Владимир Поселягин – Фронтовик (страница 37)

Недалеко ушли, я высмотрел подходящее место для днёвки с помощью «Глаза», и Лазарев решил там отдохнуть. Тихо тут и водоём есть. Вымотались почти все. Вот так накупались и спать, подхарчившись.

Подъём был в полдень назначен, там встали, время пять часов дня, доели остатки тех припасов что я «нашёл», и мы двинули дальше. Рывок до темноты удался, вышли к «мессеру». Инженер и два лётчика, оба майоры, сразу стали его осматривать. Инженер доложил Лазареву:

- Штатная посадка. Самолёт цел, повреждений от воздушного боя не вижу, есть несколько старых, но заделаны механиком. Экипаж ушёл, оставив парашюты. Правда, самолёт явно находили наши бойцы. Колпак открыть не смогли, но на крыло по большому сходили.

- Почему самолёт брошен? - спросил Лазарев.

- Баки сухие, - пояснил инженер. - Не знаю, что за задание выполняли оба лётчика, но вернутся обратно им запаса не хватило. Почему немцы не забрали машину, не знаю.

- Скорее всего лётчики по какой-то причине не дошли до своих, - сказал один из командиров, тот из Особого отдела дивизии был. - Кто может им управлять?

- Думаю я смогу, - сказал генерал. - Доводилось управлять этой машиной. Только более старой модификацией. Эта явно новее.

- Транспортный борт будет, если будет, перельём часть бензина и сможем улететь. Сколько человек он может взять? - допытывался особист. У него был шкурный интерес, оставаться не хотел, а транспортный борт всех не заберёт.

- Трое в кабине уместятся думаю, ещё трое-четверо в бомбовый отсек, - прикинув, сказал генерал.

- Ну хоть что-то.

Дальше стали готовить посадочное место, темнота особо не мешала, костры сигнальные складывали, и ждать самолёт. А мы ведь даже не знаем долетели наши или нет? А если долетели, вышлют борт сюда, или опаска перевесит? Просто ждали, кто-то спал, кто-то на дежурстве с заготовленными тряпками, это факелы, чтобы пробежать и костры зажечь. Я тоже уснул. А проснулся от рёва движков, транспортный борт уже катил по полю скидывая скорость, горели костры. Опять «ПС-84». Дальше всех старших и ценных командиров отобрали на перевозку транспортным бортом, и пока с одним ведром бегали, сливали с баков транспортника бензин, больше ёмкостей не было, хоть это нашли, генерал проверял системы истребителя, пока те кто был отобран устраивались на борту. В бомболюк влезло аж четверо командиров. Баки тяжёлого истребителя-бомбардировщика заливали топливо, пусть медленно, но шло, когда инженер прикинул что хватит, собрались и вскоре улетели. Генерал уверенно поднял «мессершмит» в небо и последовал за транспортником, стараясь держать его скорость. Тот доведёт до аэродрома. А улетело тридцать семь командиров и редких специалистов. Я остался, экипаж Киреева в это список тоже не вошёл. Оставшимися принял командование хмурый капитан, он зенитчик, оборонял штаб дивизии Лазарева. А почему хмурый, так все такие, было ясно что транспортник сюда больше не погонят, генерала вывезли, самим выбираться из окружения нужно. Тут одно радовало, «СБ» с ранеными всё же долетел до наших.

Задерживаться не стали, немцы могли отреагировать на то, что наши где-то тут сели и патрули выслать, поэтому направились прочь. Я снова впереди, как разведчику и проводнику мне цены не было. Это ещё генерал сказал. Те ночью не раз передвигались разными местами, и как я появился, это делать стало куда проще, да и скорость движения выше. А направлялись к тому истребителю, «ишачку», а всё равно по пути, поэтому капитан решил не менять маршрут. Шли быстро, частично по полевой дороге, всё же по ним передвигаться, особенно в тёмное время суток, куда легче. Когда был привал, отдыхать тоже нужно, удачно попалось озеро, многие воды набирали во фляжки, сами пили, я подошёл к капитану, сел рядом и сказал:

- Идея одна есть.

- Говори.

- Тут километрах в семидесяти, у Минска несколько аэродромов, на одном у немцев транспортная часть. Предлагаю добраться, ночью проникнуть на территорию и угнать грузовой «Юнкерс». Как раз нас достаточно, с перегрузом, но заберём всех. Я ночью хорошо вижу, снимем часовых, чтобы не мешали, сам сниму, и угоним. Думаю, с самолётом справлюсь. Ничего сложного.

Вообще где мы находимся? А за Минском, если в сторону границы идти, направление между городом Лида и Барановичей. До Минска и есть километров восемьдесят.

- Шансы?

- Высокие.

- Хм, мне нравится.

