Владимир Поляков – Инферно: Осквернитель (страница 34)

— Возвращаясь к второй грани предложенного. Помимо уже переданных ценной информации и предложения поучаствовать в походе на тех, к кому никто из нас не питает симпатии, предлагаю ещё и возможность «заплести пропасть паутиной», которая способна смягчить падение в глубину. Кто знает, что готовит будущее для каждого из участников Игры. Как для проигравших, так и для вроде бы победивших. Я могу напомнить о судьбе нескольких Домов, которые взлетели и по всем явным признакам не должны были пасть. Однако если вспомнить тайные пружины и так не слишком открытого механизма… Вы ведь понимаете, о чём я, Хиннэр?

— Дома Каргис, Трок, Рург, Талассир, — процедила Матрона, причём я опознал лишь первый и последний, хотя старался как следует покопаться в тех пакостях, которые Паучиха устраивала слишком многое узнавшим о её сути и интригах божественного уровня. — Я поняла. Что предлагаешь, демон?

— Возможность для отступления. Полного, капитального, при котором отступивших не достанут ни йолкол, ли сама Ллос. Ни в тварном мире, ни в ином, который по ту сторону. Я ведь, что ни говори, а Создатель Демонов. В том, разумеется, случае, если — через год, два или там десятилетия — может не остаться другого варианта.

— Для такого предложения ты слишком самоуверен, князь Хельги.

Вот даже как? Меня не послали с ходу, пускай и в изысканных, свойственных в таких ситуациях илитири выражениях. Не дистанцировались, выдав множество слов о преданности Паучихе и готовности… к чему угодно, но лишь согласно её воле. Даже не сделали вид, что никаких таких слов тут вообще не прозвучало.

— Есть основания. И одно из таких, чуть ли не первую успешную «пробу», я могу показать. Немного внимания и чуточку терпения.

Командным заклинанием связываюсь с Радомиром, принявшим Бездну, который неподалёку от кабинета присматривал за первым моим действительно успешным экспериментом. За Персивалем Трейденом, Идущим по Пути. И менее чем через минуту дверь в кабинет открывается, после чего вот оно, явление успешной работы Печати Истинной Формы.

— Персиваль Трейден, — жест в сторону созданного мной демона. — Ранееистовый почитатель Света и бога Анора, его Владыки. Из числа тех, кого можно было принести в жертву, но вот перековать в нечто совершенно отличное от исходника — это куда как сложнее. Теперь демон, который является Идущим по Пути, сохраняющий часть прежней личности, но вместе с тем приобретший много нового. Хочешь убивать инсектов Единения, Персиваль?

— Грешные создания, воплощения извращённых пороков, — прогудел-прошипел изменившийся рыцарь. — Моя ненависть обрушится сперва на них! Укажи нужный путь,я последую по нему, князь Хельги, враг мой.

— Там будут ещё и эльфы.

— Лживые велеречивые существа. Отринувшие истину и не достойные увидеть Пути, идти по которым — судьба и обречённость. Я вырву им глаза и хлыстом заставлю шагать. Даже мертвые, они не избавятся от принесения воли того, кто все бедствия обратит во благо, рвущееся и разрывающее. И отдельные деревья сойдут с мест, собираясь воедино, образуя то, что видеть недостойным негоже.

— Схватка с ними скоро ждёт тебя. Готовься.

И жест, но уже другой, показывающий принявшему Бездну, что тому стоит уводить подопечного обратно.

Мда, чердак у Персиваля Трейдена протёк основательно, но это уже нюансы. Объект для вдумчивого исследования, наблюдения, — вот кем он сейчас являлся. Ну и его способность создавать некие «Тайные тропы» также требовала всестороннего исследования. С ним по большей части работал наиболее подкованный в делах научных вассал — друид Ставр Изменчивый. Хорошо так работал, качественно, сам будучи гениальным химерологом, а потому легко вкуривающий и в эту тему. Другое дело, что одно дело собрать данные и совсем другое — правильно их понять, а затем вывести сколь-либо близкие к реальности закономерности. Ну да ничего, магическая наука, она такая, не моментально делается. Основа есть, от неё и пляшем.

— Необычная форма, — присмотревшись к изменённому при помощи моих знаний и с помощью Печати образцу и сделав определённые выводы, произнесла Матрона. — Большой потенциал, но повреждённое сознание.

— Скорее всего, из-за огрехов при преодолении искренней ненависти и нежелания становиться кем-то, отличным от человека, — пожимаю плечами. — Следующая знаковая стадия в экспериментах — перековка видного члена одного из Орденов, распространённых в Империи Света. Третий — возвращение облика, приближенного к первоначальному, одному из драуков. По факту, снятие проклятия, созданного самой Ллос и накладываемого с её благословения преданными жрицами, а то и вовсе кем-то из йолкол. Вторая и третья стадия, только что упомянутые, также могут быть продемонстрированы хоть лично вам, хоть кому-то из доверенных персон. Кристалл с записью подобного, уж простите, давать не рискну. Мало ли кто захочет им поделиться. Несвоевременно будет!

