Владимир Поселягин – Офицер-разведки (страница 4)
Больше трофеев не было. Карманы пусты, только махорка да пустой коробок спичек. Документы взял, а форма полицая меня не интересовала, тем более и она не на мой размер. Хотя сапоги предателя я прихватил. Не сильно ношены, можно будет продать. Они нашего пошива, с зауженными голенищами. Тело оставил у забора, руки не пачкал, удар амулета с воздушными лезвиями – и порубленное тело оплывало кровью. Я же заторопился к складам. В городе на удивление много полицейских подразделений было, видимо, некоторые являлись карателями. Пока до складов добрался, еще уничтожил восемь полицаев. В отличие от первого полицая, что шел с суточной смены отдыхать, он местным был, эта группа шла строем. Тут отработал воздушными лезвиями, потеряв десять процентов маны в накопителе на это, зато все лежат обезглавленные. Бил точечно, чтобы не повредить ничего и трофеи не потерять. Прибрал винтовку Мосина, самую свежую и не расстрелянную, еще был ППШ, причем новый, этого года выпуска, к нему два запасных диска. Два пистолета, ТТ и «парабеллум», с кобурами. Остальное не заинтересовало. Только боеприпас собрал к вышеперечисленному. Да наконец-то сапоги подобрал, тут аж у двоих были нужного размера. Одни чуть стоптанные, другие новые, яловые. У водопроводной колонки помыл ноги, подлечил от мелких травм, намотал еще теплые портянки и натянул сапоги, те, что поношенные, новые пока поберегу. Только после этого наконец добрался до складов. Добежал. Уф, как хорошо в сапогах, не нужно смотреть, куда ступаешь. Правда, и минус был, я отвык от обуви, и в первое время те мне серьезный дискомфорт причиняли. Ничего, снова привыкну. А пока добывание нужного мне, а потом на вражеский аэродром. Надеюсь, найду там то, что мне нужно.
Мотор «шторьха» ровно гудел, я поглядывал вокруг, благо амулет ночного и дальнего видения отлично помогал, ночь темная. Девочка лет пяти, что сидела у меня на коленях, особо не мешала. Меня ждали, в штабе моей армии подтвердили прием, сообщив, куда лететь. Армия двигалась с боями, и местоположение ее давно сменилось.
А вообще с момента, как я расстался с магенышем, уже десять дней прошло, второе сентября было. Одиннадцатый день пошел, уже полтора часа как. Тогда, добравшись до Житомира, я действительно неплохо прибарахлился. На складах добыл три тонны риса в мешках, у немцев это довольно редкая крупа, тонну гороха и тонну пшеничной крупы, потом вскрыл склад с питанием для офицеров, дорогие вина, сыры, шоколад, масла, колбасы. Были чай и какао. Никакого эрзаца. И тут на семь тонн набрал. Амулет-сканер отлично помогал, прежде чем убрать кусок стены в хранилище, давая себе доступ внутрь очередного пакгауза, я сначала смотрел амулетом, что есть внутри. Самое интересное я прибирал. Поэтому еще тонну мешков свежей пшеничной муки. Два мешка соли и два сахара. Две фляги с подсолнечным маслом и две с медом. Ну и склад с консервами. Брал мясные, с ветчиной, фаршем, саморазогревающиеся, и сладкое. Пятнадцать тонн припасов, но это не все. Тут уже начали сбор урожая, и я нашел местное овощехранилище, довольно крупное. Забрал четыре тонны картошки, только вчера с полей, двести кило капусты, двести репчатого лука, сто моркови, сто чеснока, двести огурцов и двести помидоров. Они в ящиках были. Свежий урожай, не из парников ли? В общем, двадцать тонн припасов ровно, как и рассчитывал. На другом складе, вещевого имущества, нашел котлы. Большие, маленьких не было, пять штук по сто пятьдесят литров каждый. Чугунные. Я поскорее прихватил их и покинул склады. Нужно сделать запас готовых продуктов, и они отлично помогут. Правда и весят почти тонну, но меня это не остановило. Я их взял временно, потом избавлюсь. Может, один котел оставлю, остальные точно скину. А поторопился покинуть город, потому что по нему тревога звучала. Нашли убитых полицаев, да и тут на территории станции я двоих немцев убил. Одного ссыкуна из зенитчиков, до туалета ему лень дойти, к углу склада бежал, где я укрылся, и часового, с которого снял новенький карабин Маузера с боезапасом. Да, документы я собирал, с полицаев и вот немцев, для отчетности. А перед тем как покинуть склады, увел полтонны тротиловых шашек с бикфордовыми шнурами и добрался до аэродрома.
