Владимир Поляков – Осколок империи (страница 34)
Ваня зашел, закрыл дверь, примостил свое седалище на стуле. Хотя было видно, что держать рот закрытым ему удается с огромным трудом. Неудивительно, что сразу после всех этих чрезвычайно сложных действий слова полились потоком:
– Вокруг все гудят… Утром нашли тело одного из наших, с оперативного отдела. Не абы кого, целого шпалоносителя! И ведь что сделали, сволочи… Вы только послушайте!
Ну я и слушал уже известное описание того, как именно убили «бедного коллегу», да во всех подробностях. Подробностях! Про способ убийства они могли только догадываться, ведь на месте присутствовала исключительно одна голова. Остальное, что характерно, вместе с машиной догорало в одном из подмосковных оврагов.
Да-да, именно так. Забавно, но марьинорощинские красавцы, несмотря на ночную пору, не успели или по неведомой причине не рискнули. По причине уж очень серьезного вида этой самой машины? Кто ж знает-то! В любом случае безголовое тело одного чекиста и полнокомплектное другого были сброшены вниз. А там и загорелись. Вот и пусть теперь народная милиция со свойственной ей неторопливостью выясняет, что да как. Выяснят, спору нет, но хлопот будет немало.
Хотя не в этом суть. Главное заключалось в том, что всем чекистам явно сильно заплохело. Смерть одного из них, да еще такая образцово-показательная, да явно от рук человека или людей, имеющих личные мотивы. В воздухе явно витал аромат страха. И если Петров по причине довольно заметной ограниченности не до конца понимал ситуацию, то вот другие, званием повыше… О, тут дело совсем иное.
Выйдя из кабинета, когда рабочий день подходил к концу, я не видел, но всем нутром ощущал изменения. За все время моей тут работы ничего подобного и близко не наблюдалось. Теперь же… Нездоровый энтузиазм, нервные взгляды, чуть более резкие и отрывистые движения. И все это из-за
Возвращался домой я в отличном настроении. Оно заключалось не только в продвинувшейся вперед мести, но и в том, что удалось почувствовать уязвимое место столь ненавистной мне организации. Изнутри почувствовать, что исключало любую вероятность фальши.
И в том доме-общежитии, где я пока еще обретался, была та же нездоровая для них и воодушевляющая для меня атмосфера. Слухи-сплетни, как же быстро вы расползаетесь по городу! Раньше я считал, что те же байки про охвативший старый Лондон ужас при разнесенной молве о Джеке Потрошителе и его убийствах – не более чем байки. Но теперь… Оказалось, никакие это не байки, а самая настоящая реальность. Только тогда в «группе риска» были проститутки, а теперь чекисты.
Сравнение было столь впечатляющим, что пришлось приложить некоторые усилия, дабы по всей моей физиономии не расплылась искренняя и счастливая улыбка. Интересно, а есть ли что-то общее между шлюхами и чекистами? Поневоле вспомнились книги Льюиса Кэрролла про Алису в Стране Чудес и в Зазеркалье. Вот там были прелестнейшие игры со словами. Жаль, очень жаль, что лично мне не под силу придумать нечто подобное. Хотя даже если бы я и придумал, толку-то? Один бес ни с кем не поделишься, не расскажешь. Ладно, каждому свое, как говорили древние римляне. Каждому свое.
Шло время, а чекистское болото радовало новыми зловонными пузырями, что то и дело вырывались на поверхность из глубины, после чего лопались с шумом и сопутствующей вонью, распугивая всех окрестных лягушек. Ну а ежели отставить в сторону язык метафор и перейти к более обыденному, то убийство отдельно взятого чекиста стало тем самым брошенным в воду камнем, от которого на ровной глади стали расходиться круги, затрагивающие всех и каждого.
Уже давно нашли и машину с трупами, пусть и подпорченными огоньком, и удостоверили личности. А толку? Перетряхнуть вдоль и поперед марьинорощинскую публику? Попытались, но ничего толкового добиться не удалось. Получили лишь то, что уже было известно после опроса свидетелей в том самом ресторанчике, где последний раз видели Лабирского. Ага, то самое описание усато-бородато-хромающего человека в очках и средних лет, не обладающего никакими иными приметами.
Ску-ка! Стандартные ходы, шаблонное мышление, никакой особой фантазии – ОГПУ, и так не являющееся слишком уж умелым инструментом, ощутимо деградировало за последние годы. Единственно, на чем они держались – вербовка агентов, сочувствующих идеям коммунизма, за рубежом, игра с нестойкой частью белоэмигрантов да все большее ужесточение контроля за гражданами своей страны. Давить – оно дело нехитрое! Зато там, где требовались ум и умения интриговать, вести тончайшую игру – полные провалы. Вот как в этом случае.
