Владимир Поселягин – Кровь Архов (страница 14)

Я узнал все подробности сделки Зета: Лея рассказала о ней чуть ли не поминутно. Примерно так, как я и предполагал: поманили золотыми горами, и Зет потёк, растаял, согласился на всё. Одна проблема: искин «Тупня» был взломан, и, похоже, дроидом-диверсантом, которого я так и не обнаружил на борту. Об этом я узнал случайно, когда удалял учётную запись Зета из его памяти. Она не удалилась после перезагрузки, что в принципе невозможно. Так что тут без вариантов. Сейчас его ломает мой планшет. Одна из пяти программ по взлому дала срок две недели, остальные вообще не подходили – за полгода не справиться. Взлом идёт своим чередом, он не мешает нам. А оборудование связи я отключил, пока мы в поиске и добыче.

Да, вы правильно поняли. Пока искин не вернётся под мой контроль, на Союз мы не вернёмся. Рисковать, возвращаясь в эту клоаку на корабле, который мне не подчиняется, я не намерен. На Фронтире безопаснее, даже с таким искином. Думаю, нас бы тихо посетили, и Зет пропал бы, но просто не успели.

Слава богу, что с дроидами всё в порядке, проверил лично. Коды сменились штатно, перезагрузка прошла успешно (но, по-хорошему, надо базы программиста себе покупать, хотя бы второго ранга). Главное, судно я вычистил. Сделал пять микро-прыжков на всякий случай. И вот теперь в новой системе, куда добирался двое суток. К слову, система с рудовозом не так уж и далеко – минут двадцать в гиперпрыжке. Почему я её выбрал? Потому что рядом находится пространство, которого нет на карте. Белое пятно. Буду работать с ними теперь. Интуиция подсказывает, что есть шанс что-нибудь в них найти. И радар показал – астероидное поле там есть. Правда, это всё, что он смог разведать. Работать будем эти две недели чисто по артефактам Джоре, чтобы занять себя. А когда искин вернётся в наши руки, то начнём добывать самую дорогую руду, что найдём. Вот такой план.

Тут я захохотал. Нет, радар не показал ничего достойного. Даже обглоданных остовов погибших кораблей не было. Просто в голову пришла догадка. Раньше как-то не думал об этом. Почему захвата не было на парковке у станции моей корпорации? Возможно, наёмники там не рискнули шум поднимать. Даже под видом курьеров. Это понятно. И раз нас не взяли раньше, то захотят поймать там, где остался рудовоз!

Представляю, какой сюрприз их ждёт, когда к рудовозу подтянутся корабли корпорации из боевого крыла, ха-ха! Безопасник стопудово их туда направит, чтобы подстраховать изъятие руды. Да, это будет облом! Это-то и вызвало у меня внезапную вспышку хохота. Даже для самого себя неожиданную. Объяснил Лее и недовольному Зету, отчего я так развеселился (хотя его бесит то, что я постоянно напоминаю о промахе со сделкой).

Узнав, в чём дело, они ушли к себе. Только Ирри осталась сидеть у меня на коленях, болтая ножками. Она с интересом наблюдала за показаниями на трех пилотских визорах, хотя основную информацию я получал через нейросеть напрямую в мозг – так быстрее её обрабатывать. Изредка встречались мелкие астероиды, я проверял их шахтёрским сканером. И удивился, поворачиваясь к очередному:

– О, террит!

– Что? – влетела в рубку Лея, почувствовав торможение «Тупня». – Артефакты Джоре нашли?

Вопрос прозвучал в тему, и я не стал юлить: да, есть успех. Вёл проверку с шахтёрского сканера, а сближаясь ближе километра – и с технического. Сейчас Зет, прильнув к визору в кают-компании, жадно ловил картинку, бегущую с передовых зондов. Мои новоприобрётенные программы для искина так и не встали, так что пока приходилось заниматься поиском по старинке, на ощупь. Видимо, диверсант наложил незримый запрет на всё новое «железо».

– Террит обнаружился в одном астероиде, – пояснил я, отрываясь от сканирования. – Между прочим, три тысячи сто кредитов за куб. Входит в десятку самых дорогих, пусть и замыкает её. Жаль, мало, всего кубов семьдесят будет. Но заодно и я потренируюсь, мне тоже нужен опыт. А то какой я шахтёр, если ни разу толком как шахтёр и не работал?

– А потом, если такой руды больше не будет? Другую будешь грузить? – не унималась Лея.

– Политика всех шахтёрских корпораций сурова: в бункере должна быть руда одного типа. Если смешана – штраф пятьдесят процентов от цены. Так что нет, если уж террит попался, а курс пролегает через нужную нам систему, то и найдём ещё. Время на поиски есть.

Все трое, затаив дыхание, наблюдали, как я, сблизившись метров на триста – ближе опасно, любой шальной осколок может пробить обшивку – стабилизировав корабль, принялся кромсать астероид лазерами. Сначала рексит, отбрасывая его в сторону, чтобы добраться до драгоценной жилы. Работа, надо сказать, оказалась дьявольски сложной. С моим-то уровнем базовых навыков! Неудивительно, что я собирался подтянуть пилотирование и шахтёрский сканер хотя бы до третьего ранга, а уж шахтёрские лазеры – до второго, они сейчас нужны, как воздух. А пока приходилось выжимать максимум из того, что есть. Слабовато, конечно, но работать можно. И, несмотря на тяжкий труд, пот градом катился по спине, я даже увлёкся процессом. За пять часов выкорчевал треть астероида и приступил к разделке террита, отправляя драгоценную крошку на переработку. Затем, сблизившись с астероидом почти вплотную, перевёл корабль в режим ожидания, выставив щиты на полную. На борту объявляется ночь, нужно отдохнуть.

С утра я закончил с территом. Всего вышло семьдесят два куба, и мы двинулись дальше, выписывая причудливые зигзаги, то вбок, то вниз, то вверх, тщательно прощупывая сканерами каждый астероид. Их немного, но что важно – дрейф шёл чётко из системы с белым пятном, куда мы и направлялись. Значит, астероидное поле там действительно есть. Радар не соврёт. По крайней мере, я так думаю.

Из-за кропотливой проверки каждого астероида движение было черепашьим, и только к вечеру мы достигли границ обеих систем, остановившись на ночлег у массивного булыжника, который прикрывал нас от чужих сканеров. Мало ли, пираты? А с утра – снова в путь. Ночами я грыз «Многозадачность». На шестую осилил и перешёл ко второму рангу «Сапёра». Днём занимался поиском, продолжая бороздить космическое пространство. Даже когда мы вошли в соседнюю систему, охота не превратилась в рутину. К тому моменту трюм уже ломился от террита! На всё про всё ушло восемь дней. Ещё через пять наш искин будет взломан. Технический сканер пока молчал, не выдавая ничего интересного. Хотя нет: нашли старый схрон в одном из астероидов. Контрабандист оставил, тайник древний, лет сто ему. В дежурство Леи нашли. Сколько было восторга! Даже то, что схрон оказался пуст, её не огорчило. Главное – работает сканер!

Я же, напротив, пожалел, что так быстро набрал руду. Корабль стал ну очень неповоротливым. Впрочем, и тут я нашёл свои плюсы. Опыт пилотирования рос, как на дрожжах. А так, больше работали техническим сканером, хотя и о шахтёрском не забывал, составляя карту залежей. Три дня монотонных поисков – и вот, наконец, технический сканер снова подал голос. За экраном в этот раз дежурил Зет. Похоже, артефакт Джоре. Даже, скорее, артефакты, впаянные в очередной астероид взрывом, тем самым взрывом, что раздробил целую планету на мириады осколков.

– Неплохо, – пробормотал я, стабилизируя судно и выводя картинку на экран своих пилотских визоров. – Как хорошо технический сканер их отображает! О, а этот артефакт я знаю, на аукционе ушёл за двести семьдесят тысяч. И это нерабочий! Видать, что-то в нём интересное было. Сам его как курьер доставлял покупателю. Остальные, думаю, тоже стоят немало.

Лея и Зет, с глазами, горящими от нетерпения, следили, как я, орудуя техническим сканером, а потом и шахтёрским (надо их вырезать лазером, не повредив), старательно отделяю ценный груз от породы. Даже Ирри заволновалась, закричала, требуя внимания. Пришлось усадить её на колени. Дальше, орудуя лазером с ювелирной точностью, я вырезал четыре куба. Всего артефактов в этом астероиде оказалось восемь – неожиданно. То ни одного, а тут в одном камне, пусть и крупном, целая россыпь! Затем подводил ближе технического дроида и дробил обломки, очищая артефакты от налипшей породы. И вот, после дезинфекции, артефакты уже лежали на столе в кают-компании, оттаивая и маня своей загадочностью. Пять одинаковых чёрных палочек с кристаллами на навершиях – да это же, как пить дать, батарейки Джоре! Заряженные стоят около полумиллиона. Пустые – под сто тысяч. Эти светятся, но уровень заряда нужно определять специальным прибором, который и цену определит. Потом та закорючка, которую я видел раньше, за двести семьдесят тысяч её продали. А вот что за две другие – не знаю. Наверняка в программе определения есть, но она пока не работает. Она заточена под судовой шахтёрский искин, с планшета не запустишь. Итак, по моим прикидкам, тут находок на два миллиона, а с остальными, глядишь, и до трёх дотянет.

– Вполне неплохо. Пустим их на покупку трёх малых грузовых судов или одного среднего. Пора вкладывать деньги, нечего им лежать. Создадим транспортную компанию, наймём работников и пусть возят грузы, а мы продолжим копать и на добытое докупать ещё суда, чтобы развивать компанию.

– А чего это ты мои деньги делишь?! – раздался возмущённый вопль Зета. – Это я артефакты нашёл! Мои они!