Владимир Поляков – Улыбка гусара (страница 25)
Особо сильный укол боли заставляет скривиться даже меня, не слишком чувствительного к подобному в силу присущих вампиру особенностей. Все, готово. Я с облегчением перевел дух, ну а Николай, уже с новыми, функционирующими ногами, поспешил потерять сознание. Вполне понимаю и нисколько не осуждаю. Во время процедуры сращивания ног с телом магия держала его в полном сознании, ну а теперь он наконец-то мог отдохнуть от сей до омерзения болезненной, просто кошмарной для человека процедуры.
По мере общения с графом, у меня начало создаваться впечатление, что он как магнит притягивает к своей персоне различные неприятности. Однако, поразмыслив, я отвергла это соображение. Граф не притягивает неприятности. Он их выискивает, причем, вполне возможно, что неосознанно. По крайней мере, на мои вопросы, почему его потянуло зайти именно в этот переулок, хотя перед этим мы прошли несколько весьма привлекательных с точки зрения отдыха мест он мне ничего не ответил.
Что же касается искренней и глубокой нелюбви Аркадия к церкви, то, зная его историю этому не так уж трудно найти вполне рациональное объяснение. Я конечно стараюсь несколько смягчать проявления его неприязни, однако, с сожалением вынуждена признать, что особых успехов в этом пока не достигла. Впрочем, он сейчас хотя бы не стремится немедленно убить любого святого отца, что попадает в его поле зрения, и это, несомненно, моя заслуга.
Глава пятая,
в которой никто ничего не понимает, но это ни в коей мере не мешает развлекаться на полную катушку
Да уж, после операции по приживлению ног надо бы и отдохнуть как следует, от души, в приятной компании. Я уже было собрался предложить подобный вариант прекрасной готессе, как вдруг относительную тишину окружающего пространства разорвал вой сирен.
– Граф, ты только посмотри, опять доблестные правоохранители появились! – возмутилась Элен. – Вот со всей уверенностью могу сказать, что это по поводу того салата из зеленых бумажек, которыми ты патрульных накормил.
– Неужели они хотят добавки?
– Нет. Скорее всего хотят тебя арестовать и допросить с пристрастием. Так что давай, отводи им глаза или что ты там обычно делаешь.
– А стоит ли…
Я определенно задумался над складывающейся ситуацией. Поверьте, господа, в жизни не был в полицейском участке, а тут такая возможность образовалась. В конце концов, надо же мне как-то отдохнуть после трудов праведных. Да и изрядно подрастраченные запасы энергии возобновить следует. Выпитого недоумка с кастетом на исцеление чуть-чуть не хватило – пришлось тратить свою энергию, и сейчас я ощущал некоторый дискомфорт, служащий явным намеком, что надо бы перекусить. Вообще, не мое это призвание – исцелять. Муторно, тяжело, кучу энергии тратится… Убивать куда как проще и приятнее.
– Не поняла, ты что, решил сдаваться на милость этих гадов? – тем временем продолжала Элен всем своим видом выказывая искреннее изумление.
– Ни при каком условии. Просто хочется посмотреть, неужто все так плохо с чинами полицейскими. Нет, я конечно про историю Ваньки-Каина наслышан, но неужто и здесь та московская история повторяется. Ну а если да, то придется мне роль Татищева[3] сыграть! Не хочу, чтобы на моей родине подобное безобразие происходило! А участок, куда меня доставят… Ты лучше о них побеспокойся.
– Граф, ты хоть стены оставь… Помню, как ты с тем казино разобрался. Потом в новостях передавали о пожаре, охватившем несколько кварталов столицы одного маленького прибалтийского государства…
– Ну все, тебе пора. – перебил я её. – Идите домой. Они вас с Николаем не видят и не увидят. До скорого!
Пожар в несколько кварталов? Хм, неплохо разгорелось, однако. Хорошее воспоминание всегда улучшает настроение и настраивает должным образом если и не на повторение, то на нечто в том же роде.
– Стоять! Ни с места! Вы арестованы, – раздались вопли со стороны подбегающих людей с лицами, закрытыми черными масками и с автоматами в руках.
Стою… Только вот арестовывателям этим, лучше бы деяние сие с максимальной вежливостью совершать, с должным уважением к моему титулу, и положению. Иначе и глотку вырвать могу. Голод довольно нешуточный разыгрался.
Я демонстративно поднял руки вверх, показывая, что не собираюсь оказывать сопротивления. Разумеется, мне достаточно было приложить лишь минимум усилий, для учинения ба-альших таких беспорядков, но к чему обижать тех, кто пока что не предпринял никаких особо враждебных действий. Ну наставили стволы автоматов, так приказ у них такой. Зато если кто-нибудь попытается хамить, ну тогда… Тогда сбудутся те самые печальные прогнозы на которые так щедра моя знакомая любительница черного цвета.
Руки? Ах да, вот у него появились небольшие кандалы современного образца, их теперь наручниками обозвали. Да надевайте на здоровье и для пущего своего спокойствия. Подобные игрушки мне ровным счетом ничем помешать не могут. Достаточно лишь немного напрячь вампирские мускулы, и тоненькая цепь, их соединяющая, порвется как гнилая нить. А можно действовать и иначе… Есть в моем арсенале несколько подходящих заклинаний. Ускоренное ржавление, размягчение металла, наконец, просто небольшое преобразование формы моих кистей, благо плоть вампира куда пластичней человеческой.
Щелк. Ага, заковали и теперь считают себя в полной безопасности. Нет, какой шикарный эскорт для моей персоны! Двое по бокам, двое за спиной, а еще один впереди шествует. Вот только поведение далеко от приличного: грубят, угрожают накостылять по шее, как только до места доедем. К тому же от особого усердия кто-то из задних попытался было врезать прикладом по спине, чтобы быстрей шагалось, по отчего-то промахнулся и попал по ребрам своему сослуживцу, конвоировавшего меня сбоку.
Внушительно попал – тот взвыл от всей души и обернулся, дабы высказать своему коллеге все нелестные мысли и эпитеты. Совсем уж нелестные, основная идея которых в том заключалась, что родители косорукого сотворили потомка, будучи в жутко пьяном виде, и к тому же третьим участником в процессе был павиан из знойной Африки. В ответ же послышалось утверждение, что может он и косорукий, но его мамаша точно не была замечена в прелюбодеянии с ослом при помощи трубы от самовара.
Ага, а вот и оплеуха последовала. Неудивительно, я за подобное оскорбление вовсе бы убил. Так, теперь их пытаются разнять другие, оставив мою персону под присмотром одного-единственного охранника. Пусть присматривает, я все равно не собираюсь исчезать в самом начале спектакля, в коем сам выступаю в роли постановщика. Первый этап уже начался…
Мысленный приказ Чуме и пытающийся растащить дерущихся получает болезненный удар в область нижней анатомии. Полный боли вскрик показал, что удар маленького бесенка может быть вполне эффективен. И никакой магии. Так, самую малость, всего лишь для того, чтобы изначально подогреть злобу конвоиров. Извиняюсь, даже не подогреть, а так, перенаправить в несколько иное русло. А заодно еще временно заставим не обращать внимания на происходящее вокруг. Так оно еще забавнее выйдет.
Хорошо, великолепно просто. Сцепились, совсем уже ничего не соображают! Даже оставшийся в стороне мой личный конвоир теперь бегает вокруг и совершенно не понимает, что делать и как с этим бороться. К тому же вокруг этого безумно-примечательного зрелища начинал собираться народ, притягиваемый, словно магнитом. Вот и подбадривающие выкрики послышались, болельщики появились. Ну и обмен мнениями, не имеющими, само собой разумеется, ничего общего с действительностью. Раз так, надо бы и свою лепту внести, посеяв еще большую сумятицу:
– Судари и сударыни. Не стоит обращать слишком уж пристальное внимание на сих доблестных представителей, защитников наших от элемента преступного. Они бьются здесь, как на рыцарском турнире с целью весьма благородной…
– Так прекрасных дам тут нет. Вроде бы, – выкрикнул какой-то паренек.
– Зато есть моя скромная особа. Нет, я ни в коем роде к мерзости содомской не причастен. Но вот они… Нет! – оборвал я, чуть было не вырвавшийся очередной комментарий. – Не стоит оскорблять людей, они также миновали сию прискорбную участь. Цель этой схватки состоит в том, что победитель получит возможность доставить меня в участок, дабы, как это там… Точно! Снять свидетельские показания и может даже заключить под стражу.
Собравшаяся толпа начинала переходить от простой заинтересованности к гомерическому хохоту. Правильно, дорогие мои, сейчас я и еще огоньку подбавлю, пусть и в переносном смысле. А то и вовсе самому трудиться не придется, достаточно лишь направлять реплики с мест в нужное русло.
– Вы что-то хотите сказать? – обратился я к симпатичной девушке с рыжей гривой волос. – Не стесняйтесь, скромность украшает даму лишь при отсутствии прочих достоинств, а это явно не ваш случай. Ну же, просим!
– Не больно их бой похож на рыцарский турнир. Грубо все как-то. Вы бы повлияли на них.
– Увы, увы. Запал их молодецкий слишком уж велик. Не могу я, недостойный человек, смиренно победителя ожидающий, остужать пыл пусть и не рыцарского, но все же поединка.
– А может вы… временно покинете это место, – кокетливо, с придыханием, проворковала девица. – Я и живу поблизости…