Самолюбование с моей стороны? Вовсе нет. Я вообще всего лишь вольно процитировал выдержки из иностранной прессы, к которой у меня, как сотрудника ОГПУ, был полный доступ. А уж она, пресса зарубежная, долго и с огромным удовольствием облизывала тему «отрубленной головы чекиста, казненного за свои преступления». Британия – это само собой. Чай, именно у их посольства голову нашли. Затем подключились Германия, Франция, Италия, прочие… Сенсация, ети ее!
И радостное вываливание ведер вполне заслуженных помоев на ОГПУ в целом и конкретного дохлого чекиста в частности. Раскопали кое-что из неприглядных фактов биографии. Не все, это я с уверенностью говорю, но и разнюханного было более чем достаточно, чтобы гроб с телом Лабирского изгнали бы с любого кладбища, где похоронены достойные люди. Убийца, насильник, вор – всему этому давались четкие подтверждения, ведь во время гражданской чекисты творили такое… Да, я уж это лично знаю.
Начальство же исходило на навоз и пускало пар из ушей, злобясь как от своего бессилия, так и от того, что один маленький укол столь пагубно повлиял на репутацию их организации. Поговаривали, что лично Менжинский вызывал к себе заместителей и начальников некоторых отделов с целью поставить тем клистир с рублеными гвоздями. Охотно верю, ведь председатель ОГПУ, в отличие от многих своих подчиненных, был действительно умным человеком, можно даже сказать интеллектуалом. Правда и сволочью первостатейной. Но это уже малозначимая деталь. В тайной полиции первостатейная сволочь скорее плюс, чем минус.
Кстати, уехал в заграничную командировку Устинов, причем непосредственно во Францию. В долгую, минимум на год. Это если официально. На деле же, как я понимаю, в СССР он ни за что не вернется, понимая, что тут его ничего, помимо тюрьмы и лагерей, не ждет. Нескольких намеков во время наших с ним деловых встреч оказалось вполне достаточно. Тонких намеков, чтобы не вызвать подозрений у самого Устинова и особенно его дочери Елены.
Подействовало, как я думаю. Полагаю, что весьма проницательная и лишившаяся всех былых иллюзий насчет окружающего мира и людей девушка провела идеологическую обработку папаши. Значит, остается лишь с ней должную работу провести. Какую именно? Мне нужен курьер, просто очень нужен! Курьер, через которого я могу передать важную информацию за пределы страны. Плевать, что он будет одноразовый, главное сам факт выхода на связь с интересными мне людьми. С Русским общевоинским союзом, РОВС.
Почему именно эта юная девушка, почти девчонка? Да хотя бы потому, что в ее ненависти к существующему строю я уверен абсолютно. Ненависть, которую видел сам, которая отражалась в глазах, подобное не скроешь. И мотивов для предательства у Елены не будет. «Товарищи» из ВКЧ-ОГПУ убили ее мать, чуть не забили до смерти отца, причем у нее на глазах. Про попытку изнасилования и упоминать не стоит, такое женщины никогда и никому не прощают.
Останется лишь убедить в том, что мои интересы также, хм, расходятся с советскими. Хорошо еще, что основа имеется. Как-никак, именно я предложил Елене и ее отцу расплатиться за сотрудничество смертью обидчиков. Достойная, прямо скажу, плата, которую им вряд ли бы предложил кто-то другой. Следовательно, шансы на успех вполне приличные. Но не сейчас, а несколько позже. Ведь что у меня есть в настоящий момент? Лишь слова мертвого чекиста о вербовке генерала Скоблина и его жены. То есть наоборот, сначала жены, а через нее и мужа. Ну да это уже детали не первого ряда. Маловато будет, что ни говори. Может, обратят внимание на предупреждение, а может, сочтут всего лишь очередной провокацией родом из страны Советов, причем грубой и неумелой.
Подобное недопустимо! И что делать? Ответ прост и очевиден – требуется найти действительно серьезные аргументы насчет советского агента в РОВС, а может и не только его. Благо есть у меня определенные ниточки, данные тем же покойничком. Компромат Руциса на всех и каждого, до кого старый паук смог дотянуться. Думаю, что хитрый чекист, работающий в иностранном отделе, и на своих ближайших коллег кой-чего накопал. А именно в область интересов иностранного отдела и входит РОВС. Что ж, считающий себя моим покровителем и наставником чекист, кажется, уже совсем скоро тебе предстоит узнать на своей шкуре всю тяжесть того, что еще хуже преступления – ошибки.
Мне же надо будет работать сразу в двух направлениях. Руцис и Мелинсон-младший. Мелинсон-младший и Руцис… Оба они мне нужны в качестве трупов и с обоими я хочу побеседовать перед смертью. Вот только, случись что, Мелинсон может и просто сдохнуть, а вот Руцис… С собой он унесет главное – свой архив. Задачка, однако! И ведь сам эти проблемы себе создаю, так что и на горькую судьбу не пожаловаться.