Капитан собрал оставшихся командиров, семерых бесполезных, раз не улетели, посовещался, и было принято решение, идём к Минску, угону самолёта - быть. Однако была существенная проблема, нет припасов, всё подъели, тут или у деревенских побираться, может что продать удастся, или добыть у немцев. Шансы что я снова такой мини-склад найду, были признаны неосуществимыми. Ну тут они правы. А пока топали к «ишачку». По пути я видел брошенные советские машины, немало с армейскими обозначениями. Указывал и их осматривали, немцы прибрать их не успели. Тут немало наших окруженцев бродило, машины по сути вычищены, но «Глаз» мне показал одну машину, лежавшую на боку в овраге, густо поросшем кустарнике. Свернули к нему, и изучили кузов, и о радость, там были припасы, с нашего склада. Судя по побитому пулями тенту, гонял машину немецкий истребитель. Рядом могильный холмик с крестом, видимо шофёра похоронил кто-то. В общем, почти всё забрали что не попорчено сыростью было, тут же недалеко у берега речки и приготовили горячие блюда, котелки были. Десять штук на всех, я ещё и в кабине одной из машин красноармейский нашёл себе, тоже готовил. А варили супы. Я ещё лепёшки пёк, мешок муки мы забрали, тесто тоже сам месил. Поэтому за остаток ночи и не успели к истребителю, пустые желудки набивали, а есть хотелось постоянно. Я вот молоко любил и запасы у меня были, но я же не мог свой уже ритуальный стакан молока выпивать при всех? Нет уж, вернёмся, там и продолжу. Пёк на хорошо отмытой пехотной лопатке. А потом ещё утром время захватил, с запасом лепёшек напёк, в один из вещмешков убирали, а так всем хватило, двое бойцов последовали моему примеру, тоже пекли лепёшки, быстро набив руку.

Мы тут же устроились на днёвку, решили вечером дальше выдвигаться, наблюдателя оставили и вскоре многие спали, сытые и довольные. А вот мне не спаслось, «Глаз» показывал интересную картину, я с высоты двух километров наблюдал за любопытным сюжетом. В шести километрах от нас хутор был, я наблюдал как из амбара выводят пятерых, лётчики явно, их принимали трое полицаев, связали в одну колонну и повели следом за телегой. Видимо к селу, оно километрах в семнадцати. Лётчики нам нужны, пригодятся, нужно освобождать. Сев, я быстро оделся, а искупался, спал в исподнем и подошёл к часовому.

- Тихо? - спросил у того.

- Тихо, - ответил боец.

Это был бортмеханик с машины Киреева.

- Оп-па, - произнёс я скорее для бойца, делая вид, что всматриваюсь в дальнюю опушку леса. До него километра два было, там как раз и хутор в лесу находился. - Никак наши?

- Это где? Ну у вас и зрение, товарищ старшина, - восхитился часовой.

- Человек десять, двое вроде лётчики, а лётчики нам нужны. Надо с капитаном посоветоваться.

Вернувшись в лагерь, наши спали в тени деревьев на берегу речки, и растолкав капитана, его фамилия была Бунтарёв, сообщил, что «видел» наших. Мол, лётчики там есть. Стоит соединится с этой группой, тем более если один самолёт угонять, то можно и два, а на том аэродроме я несколько бортов видел. Тот подумал и дал добро. Капитан дальше спать, а я в одиночестве побежал к опушке прямиком по открытому полю. Брать с собой никого не стал, пусть отдыхают. Это официальная версия. Так-то мне свидетели не нужны. Эту группу что «видел», я якобы упущу, не найду, но зато полицаев встречу на лесной дороге, и пленных, освободив их. Хорошая версия как по мне. Вон в качестве трофея лошадь и телега, будет на чём припасы вывозить, не на себе нести. Очень неплохой план, вот и выполнял его. И нужно поспешить, полицаев хочу перехватить именно на лесной дороге, а им чтобы к опушке выйти ещё полтора километра идти. Я добежал до опушки, разделся до нога, и дальше по лесу уже нёсся большой волк. Да, наконец смог перекинуться в волка, не так и давно. До этого вторая моя сущность не давалась. Видимо после перерождения восстанавливалась. Ну или ещё что. Мне-то откуда знать? Добежал быстро, это вам не на двух ногах, там в стороне снова оделся и подкравшись, тремя точными выстрелами поразил полицаев. Шансов не давал, я их своими не считаю. Дальше с пистолетом в руке, у меня табельный «ТТ», вышел на дорогу, осматриваясь. Лётчики, радостно запереглядывались, один со шпалами капитана в петлицах, спросил:

- Старшина, тоже из сбитых?

- Да, товарищ капитан.

Достав из сапога финку, быстро перерезал верёвки, дальше те с телеги забирали вещи, оружие, две винтовки «Мосина», и карабин с тел, плюс в телеге личное оружие лётчиков было, а их документы у одного из полицаев. Сами тела полицаев за ноги я утащил подальше в лес, взял под узды коня, тот беспокоился, я в курсе, они чуют мою волчью сущность, и повёл летунов к нам в лагерь, заодно выясняя кто те такие. Ну и те меня расспрашивали. Я описал как прошло спасение генерала, а те как их сбили после бомбёжки железнодорожного узла Варшавы. Как и думал, из дальней бомбардировочной, из одного экипажа. На хутор зашли еды попросить, им богатый стол накрыли, а очнулись уже в сарае, под охраной.