Владимир Поселягин – Огненное-лето-44-го (страница 29)
Как и ожидалось, меня тут ждали. Нет, Савуч на месте, хотя тени под глазами у той залегли, видимо серьёзно опрашивали обо всём с момента нашей встречи. На той же опушке, в стороне от поваленных деревьев, это я с «Хьюи» диверсантов бил, засела группа, горела изумрудным огнём. Так что это за мной, явно, шесть человек. Плюс на батарее мужчина. Редкость тут. Аж целый капитан госбезопасности. Тот явно проживал в деревне, сейчас же направился пешком в нашу сторону.
Когда я подъехал, то крикнул батарейному старшине:
- Марфа Васильевна. В кузове подарки вам. Разбирайте.
А вот Савуч от объятий увернулась, стрельнув глазами в разные стороны.
- Это что за смущение? Раньше ты такой скромной не была, - сказал я с улыбкой, и тут же жарко зашептал на ушко. - Ну что, в лесок прогуляемся, или на сеновал?
- Зиновий, тебя ищут. Тобой интересовались. Скажи, ты мне лгал, говоря, что служишь в секретном подразделении?
- Нет. Просто моя служба не имеет никого отношения к Советскому Союзу.
- Откуда ты? Англичане? Американцы? Немцы?
- Ну ты скажешь тоже, - засмеявшись, сказал той. - Нет, я работаю на демонов. Можно сказать, на чертей.
- Это не смешно.
- А я и не смеюсь уже.
Тут к нам и подошёл капитан госбезопасности. Мелькнули корочки, на которые я даже взглянуть не успел. Тот мигом их открыл, тут же и закрыл, я не успел ничего рассмотреть, после чего сказал:
- Гражданин Кириллов, вы должны проехать с нами.
- Это с какой это радости?
То, что тот чувствовал свою власть, это видно, от леса, где засадная группа пряталась, катили две машины, трофейный пятиместный «Опель», и «полуторка» с пятью бойцами, видимо где-то дальше стояли, карта их не засекла. Да и та шестёрка, что на опушке ранее укрывалась, небольшой цепью быстро шла в нашу сторону, почти бежали. Осназовцы, сразу видно. Те ещё волчары. Может поэтому такой гонор и надменность в голосе. Нашли кого тут оставить. Политика нужно было оставлять дожидаться меня, а не это чудо. Кто-то серьёзно подставился этим, переговоры с этим капитаном были провалены даже ещё не начавшись.
- Не захотите сами, доставим силой. И сдайте оружие, - добавил тот, положив руку на свою кобуру.
- Прям напугал, до мокрых штанов.
Так как я стоял в окружении девчат батареи, что внимательно слушали нас, капитану это явно не нравилось, вон как морщился, поэтому попросил девчат отойти, и когда места стало достаточно, махнул рукой для виду и появились стоявшие рядом борт к борту два танка, «Т-34-85» двух веток, советской и китайской. Под многочисленные ойканья девчат, и вытаращенные глаза капитана, оба танка вдруг взревели дизелями, выпустив под корму сизые струи выхлопа, и ревя движками и звеня гусеницами отъехали чуть в сторону и их пушки почти синхронно хлопнули, посылая бронебойные снаряды. Осколочные не стоит, до убитых может дойти. Первый снаряд ввинтился в землю перед мордой «Опеля», выбив фонтан земли, и рикошетом ушёл дальше, второй перед мордой «полуторки», потом спаренными с пушками пулемётами прочесали землю у той шестёрки, что залегла, пережидая обстрел.
- Так кто там про силу говорил? - с заметной усмешкой поинтересовался я. - Ты хлыщ не для того сюда направлен был, чтобы меня пугать. Сейчас берёшь ноги в руки, и вали отсюда. Если правительство хочет со мной пообщаться, пусть направляют адекватных своих представителей. А не придурков, вроде вас, товарищ капитан.
Последнее добавил с едкой уважительностью в тоне.
- Я прошу прощения… - тот перешёл на нормальный язык.
Однако первое впечатление уже испорчено, и чтобы тот не говорил, мне уже не интересно, так что прервав его словоблудие, сказал:
- Сейчас вы садитесь в свою машину, забираете своих людей, и уезжаете. В ином случае живыми вам не уйти. Один полковник из политуправления штаба Ленинградским фронтом, которого я освободил из плена на территории Финляндии, тоже пытался меня строить и приказы отдавать. Получил пулю в лоб. Званием или авторитетом на меня лучше не давить, патронов на всех хватит. Если ваше командование желает со мной пообщаться, то я открыт для общения, но с другими людьми, пусть нормального своего представителя засылают, который не выбешивает своей надменностью. К слову, я здесь пробуду до наступления темноты, до девяти с половиной часов вечера, после чего отбуду на территорию Финляндии. Там женский лагерь для военнопленных у города-порта Ханко, освободить хочу. Время есть, сейчас одиннадцать часов дня.
Всё же тот не стал противится, танки мои грозно поводя стволами находились рядом. Советская машина, китайская укатила метров на триста в сторону, теперь для меня слепых и мёртвых зон не было, всех достану. Капитан высвистал своих людей, ту шестёрку тоже, и вскоре они скрылись, только пыль стояла, где машины проехали. Причём, «Опель» умчался на максимально возможной скорости, явно в Москву капитан торопился, а «полуторка» вне зоны видимости свернула к лесу, и бойцы посыпались с неё, направляясь к опушке с нашей стороны. Снова наблюдать. Карта их показывала.
- Идём в штабную палатку, пообщаемся, - устало вздохнув, сказала Савуч.
- Зачем? Если ты хочешь спросить откуда я и что тут делаю, то секретов у меня нет. Если твои подчинённые узнают, ничего плохого я не вижу.
Девчата любопытные как кошки, не простят ей, если та всё же настоит на своём. Конечно если прикажут никуда не денутся, но Савуч, видя настроение своих девчат, кивнула и сказала:
- Рассказывай.
К нам, полукругом собираясь вокруг меня, садясь на траву, подошли и те, что разгружали «полуторку», половину кузова уже освободили.
- Что вам сказать? Как меня зовут, не важно, тут меня назвали Зиновием Кирилловым. Этого достаточно. Я жил, работал, любил, невеста была, и в возрасте двадцати трёх лет… умер. Не знаю почему, работал переводчиком, часто бывал за границей. В совершенстве владею одиннадцатью языками и бегло испанским. Изучаю его и сейчас. Я не скажу, что был плохим человеком, добрых поступков у меня хватало, но и ангелом я не был. В общем, я на собственном примере узнал, что есть и Рай, и Ад. Я попал в последний. Муки там предлагались разные, но получалось так, что мне дали задание в обычном мире. Да, там были котлы и низшие прислужники - черти. Наши души, и мою в том числе, варили в специальной субстанции, что подзаряжала души, болезненно, даже очень, но и души существуют дольше, так что рассказы про Ад правда. Даже анекдоты ходят. Например, умер татарин, и попал в Ад, ему устроили экскурсию, предолгая выбрать себе наказание самому. Тот ходит, смотрит, котлы с душами, не интересно, и тут в закутке роскошная блондинка делает минет огромному мужику. Что такое минет узнаете позже от сведущих подруг. Татарин указал на них и сказал, что: