Владимир Поляков – Имперские игры (страница 57)
Беременность, однако. Опять таки не новость – Лена писала про своё новое состояние, едва только появились первые признаки. Но то писала, а сейчас я видел это собственными глазами. лово «видел» тут не совсем корректно, потому как собственно животик то не вырос, но определённые признаки действительно присутствовали… для намётанного глаза. Сразу скажу – мой таким не являлся. Вот во многом понимаю, но не в признаках беременности. В отличие от той же Марии, которая, пусть сама и не была сколь-либо озабочена такими знаниями, но почему то влёт определяла. Чисто женское плюс интуиция? Наверняка.
Дождь, невысокая температура, беременная леди. Факторов оказалось «с горкой» для того, чтобы устроиться в гостиной, предварительно приказав слугам разжечь камин, попивать что бог на душу положит, а организм приемлет, да смотреть на пламя сквозь цветные витражи. Благодать! Легко создаётся иллюзия, будто нет вокруг никаких забот и хлопот, а мы, здесь собравшиеся, находимся всего лишь в туристической поездке по европейским достопримечательностям.
- Ну вот мы все и в сборе, - констатировал я очевидный факт. – Все четверо, имеющие явное и кровное отношение к семье Станич.
- Четверо с половиной.
- «Половина» ещё в процессе развития и даже снаружи оказаться не успела, - вернул я назад выданную Мари остроту. Заодно полюбовался на довольное личико Елены, что всегда уступала сестре в умении играть словами. – Так что четверо и точка. Пока четверо. Но радует, что Вилли с Леной не просто так свадебное путешествие длиной в долгие месяцы совершали, но попутно навели мосты с российской аристократией. Заодно кое-кто русский язык улучшил.
Кивает Вилли, глядя на огонь. Кстати, мы сейчас как раз на русском и вели беседу. Акцент – это да, он был жутким и явно останется таковым ещё долгое время. Зато словарный запас и понимание правильного построения фраз шагнули на новый уровень. Это есть хорошо.
- Что ты хочешь добиться на этой встрече, Вик?
- Многого, Лен. Очень многого. Но если удастся получить хотя бы половину – будупросто счастлив.
- Наш братец, кроме всего прочего, обхаживает графа Андраши, суля тому золотые горы и жемчужные берега. Будет пытаться не просто науськать Пруссию на Австрию, но и под шумок расколоть её изнутри, устроить второе венгерское восстание, но ни в коем случае не республиканское.
- «Лоскутная империя» Габсбургов как старая накрашенная шлюха, лишь мнящая себя неотразимой и желающая продаваться за прежнюю цену, - поморщился я. – Не имея колоний как таковых, австрияки решили вопрос довольно своеобразно.
- Выжимают все соки из чехов, словаков, даже итальянцев, что имели несчастья оказаться втянутыми внутрь их государства как очередные «лоскутки». Это нужно изменить. И отучить Габсбургов продаваться тем, кто нам друзьями точно не станет. Вы же понимаете, о ком я?
Понимают. Все собравшиеся и даже Елена, которая менее прочих вникала в дела политические. Британия и Франция, две империи, одна из которых чуть ли не изначально стала противником Конфедерации, а потом империи. Вторая же, с ней чуть сложнее. Получивший обидный для него щелчок по носу там, в Мексике, Наполеон II уже злобно фыркал в сторону Ричмонда. А уж после создания союза с Россией и Испанией с наступившей денонсацией Парижского трактата… Восстановление русского флота на Чёрном море априори означало возобновление давления на Османскую империю, с которой французы цацкались вот уже далеко не первый век. В моих же планах было расчленение и постепенное поглощение этой азиатской заразы в качестве колоний… Да кого угодно, лишь бы с гарантией невосстановления этого «чудовища Франкенштейна в чалме и халате». Франция же в положении сильного и опасного государства была преградой. Следовательно… Правильно, нуждалась в качественном кровопускании. Но в правильном, а не в том, которое случилось в известной мне истории, приведшей к крушению династии Бонапартов и появлению – точнее очередной вспышке – республиканской заразы, да ещё осложнённой первыми симптомами красножопой коммунистической чумы.
Партия, конечно, была рассчитана на долгие годы, может даже на десяток с лишним лет, но сначала требовалось воспользоваться грызнёй Пруссии и Австрии за лидерство в германском мире. Пруссию, при грамотном использовании имеющихся карт, реально было пристегнуть, пусть даже временно, к интересам России и Американской империи. Австрию? Вот это даже не смешно. Слишком большие завязки с Британией, давняя склонность искать и находить общий язык с турецкой верхушкой, осложнённая опаской получить по рогам и со стороны Стамбула. Так что «скрипач не нужен». Отсюда и интерес к Дьюла Андраши – этому венгерскому революционеру и дипломату. Был бы он кем-то вроде Гарибальди, я бы не рискнул. Но граф, аристо, к тому же не подверженный республиканской чуме – совсем другое дело. Такой вполне мог стать символом очередного восстания за независимость от Австрии… в подходящий момент.