Молчит Матрона, да и сын её тоже не спешит что-либо говорить. Переваривают услышанное? Или ждут некоего дополнения к уже сказанному? Ан нет, просто паузу взяли, которая, наконец, закончилась.

— Один из торговых путей проходит под твоими, князь, доменами. Кто-то из моих детей иногда сопровождает ценные товары. Очень ценные.

— И его или её всегда будут рады принять в любом из замков. Да и при наличии телепортов переместиться из оного домена в другой — минутное дело.

— Дом Тайр принимает щедрое предложение, — едва-едва заметно, одними уголками губ, улыбнулась Хиннэр.

Ох и не любят дроу. даже находясь в полностью «свободном от Ллос» месте, выражаться прямо. Понимаю их, тут уже на уровне инстинктов в личности впаяно, но порой малость подбешивает. Эта их Игра, она заставляет не просто постоянно быть настороже, ожидать удара в спину, бунта, яда в еде или в бокале от кого угодно, но и делает всепроникающей ауру не сказал бы что страха, скорее некоего варианта обречённости.

Тихо, Печать, тихо! Я понимаю, что клятый артефакт автоматом чувствует то, что является квинтэссенцией мощи его создателя, давая очень полезные подсказки. Но всё равно, как же это порой выбешивает. Но дроу и впрямь чуть ли не с рождения обрекаются на Путь, выбранный не ими, но для них. И сойти с него могут очень немногие, при этом автоматически становясь не просто отступниками, но загоняемой дичью. Ох не зря в Гильдии Наёмников постоянно висят контракты на уничтожение отрядов, отступивших от Ллос, а Ночная Гильдия, она же Воров и Убийц, тоже охотно выдает своим членам контракты на ликвидацию беловолосых и остроухих организмов. Ллос руками верных ей жриц платит не просто, а очень щедро, распространяя то самое ощущение обречённости, будь оно неладно. Даже сюда, в мои домены, пару раз проникали любители заработать, охотясь за хоть кем-то из отряда Кринта, отступника от Дома Шентарр. Безуспешно и фатально уже для собственных тушек, но сами факты говорят о многом.

Ладно, не о том сейчас речь. Важно то, что Матрона Хиннэр согласилась сотрудничать. Естественно, если почует резоны, продаст с потрохами, но в этом я с самого начала не сомневался, от дроу иного ожидать и не стоит. Уж до тех пор, пока они не станут отступниками, точно.

— Сроки, почтенная Хиннэр, каковы сроки? — задаю я вопрос. — Вы же понимаете, предоставленная мной информация имеет свой срок годности.

— Как только вернусь в домен, всё начнётся. Вы хорошо подобрали информацию, князь. Уверена, в Игре Домов вам нашлось бы место, будь вы илитири. Вы же пришли из-за грани Миров. А такие, отмеченные Ллос, стоят и во главе малых Домов. Необычно для нас, но спорить с Её волей… Глупцов нет.

— Я уже присягнул Архидемону, а присягу разрывает только предательство.А «первый парень на Инферно» ещё никогда никого не предавал, за что ему честь и хвала. Этим он выгодно отличается от немалого числа схожих по могуществу сущностей.

Шпилька в адрес Паучихи была благополучно воспринята. Ноль реакции, ноль попыток сместить разговор. Совсем хорошо. И более того, следующие слова также порадовали:

— Буду ждать от вас план похода на земли Парящего Журавля и в домены Хозяина Кукол, — веско так, чисто деловым тоном произнесла Хиннэр, Матрона Дома Тайр. — Сила противников, союзников, предполагаемые выгоды от похода, степень риска, сроки. Вы знаете, как это делается, князь Хельги.

— Ещё бы мне не знать. Будет полный расклад, уважаемая, непременно будет. Ни у нас, ни у вас нет никаких резонов жалеть что «тараканов», что спутавшихся с ними детей Матери. Есть только одно пожелание, которое очень хорошо, если будет принято во внимание. Не совсем типичное, но для вас не сильно удивительное. Вы ведь успели понять образ моих мыслей из разговоров хотя бы с вашей дочерью, Ариллой.

— Она сказала, что вы не самый обычный демон, князь.

— Не люблю обычность, обыденность и прочее схожее по сути, — киваю, соглашаясь с таким определением. — Однако к тому самому пожеланию. Я признаю тотальную резню лишь в отдельных случаях, таких, как истребление инсектов или зеленошкурых каннибалов. И даже в последнем варианте, по возможности, избегаю устранения безоружных женщин и тем более детей. Плюс использование в качестве живого товара эльфов… Они, что ни говори, не какие-то там гоблины да кобольды с минотаврами. Поэтому право добычи остаётся неизменным, но предпочту, если что, выкупить те самые «говорящие трофеи». Считайте это моей личной причудой.