На аэродроме тревоги не было, но посты усилили. Из города им сообщили о нападениях. Тем более тут вполне себе шла боевая работа. Часть самолетов на вылете, еще одну группу готовили. Пользуясь темнотой, тут соблюдали светомаскировку, прежде чем заминировать склад ГСМ, и склад боеприпасов, я посетил землянки лётного состава, стараясь не разбудить тех жильцов, что были. Увел новенький патефон и солидную стопку пластинок с разной музыкой. Обувь подобрал, ботинки хорошие, два летных комбинезона моего размера. На складе две тонны летных пайков и шесть комплектов офицерского нательного белья. Заглянул в столовую, набрал утвари и посуды, доски разделочные, половники, ножи и все необходимое. Потом к складам, шнуры уже горели, увел пять тонн авиационного бензина в бочках и одну бочку моторного масла, и даже три самолета. Два «шторьха» и один связной «мессер». Самих «шторьхов» было три, но один в ремонте. Из двух один вполне свежий, второй латаный-перелатаный, видно, что пулевые отверстия заделывали, но мотор новый. Первый себе оставлю, а на втором к нашим полечу. Да и тут эксплуатировать буду. Что по «мессеру», то дальность у него выше, хотя на такой машине летать не доводилось, но я справлюсь. Убив охрану у землянки, где радист сидел, там еще три офицера было, все же работа шла, я проник внутрь и, настроив рацию на волну радиостанции штаба моей армии, стал вызывать:
– Тюльпан-два. Ответь Урагану-три, прием.
Знаю, что за время моего отсутствия все позывные давно сменились, а новых я не знал. Да и не смущало это меня. К счастью, дежурный радист не спал, подтвердил прием, знакомый голос, знаю его, и тот принял от меня сообщение. Да оно короткое было. Сообщил, что бежал из плена, излечился от контузии, а как добуду самолет, то и перелечу к ним. Потом свяжусь, узнаю координаты, куда прибыть. Ну и еще, что я человек практичный и пустым не летаю, кого-то да вывезу с оккупированных территорий, пусть особисты имеют в виду. Проверка прибывших на них. Ну и личная просьба начальнику штаба армии: от моего имени подать запрос на восстановление документов, комсомольского билета, наградных книжиц и заказать изготовление копий моих наград. Свои я утерял, даже не знаю, где они. Как бомбой накрыло, больше не видел. Это нужно для сокращения срока получения копий всего утерянного.
Радист подтвердил принятое сообщение, и мы разъединились. Я уже собрал все ценное, что тут было, и на мотоцикле прорвался с территории аэродрома. Едва успел, как ночь превратилась в день, оба склада рванули с разницей в двадцать секунд, немцам резко стало не до меня. А что я, из техники только новенький легкий БМВ-одиночка, отъехал на нем, там взлетел с полевой дороги, на «шторьхе», и полетел в тыл к немцам. Меня Варшава интересовала как место с наиболее большой концентрацией ювелиров. Километров на двести улетел, на бреющем, когда светать начало. Там сел на берегу речки, около леска, спать особо не хотелось, отмыл котлы в речушке и сготовил в двух котлах блюда. Это щи, использовал кости и мясо лося, и рис отварил, сдобрив фаршем из консервов. Поел и спать. А дальше, как стемнело, уже на «мессере» взлетел, нужно изучить, что за машина, она была куда скоростнее, но я освоился.
Так и добрался до Варшавы за один полет, без дозаправок, сел недалеко, удалось со второй попытки сделать благополучно. Ювелиров нашел быстро, я у немцев банк ограбил, тут же в Варшаве марок набрал, да и золотых монет хватало, было чем платить. Купил хороший костюм, пальто и шляпу, теперь свободно гулял по городу. Зимнюю одежду, на меху, приобрел. По туристским и рыболовным магазинам прошелся. Даже два спальника нашел, зимний и летний. С трудом, но смог найти и купить отличную медвежью шкуру. Редкий и дорогой товар. Только за золото найти смогли. Я восполнял то, что было мной утеряно при встрече с магенышем. Две палатки теперь есть. Еще двух женщин нанял, выдал припасы, и они готовили разные блюда. Но главное выпечку. Пирогов немало напекли, я приходил вечерами и забирал. Также угнал новенький «Опель-Кадет», двухдверный, бордового цвета. Потом у пристаней парусную шлюпку – она полтонны весила. Ну и роскошный «хорьх». Если остальное для себя брал, эту машину как раз на продажу. Сам за городом в лесу проживал эти семь дней, пока три ювелира работали по моим заказам. Камни они сами находили. Изумруды, рубины и, конечно же, брильянты, и шлифовали их до круглого состояния. Всего два десятка камней сделали, но уже кое-что. Я заряжал свои накопители, по три дня на каждый. Проверил и новый камешек. Нормально, заряжается. И вот полетел обратно, хранилище на сто процентов полным было, сел у Ровно, поискал попутчиков, тут повезло найти группу беглых евреев, и забрал шестерых детей от пяти до семи лет, со следами желтых звезд, вышитыми на одежде, это все что смог, и на том латаном «шторьхе» полетел к нашим. Координаты я уже получил, самолет был артиллерийской разведки, рация имелась, я знал, куда лететь. Вот и добрались, так что мне подсветили полосу, и я пошел на посадку.