Примерно так я и раскладывал троим слушателям, ничуть не стесняясь в выражениях, благо уж тут таиться не стоило. Секретов нет… за исключением единственного, то есть моего настоящего происхождения.
- Звучит всё хорошо, но голос у тебя обеспокоенный,- подметил Степлтон и бы прав. – Чего опасаешься, Виктор?
- Не чего, а кого. Отто фон Бисмарка, который нынче один из умнейших и проницательнейших людей Европы, к тому же прошедший обучение у небезызвестного нам князя Горчакова. Касаемо Австрии у нас с ним намечаются… разногласия.
- Какие именно, братик? – навострила ушки Мария. – Мы же с тобой ещё недавно говорили, ты утверждал, что Пруссии необходимо показательно растоптать Австрию, оторвать от неё несколько кусков и унижением этим перетащить на свою сторону мелкие германские государства.
- Бисмарк хочет пройтись по тонкому канату. Унизить, но не до конца. Ослабить, но не развалить. Австрия для него – не столько необходимая для величия Пруссии жертва, сколько будущий младший партнёр, почти вассал. Он хочет именно этого. Потому и попытается выскользнуть из дружеских объятий Александра II, да и наши предложения тоже постарается свести к чему то малому и незначительному.
Ошибиться в расчётах я практически не опасался. Такая махина как Отто фон Бисмарк не мог резко и внезапно изменить свои цели, известные мне, как и любому человеку, интересовавшемуся историей. Возвеличивание Пруссии, затем создание Германии вокруг стального прусского ядра. Неизменность!
Германия действительно была необходима. Хотя бы для сдерживания Франции и внушения опаски Британской империи. Только вот создавать «молодого и голодного монстра» посреди Европы, да ещё ведущего не урезанную Австрию на цепи и в надёжном шипованном наморднике – увольте, подобное точно станет перебором. Всё хорошо в меру.
- Сложно тебе придётся – убеждать Бисмарка. По твоим же словам!
Опять Мария язвит. Ничего, пускай. У неё это если и не в крови, то в ядре личности. Зародилось, укоренилось, да и длительное общение с циничным мной всячески поспособствовало.
- Не его, а короля Вильгельма и, может быть, военного министра с главой прусского генштаба. Сообща они нагнут дипломатию в лице уважаемого Отто.
- Пошляк ты, дорогой братец!
- В том числе на том и держимся, Мари. Не только и не столько, но и сие немаловажно. Да и тебе, кстати, от толики малопристойного по меркам всяких разных не отмахаться. Помнишь одного великого князя? Он, я уверен, про тебя не позабыл.
Глазки к потолку и обречённый стон. Дескать, ну за что мне столь постоянные напоминания об обычном увлечении, которое сама сестрица закрутила без особых мыслей и без опасений возможных последствий. Елена с Вильямом довольно улыбались, тоже будучи в курсе случившегося и возможных вариантов развития событий.
- Испания. Вик, ты про королеву Изабеллу не забыл?
- Помню. Но эту даму европейские дела слабо волнуют, в отличие от колониальных. Колонии тоже придётся обсуждать. На самом деле, они нужны всем, пусть некоторые из собравшихся и будут пытаться изображать, будто в них не нуждаются.
- У пруссаков иные первоочередные задачи.
- Главное слово тут именно «первоочередные», Мари. Бисмарка колониями соблазнить сложно, а вот у генералов и особенно короля глазки то загорятся при описании редких товаров, тёплых краёв и ласкового моря. Флот опять же… торговля. Тут ещё надо будет как следует обдумать.
Думать никогда не вредно. В том числе о делах испанских, точнее, о всё увеличивающихся аппетитах Изабеллы. Укротить их в принципе не реально можно лишь перенаправить. С одной части бывших колоний на другую, пусть кажущуюся менее вкусной, но и не грозящей расстройством пищеварения или вообще заворотом кишок от банального пережора.
Посмотрим, как оно завтра будет, на первой действительно важной встрече с участием всех прибывших в Бабельсберг заинтересованных сторон. Пока же посидим, языки почешем на различные темы, деловые и не слишком. По Елене серьёзно соскучиться успел, да и Вильям тоже человек ни разу не чужой. Скучно по любому не будет, гарантия!