Владимир Поселягин – Авантюрист (страница 31)

Ну и перебрал остальные припасы, Взор здорово помогал, нашёл десяток краюх хлеба и солёного сала с чесноком, кило десять набралось. Вполне свежего и духовитого нашёл. Наделал бутербродов и убрал на будущее в хранилище. Ещё тесто замесил и лепёшек напёк, мука и карателей была, хотя и немного, полмешка. Зато соли почти мешок. Что-то многовато. Вот так приготовил, разлил по тарелкам, у меня с десяток их, плюс два советских красноармейских котелка, тоже у карателей нашёл. Ну и убрал всё в хранилище. А в селе всё же я побывал, тут и там незаметно хаты посетил. У кого один кусок сала увёл, нашёл и копчёного, у кого краюху хлеба. Не всё брал, по одному, но накопилось неплохо. Бывал только в тех домах, где видел, что полицаи живут, там внимательно изучал что есть. Эти богато жили, побольше брал, но также по минимуму, чтобы сразу не заметили пропажи. У одного в подполе Взор показал непочатый ящик с советской тушёнкой. Интересно, а год выпуска сорок третий. Это откуда он? Партизанам скидывали и попали полицаем? Вполне может быть. Ящик на месте остался, а то что тот пуст, хозяева узнают не скоро, когда решат вскрыть. К слову, у того же полицая, подозреваю старшего в селе, нашёл Взором мешком с советскими дензнаками, в банковских ещё упаковках, полмиллиона рублей где-то пачками. Видимо по привычке скрал, а тут золото нужно запастись, драгоценности. Впрочем, и то, и то у него тоже в трёх тайниках было, всё забрал.

Так и вернулся к лагерю. Те спят, подумав, до рассвета часа три, достал грузовик и занялся им. Освободил и отмыл кузов, снаряды вернул в хранилище, а ящики пока в сторону. На дрова они. Ну и поработал с машиной, та почти десять тысяч километров накатала, пробег не такой и большой, но обслужить и кое-где обновить детали, стоит, чем и занялся. Броневик глянул мельком, тот тоже серьёзно обновить нужно, эксплуатировали его нещадно, много проблемных мест было, но нечего, времени пока едем много, ночами восстановлю, приложу сил. А под утро и спать лёг, даже часа два поспать успел, меня разбудили, покормили, уже каша была готова, и мы покатили дальше.

Следующие три дня, к моему удивлению, мы так и катили по трассе на Умань, не привлекая внимания, даже полицаи особо на нас не смотрели. Да и мало их было, видать где-то срочно задействовали. Однако это счастье не могло длится вечно. Мы как раз село очередное проехали, там и железнодорожная станция была, когда на перекрёстке шестеро полицаев и три немца на посту увидели. Мы к ним не спеша катили. Я сидел, облокотившись о мешки со скарбом спиной, как их увидел, ну вот задом почуял неприятности. Сам я уже второй день сажусь, и даже вчера вечером начал ходить, чуть голову для виду кружило, хромал, но начал ходить, что радовало Наталью Серегину до слёз. Хорошая женщина. То, что раны я все заживил, как раз вчера и закончил, и сейчас приводил к телу к идеалу, понятно никому говорить и не думал. Просто показывал быстрое выздоровление. Вон Андрей тоже, осторожно, но рукой иногда пользовался. Без натуги, где придержать надо, кости на руке на семьдесят процентов срослись, я уже не вмешивался, дальше сами зарастали. Занимался только собой, поэтому не до техники, хотя всё стрелковое оружие обслужил и почистил. К слову, выкинул кило на двести того, что мне не нужно, закончив перебирать трофеи, освобождая хранилище. Да и качается оно, на полтонны уже есть свободного. Вот ехали, ехали, а тут это. Мы насторожились, переглядываясь, и я сказал, успокаивая:

- Если что отберут, отдайте без криков, а ночью всё вернётся. Я боженьку попрошу.

