Владимир Поселягин – Хитрый Лис (страница 13)

Вот так дальше и начались трудовые будни отдыха. Всей улицей моё прибытие отмечали в саду участка, наградами хвастался. Про медаль ещё не знали, я не говорил. И там меня познакомили с невестой, хотя вроде после потери памяти я был уверен, что всё заглохло. Мы даже не переписывались. Та кстати в пединститут готовилась поступать, уже экзамены сдавала. В Казани будет учиться. Ну знаете, красотка каких поискать, такая и самому нужна. На самом деле на вид славянка, и не поймёшь, что татарочка. Впрочем, там какая только кровь не намешана, так что не удивительно. И вечерами мы гуляли. Можно сказать, знакомились заново. Ну вот по душе та мне пришлась, даже поговорить было о чём. Это после того как я с тачкой навоза бегал по огороду, чистя коровник, и остальные постройки, помогал снимать урожай. Да меня тут реально за батрака считали, свободные руки появились и их до предела загружали. А в коровнике такое впечатление год навоз накапливали. Так что после работы долго отмывался в речке, туда бегал, и уже в форме на свиданку. Пару раз драки были с сельскими парнями. Ну опыт я получил отдыха тут на селе. Это было в первый и последний раз, когда меня сюда заманили. Больше не приеду, пусть других батраков ищут. Лучше как и другие десантники устроюсь в Москве. Что по поводу Дины, так звали девушку, то ещё наши отцы сговорились, мол, отцовское слово нельзя нарушать. Тем более поймали нас на сеновале. Ну чтоб я да не соблазнил не особо искушённую красотку? Да та и не против была.

Там как-то так закрутилось, что уже через два дня сыграли пышную свадьбу. Нас зарегистрировали. Знаете, а я ведь и не против. Отличные столы были, курица и говядина. Тут хоть и нет опиума для народа, я про религию, мы мусульмане, но не фанатичные. Не молимся и в мечеть не ходим, но и свинину не едим. Я кстати тоже не ем. Так что когда наступил день отъезда, я покидал село не один, а с женой. С одним чемоданом и армейским сидором на двоих. Вещей у той особо не было, я прямо сказал, деньги есть, купим на месте. А покинули село ночью, распрощались с родичами, оставив их позади, довёл жену до самолёта, а там и на Брест полетели.

Осмотревшись, ночь скрывала мои действия, я оставил тело политрука, что в моих ногах забился в агонии, всё ещё хрипя перерезанным горлом, наклонившись, рядом бросил обрезки верёвок, и блок кирпичей с вделанным железным крюком, как будто всё это было нужно чтобы утопить тело советского политработника в водоёме рядом, до кромки воды было метра два. Разогнувшись, с презрением пнув того в бок, я с прищуром посмотрел в сторону патруля, что шёл в эту сторону. Чуть подсветил политрука фонариком, сразу же вырубив, на это патруль среагировал, побежали в нашу сторону, сам же рванул прочь. На велосипеде по тропинке оторвался от них. Вскоре тело нашли, и начались мои поиски, но я ушёл. А был в ботинках, гражданская обувь, и одежда гражданская. Вот так до крепости, и через лазейки что знали все старшины, ушёл в сторону своей казармы. Сегодня было двенадцатое июня сорок первого.

Ну и пока принимаю душ, тут круглосуточно, а потом в комнату в которой жил с женой в командирском общежитии, пошли на встречу, выделили, и вспоминал как этот год пролетал. Очень интересно он прошёл. Сам полёт от Алексеевска, прошёл интересно. Дина так и провела, прижавшись лицом к колпаку и жадно изучала землю внизу. Особенно огоньки городов, мимо которых пролетали. Та впервые летела. Да что это, она и Алексеевск покидала всего пару раз, в Чистополь с родителями ездила, это городок километрах в сорока. Ну детские лагеря не считаю. Так что та была взволнована. Кстати, сказал, что самолёт одолжили летчики. И да, я умею управлять, но распространяться об этом не стоит. Жена у меня умненькая, понятливо кивнула. Кстати, к этой теме действительно не возвращалась. Посадка для дозаправки нормально прошла, пока та кустики посещала, я бочку достал и самосливом заправил машину. А прибыв на место, сел на опушке в двадцати километрах от Бреста, отвёл на опушку, и достал домик. Та это не видела в темноте. Дальше зажёг керосиновую лампу. И пока та устраивалась в домике, обслужив и заправив самолёт, прибрал. Так что легли на полки и уснули. А в домике комфортно, стационарный амулет климат-контроля, летом жару убирает, и духоту. Зимой тепло будет. Можно не подтапливать буржуйку каждые три часа. Фиг выспишься. А утром на попутной машине в крепость, там в штаб полка, закрыть отпуск, успел за два часа до его окончания. И устраивать жену. Надо сказать, сюрпризом стало, что я её привёз, что есть, то есть. Впрочем, нам сразу выделили комнату в общежитии, оттуда недавно съехал лейтенант с женой, новое назначение получил, с переводом, повезло. Вообще я срочник, жена могла только в городе жить, даже не в крепости, но также и младший командир, со свободным выходом из части. В общем, решили не ломать голову и поднять меня на уровень средних командиров, от лейтенантов и выше. Это мне стоило очень дорогой броши комиссару полка, тот на такие подарки падок был, и всё было решено. Ну а дальше потекла служба.

Как осень наступила, вернулись в Крепость, уже пошла военная учёба и остальное. Много интересного было. Кстати, мне благодарность выразили от контрразведки, это про тот туннель. Его не закрыли, в том оборонном пункте теперь отделение бойцов охраняет. Взяли под контроль. Ну и с меня подписку о неразглашении, о нём никто не должен знать. Я не касался магии. Ну амулетами пользуюсь, это так, я тут про амулеты зарядки. Ещё до отпуска я зарядил все камни-накопители, что огранил маг перед уходом, запас имею. Однако я считал, что он слишком мал. У меня среди находок по Ленинграду было с пять десятков необработанных изумрудов, восемь рубинов и шесть алмазов. Договорился с ювелиром в Бресте и тот стал их гранить. Те круглыми должны быть. Хороший мастер, отлично работал. Партиями выдавал. Как заканчивал, забирал, оплачивая и выдавал новые. Так камни и заряжались. Один амулет в сейфе у меня в каптёрке и два в жилой комнате в разных углах. Дальности хватало чтобы не мешали друг другу. Ну и зима пролетела. Причём, я решил дать супруге дело. А у нас уже какой месяц длиться медовый месяц. Я той сразу сказал, работать не будешь, твоя работа это я и наши дети, ну и хозяйство, если квартира будет. Стал выдавать каждый месяц по сто пятьдесят рублей на её личные хотелки. И прямо сказал, в следующем году начнётся одна из самых страшных войн. Я конечно защищу свой любимый цветочек, но и без дела его оставлять не желаю. В общем, предложил той на курсы медсестёр пойти. Обучат как медика, именно передовой, чтобы могла обрабатывать раны, шить, бинтовать. Лубки накладывать.

Сначала с женой пообщался, та не высказала энтузиазма, ну не её это медицина. Напомнил, что у нас дети будут, а те лезут всюду, кто коленки зелёнкой смазывать будет? А тут много знает и умеет. К слову, по детям мы решили с ней не спешить, поживём для себя до начала войны. И Марту я с момента как женился не доставал, она мне просто пока не нужна, а знание немецкого я итак подтягивал, найдя других учителей. Аж двух. К началу июня уже отлично говорил, лёгкий акцент имею, который старался убрать. Война начнётся, Дину отправлю в Алексеевск. Нечего ей на войну эту смотреть, да постараюсь чтобы ты залетела, а дальше уже Марта будет под рукой. Временная замена. С этим и обратился к военврачу медсанчасти, а тот предложил её устроить на курсы санинструкторов, они полгода длятся, но на правах вольнонаёмной. Та не военнослужащая. Я прикинул и кивнул, это можно, так что Дина, соблазнив ещё трёх девчат из семей командиров, они сдружились, пошли на эти курсы и между прочим за полгода вполне всё осилили и сдали экзамены. Им даже выдали корочки о том, что те подготовленные специалисты. Дальше также на правах вольнонаёмной, то есть, без зарплаты, волонтёр, Дина помогала в медсанчасти. Без дела не сидела, нарабатывала опыт. Ну а в выходные, каждое воскресенье мы проводили в городе. Кинотеатры, театр был, как потеплело, в парке, в общем гуляли, и нам эти совместные прогулки ну очень нравились. Тоже комиссар поспособствовал чтобы я каждое воскресенье увольнительное имел. Подарками его благосклонность получил. Сам он не особо жадный до этого, но ходок. Ещё какой. Ему эта ювелирка для его дам нужна.

Я отлично все склады в округе узнал, что хранят, что там имеют. Даже незаметно проник на те что остались от польской армии, увёл незаметно пятьдесят шесть противотанковых ружей. А больше не было. Поляки их настолько засекретили, что когда Германия и Союз на них войной пошли, так и пролежали на складе. А даже сейчас это новинка. Ну и патронов по тысяче штук на ствол. Пятьдесят ружей в мой схрон, он отлично пережил зиму, а шесть при мне, с боезапасом. По пятьдесят патронов на ствол. Ну а хранилище качалось, на данный момент четырнадцать тонн с мелочью, занято из которого едва семь тонн. И то в планах многое скоро выложить. Польские склады медленно разбирают, вывозят, прикидывая что взять на вооружение, а что списать и распродать на гражданском рынке. Пока не обнаружили пропажу, успел хапнуть. С Диной мы часто на стрельбище бывали, для командиров, учил её использовать «Наган», пистолет «ТТ», «ППД-34», винтовки и ручные пулемёты. Даже станковый «Максим» освоила. А пусть знает. Ручные гранаты, тут больше в теории, хотя и держала их в руках, прикидывала как бросать. Занималась та стрельбой не одна, тут немало женщин из семей командиров, и детей, тоже выводили на пострелушки. Я ещё шашлыки организовывал, закуски. Так что отлично время проводили. Пока всё шло так, как и должно. К слову, я не писал письма Сталину и не сообщал никому о скорой войне. Нет, сообщал и ещё как, всем вокруг, пока комиссар дивизии не прижал ствол своего «ТТ» к моему лбу, и с матерными конструктами приказал прекращать это дело.