Владимир Попов – Заговор негодяев. Записки бывшего подполковника КГБ (страница 20)
В своем письме Питовранов писал: "Все, что делалось по борьбе против еврейских националистов, которые представляют сейчас не меньшую, если не большую опасность, чем немецкая колония в СССР перед войной с Германией, сводилась к спорадическим усилиям против одиночек и локальных групп. Для того, чтобы эту борьбу сделать успешной, следовало бы МГБ СССР смело применить метод, о котором вы упомянули, принимая нас, работников МГБ, летом 1951 года, а именно: создать в Москве, Ленинграде, на Украине (особенно в Одессе, Львове, Черновцах), в Белоруссии, Узбекистане (Самарканд, Ташкент), Молдавии, Хабаровском крае (учитывая Биробиджан), Литве и Латвии националистические группы из чекистской агентуры, легендируя в ряде случаев связь этих групп с зарубежными сионистскими кругами. Если не допускать шаблона и не спешить с арестами, то через эти группы можно основательно выявить еврейских националистов и в нужный момент нанести по ним удар".
Питовранов в своем письме затронул также деятельность руководства советской разведки: "В разведке много лет не было хороших руководителей. При т. [Всеволоде] Меркулове – бездарный [Павел] Фитин, при Абакумове – проходимец [Петр] Кубаткин, а затем, хотя и умный, но не очень оперативный и острый [Петр] Федотов. Я убежден, что т. [Сергей] Савченко тоже не тот человек, который должен возглавить разведку, чтобы она обеспечила выполнение требований ЦК... Если вами будет признано необходимым, я мог бы свои соображения по этому вопросу и предложения, вытекающие из них, доложить т. Игнатьеву. Зная вашу строгость, но и ваше великодушие, я как родного отца прошу вас, товарищ Сталин, дать мне возможность исправиться".
Это письмо спасло генералу жизнь. При очередной встрече с вновь назначенным министром госбезопасности Игнатьевым Сталин, по привычке неторопливо прохаживаясь по своему кабинету с неизменной трубкой в руках, вспомнил о Питовранове: "Не зря ли он сидит? Давайте через какое-нибудь время его выпустим... и снова возьмем на работу в органы госбезопасности".
По личному указанию Сталина в ноябре 1952 года Питовранова освободили из тюрьмы, следствие в отношении него прекратили. 15 декабря Сталин принял руководство советской госбезопасности в составе министра Игнатьева и его заместителей генералов Сергея Огольцова, Сергея Гоглидзе и Питовранова. Рассматривался вопрос и об очередной реорганизации спецслужб СССР.
"Главный наш враг – Америка, – сказал Сталин. – Но основной упор нужно делать не собственно на Америку. Нелегальные резидентуры нужно создавать прежде всего в приграничных государствах. Первая база, где нужно иметь своих людей – Западная Германия".
5 января 1953 года генерал Питовранов возглавил советскую разведку. Через несколько месяцев он получил новое назначение – уполномоченным МВД СССР в Германской Демократической Республике.
Маркус Вольф
Через несколько дней после капитуляции гитлеровской Германии в Берлине появился неизвестный молодой человек, имя которого станет символом выдающихся достижений разведки нового государства – ГДР. Этот человек "без лица" многие годы был неизвестен его противникам, но ему суждено было стать выдающимся разведчиком ХХ века. Звали его Маркус Вольф.
Родился Маркус Вольф в зажиточной и интеллигентной еврейской семье 19 января 1923 года. Его отец Фридрих Вольф был врачом и талантливым писателем и драматургом. Во время Первой мировой войны Фридрих Вольф находился на фронте в качестве военного медика. По окончании войны он стал коммунистом.
С приходом к власти в Германии нацистов еврей и коммунист Фридрих Вольф вместе с семьей бежал в Советский Союз. Там он написал пьесу "Профессор Мамлок" – о преследовании в нацистской Германии профессора-еврея. Пьеса шла во многих театрах СССР, на ее основе был поставлен одноименный фильм, имевший широкий прокат.
Сыновья Фридриха Вольфа – Маркус и Конрад – учились в Москве в немецкой школе имени Карла Либкнехта. После нападения Германии на Советский Союз семья Вольфа была эвакуирована в Казахстан. Старший сын Вольфа Маркус был направлен в разведывательную школу Коминтерна для подготовки к заброске в тыл германской армии. Располагалась школа в небольшом башкирском селе Кушнаренково.
Во время жизни в СССР Маркус Вольф познакомился с Вильгельмом Пиком, ставшим первым президентом ГДР, и будущим главой Социалистической Единой Партии Германии Вальтером Ульбрихтом, а также с известным немецким певцом и актером Эрнстом Бушем. Маркус сохранит с ними отношения на долгие годы.