Те повздыхали, видеть не я один неприятности ощущал, но без слёз, действительно отдали всё. Да те остановили, согнали с телег детей, меня тоже, и закопались в вещах. Всё переворошили. Все три немца с удовольствием дегустировали тушёнку, они её себе всю забрали, а полицаи, переворошив скарб, покидывали на пыльную обочину, забрали обе телеги и коровы, сообщив, что те реквизируется на нужды германской армии. Так что собрали всё что брошено, сложили удобнее и пошли дальше. Документы проверили наши, но не заинтересовались, видимо информация о погибших карателях ещё не дошла до кого нужно, хотя их наверняка уже ищут. Я сам шёл, все загружены были, даже Андрейка мешок с курами нёс, я один свободен был, и так хромая шёл. Ушли мы от села, до заката успели, километров на пять. С двумя передышками, вещей хватало, там даже пуховая перина была, но ничего, справились. Там и встали на отдых. Бабы поревели, но это нормально. А как усыпил всех, полетел обратно к селу на одеяле. Пора возвращать своё и брать компенсацию. Долетел можно сказать со свистом… Ну тихо ветер шуршал, так что не сильно преувеличиваю. Село спало, кое-где свет горел, несколько полуночников по улочкам прошло, а я искал своё добро. А тут же и станция железнодорожная, небольшой узел, заглянул, и обнаружил Взором в одном из вагонов, полицай сторожил, колбасы, сосиски и даже сливочное масло с шестью головками сыра. Их отдельно в коробках перевозили. А у меня места нет, что там полтонны. Я чуть не взвыл. В общем, прикинул всё и понял. Техники я себе ещё найду, её вокруг много, а вот такую находку, вот так на шару найти, куда сложнее. Так что грузовик и броневик на одной из улиц в ряд машин поставил, в кузов бензин и снаряды, и вернулся к вагону. Полицай быстро умер, а все восемь тонн содержимого вагона, убрал в хранилище. Как раз ушло, пятьдесят кило свободного осталось.

Дальше уже конкретно искал своё, нашёл и телеги, и лошадей, и коров. Забрал их. Нашёл и полицаев, и тех трёх немцев с поста, умертвил, с помощью ножа, шеи решил не ломать, след, забрал что у нас отобрали, загрузил провизией, я у полицаев увёл два мешка свежемолотой муки, третий ко мне в хранилище. Как раз заняло оставшееся свободное место. Горшки с тушёнкой нашёл, жалкий остаток, и вот так покатил к нашим. Лошади кстати свежие, другие, я молодых взял, а не тех стариков, что ранее были. Добрался до своих, разбудил, и пока те радостные охали, встречая свою животину, сказал:

- Боженька наказал полицаев, померли они. Как бы погоню не выслали, уезжать сейчас надо.

Так что загрузились, и мы поспешно уехали, дети, да и я, спали. А возницы, катили, нахлёстывая лошадей. Действительно свежие, укатили за ночь на двадцать километров, пока не ушли с дороги и не встали отдыхать на берег речушки. Повезло, что попалась. А это немало проехали. Утром, другие женщины, пока Наталья Сергеевна и одна из евреек спали, приготовили завтрак, дали лошадям отдохнуть часа три, запрягли и дальше двинули. А поиски серьёзные развернули, грузовики с солдатами проскакивали, самолёт в небе крутился. Найти где-то свободный смогли. Это что, содержимое вагона командующему охраны тыла везли, и теперь ожидали порки за потерю? Хотя, я оставил технику на улице, но не забыл заминировать. В кабину каждой сунул по канистре с бензином, к ним гранату прикрутил, наши «Ф-1», и медную проволоку к дверцам, потянут и взрыв. Там без замедления, сразу подрыв. Да нет, вряд ли, пока убитых найдут, пока тревогу поднимут, когда ещё обратят внимание, что техника не их и залезут внутрь? Однако надеялся, что подрывы будут. Ухали далеко, если дымы и были, уже не видно. Возвращать техники за вот так живёшь, не хочется, а яркий фейерверк оставить за спиной ещё как хочется, вот это я как раз и не прочь. Жаль сразу сжечь не мог, тихо надо было уйти, а так был доволен, и своё вернул и довольно ценные припасы для войны добыл. Размен считаю в мою пользу. Правда, не выкладывал на общий стол. Если немцы даже учуют у нас запасах колбасы, то представить страшно что будет. Нет, рисковать не буду, позже, может быть, но не сейчас.