Немалая часть курсантов школы Коминтерна, заброшенная на территорию нацистской Германии, погибла в застенках Гестапо. Позднее было принято решение о сохранении молодых немецких эмигрантов для их использования в послевоенной Германии. Маркус Вольф, мечтавший об авиации, поступил в Московский авиационный институт. Однако закончить его ему не удалось. В мае 1945 года он в составе "группы Ульбрихта" был направлен в Берлин. Немецкие коммунисты должны были заложить основы будущего просоветского режима.
Первое время Маркус Вольф работал на радиостанции "Berliner Rundfunk" и как репортер принимал участие в освещении Нюрнбергского процесса. В 1949 году он вернулся в Москву в качестве помощника посла ГДР в Советском Союзе. В действительности же он в течение двух лет проходил углубленную подготовку в разведшколе МГБ СССР. По окончании обучения он был направлен в ГДР для работы во вновь созданной разведке страны, действовавшей под прикрытием "Института научно-экономических исследований".
Первоначально Маркус Вольф занимал должность заместителя руководителя разведки, а спустя год он ее возглавил – в возрасте 28 лет – и занимал эту должность до своей добровольной отставки в 1986 году, когда в СССР уже началась перестройка и Маркус почувствовал приближение конца советской системы.
Совместная деятельность двух разведчиков – Питовранова и Вольфа, начавшаяся в 1950-е годы, продлилась до конца 1980-х – переломного периода в жизни СССР и его сателлитов. Биограф НКВД/КГБ Киселев пишет:
"С писателем Фридрихом Вольфом Евгений Петрович [Питовранов] познакомился еще в военные годы, когда интеллектуалы-антифашисты активно трудились над политическим "перевоспитанием" высокопоставленных немецких военнопленных. А с Маркусом Вольфом он познакомился на приеме в посольстве ГДР в честь Дня Победы в 1951 году... Профессиональный багаж Маркуса значительно уступал питоврановскому, и в первые годы он благодарно относился к постоянной и разносторонней помощи со стороны более опытного коллеги. Очень благоприятствовало их дружескому общению блестящее знание Вольфом русского языка, который с раннего детства был для него таким же близким, как и родной, немецкий... Самый краткий обзор операций, проведенных в те годы под руководством и при самом непосредственном участии Питовранова, занял бы много томов. Притом не все они к нынешнему времени рассекречены" (
Ложные заставы
Метод, о котором говорил Сталин во время совещания с руководством советской госбезопасности летом 1951 года, о чем ему напомнил Питовранов, заключался в изощренной провокации. Заключался он в создании псевдоантисоветских заграничных организаций и структур. Посредством этого советским спецслужбам удавалось вводить противника в заблуждение и получать достоверную информацию о его целях, разработчиках и исполнителях провокационных заданий. Наиболее известными из подобных операций в 1920-е годы были оперативные игры "Трест" и "Синдикат".
Генерал Питовранов в своей чекистской практике использовал опыт чекистов первых лет советской власти по созданию аналогичных ложных структур. На границах СССР в режиме повышенной секретности создавались ложные пограничные заставы якобы иностранных государств. На этих заставах чекисты, владевшие соответствующими иностранными языками, выдавали себя за пограничников сопредельных государств. Подобные заставы перехватывали беглецов из СССР, эмиссаров антисоветских организаций и представителей зарубежных разведывательных органов. Перехваченные сотрудниками ложных застав лица, введенные в заблуждение, полагая, что они находятся в безопасности, рассказывали то, что не сказали бы даже под пытками.
В июле 1947 года Питовранов, занимавший тогда должность начальника 2-го главного управления МГБ СССР, создал "ложные заставы" в Тюрингии (Германия), на стыке советской, английской и американской зон. В документе, посланном по этому поводу из МГБ СССР в ЦК ВКП(б) принцип работы ложных застав описывался следующим образом:
"Обмундирование для личного состава английской заставы имеется в наличии. Для американской заставы будет также подготовлено соответствующее обмундирование. Офицерский состав будет укомплектован (четыре человека) оперативными работниками, свободно владеющими английским языком и обладающими необходимыми качествами – оперативным опытом, выдержкой, умением ориентироваться в обстановке. Рядовой состав – проверенными, выдержанными сержантами и солдатами войск МГБ, изучавшими ранее английский язык. Для исполнения ролей советских пограничников подбираются проверенные сержанты и солдаты внутренних войск МГБ, обладающие необходимыми качествами. Они же обеспечивают охрану объекта во избежания случайного посещения его местными жителями. Личный состав ЛЗ [ложных застав] в течение месяца до начала работы объекта пройдет специальную подготовку. От всех участвующих в операциях будут отобраны подписки о неразглашении".