А так к обеду мы ушли на второстепенные дороги, подальше от главной трассы, тут поспокойнее. Конечно не прямая трасса, с которой мы ушли, покататься придётся, но зато безопаснее. Если только какие шальные полицаи встретятся, но против них у меня разговор короткий. И следующую неделю действительно спокойно доехали до Умани, объехали её, снова на трассу вышли и двинули по ней. Причём теперь у нас две телеги и пролётка с двумя конями. Нагнали нас дня два назад четверо полицаев со спины, приказали остановится. Ещё одни бандиты. И тут нашёлся доброволец, что из автомата застрелил троих своих подельников, и в ужасе орущий сунул горячий ствол в рот, и застрелился. Телекинез рулит, а у нас новые трофеи. Пролётка с вещмешки и запасами. Всё прибрали, оружие снова не взяли, тела спрятали в кустах, и покатили дальше. Олеся Михайловна с дочкой на пролётке ехали. Бросить, да тем даже в голову такое не пришло, не смотря на опаску опознания этой пролётки и коней. А вот на меня стали задумчиво поглядывать, похоже связали действиях тех со мной, крестились, в эмоциях в мою сторону появилась опаска. Даже как-то неприятно.

Хранилище качается, закончив с модернизацией тела откровенно получал удовольствие от путешествия. Даже пару раз рыбалку устраивал и не стоит даже сомневаться, рыбы добыл достаточно и была она пожарена на противне и уха отварена. Вкусно. Запасов немного оставалось, но до Днепропетровска точно хватит. По трассе на него мы всего километров сто проехали за три неполных дня, когда снова неприятность. Новый пост, отобрали всё, в этот раз и всех коров и даже кур. Объяснение то же, на нужды германской армии. Ночью я всё вернул, кроме одной коровы, её забить и разделать успели. Тушу забрал. Поэтому и ушли в сторону от трассы, там всё же действительно безопаснее. Всех немцев и полицаев, где вещи нашёл, и тех что с поста, уничтожил. А свидетели, они нас видели и могли навести. Вот дальше без особых проблем доехали до берега Днепра. Всего трое уничтоженных полицаев. Один раз одиночка и второй раз двое выехали на нас верхом из-за рощи. Коней забрали, сёдла в телеги. Нечего было пытаться нас ограбить. Украинцы, по говору с западных областей. Тот что одиночка, русак, из наших предателей. От деревни нагнал. Тоже поживится хотел. Днепропетровск был почти в пятидесяти километрах справа, слева до Кременчуга около семидесяти, может чуть больше, когда мы на берег Днепра вышли. А что, я разведку ночами проводил, изучая куда лучше ехать, а то в этих полевых дорогах быстро забудешься. У мостов в городах я сам не хочу появляться, вот и нашёл случайно эту понтонную переправу. Правда, ею пользуются немцы, но заплатим, да курицы хватит, и нас пропустят в свободный момент. Мы к вечеру подъехали, я решил нужно рискнуть, подъехали, благо как раз дорога опустела, и больше знаками попросил унтера из охраны пропустить нас, показывая связанную курицу. Тот два пальца показал. Многовато конечно, но нам не до жиру, пропустил бы. Сбегал за второй, и тот пустил на мост, задумчиво поглядывая на наших коней и добро. А так по берегу чуть ниже по течению спустились и там встали на отдых. Переправа хорошо охранялась, хотя и видно, что недавно развёрнута, дорогу не сильно убить грузовики и танки успели, взвод пехоты на охране и по зенитной батарее с двух сторон. И наши о переправе знали, свежие следы бомбёжки были, и чуть дальше обломки сбитой «пешки».