Владимир Платонов – Испорченная охота 2 (страница 30)

— Саша! Это же бур! Не суй туда палец! Обратно не вытащишь! Только резать! — Окликнул я внимательно осматривающего безжизненные манипуляторы неподвижного механизма зятя.

— Да я и не совал туда ничего! — Откликнулся тот, отдёрнув руку. — Так, просто посмотрел. А откуда ты знаешь, что потом не вытащить?

Я усмехнулся. — Да помню, как-то в детстве водили нас на экскурсию, так тётка ещё рассказывала про чела из приёмной комиссии, решившего проверить, правда ли то, что из этого устройства ничего нельзя вытащить обратно. Он туда сунул палец, и всё. Обратно никак. Можно только дальше проталкивать. А палец ведь не отстёгивается! — Я рассмеялся. — Так что из-за него пришлось загубить дорогостоящий узел.

— Интересно, а как они это сделали?

Ответить я не успел.

— Вов! — Отвлёк меня возглас Василича указывавшего на загоревшиеся на борту аппарата сигнальные огни. — Что это!?

— Однако, питание пошло. — Ответил я, одновременно сканируя объект. — Я же солнечную батарею привёл в рабочее положение.

— И что, заработает? — Спросил Сашка, пробуя потолкать увязший в грунте луноход.

— Вряд ли. — Скептически ответил я, рассматривая проявившуюся энергетическую активность. — Батареи заряд не берут. Аппаратуре напруги не хватает, да и не оживёт она. Замёрзло всё к едреней фене. Тепловой источник давно сдох, подогрева нет, а химическим аккумуляторам, равно как и древней электронике нужна определённая температура для нормальной работы. Помнишь, Вась, как мы пытались замороженный аккумулятор зарядить на твоём форде? Два часа маялись, и ноль эмоций, пока в тепло не занесли и он за сутки не оттаял.

— Помню, как не помнить, чуть всё тогда себе не отморозил. — Мне показалось, что Василича аж передёрнуло, после того, как он вспомнил про это дело.

— А я тебе говорил тогда, что нефиг около машины на морозе скакать и шариками звенеть. Сидел бы у меня в тепле, пока подзарядить пытались. Или надо было сразу новый АКБ покупать, а не мёрзнуть. Кстати, я твой потом, когда он оттаял, зарядил, так он ещё два года у Татьяны на машине отпахал.

— Так это ты всё, типа «давай зарядим, поработает ещё»!

— Ну правильно, я же видел, что тебя жаба душит, новый покупать, вот и пробовал, хотя сразу тебе сказал, что если надо срочно, то вариант только один. Через магазин.

— Ой! Да ладно тебе всякую фигню вспоминать! Ты лучше скажи, что с ним, — он указал рукой на раритет, — делать будем?

— В смысле? А зачем нам с ним чего-то делать? — Я просмотрел данные от сканеров. — Хм… Очуметь… На электронику питалово пошло. В обход аккумуляторов. Ну, предки! Умели технику делать!

— Чего пошло? — Недоумённо спросил Василич. — Чего ты там высмотрел?

Я негромко чертыхнулся про себя, и, связавшись с управляющими блоками Васиного и Сашиного скафов, активировал у них функцию активного сканирования с выводом визуальной информации на лицевой экран, заодно объяснив им, что они видят.

— Так какой же тут запас прочности!? — Поинтересовался после осознания появившейся на прозрачном забрале картинки, имевший серьёзное техническое образование Василий.

— Однако солидный. Но, боюсь, что чуда не произойдёт. Фотоэлементы мощности необходимой не дают. Время, как говорится, сточило ударный механизм… Треть ячеек нефункциональны. Да и не рассчитывались они на прямое запитывание всей начинки… Или рассчитывались? — Пытаясь отыскать информацию в сети ответил я.

— Вов, а его починить можно? — Поинтересовался Сашка, старательно сметающий остатки грунта с поверхности теплообменника аппарата.

— Думаю, что да. Проблемы это не составит. Только для чего?

— А прикинь, как круто будет, если он на связь с ЦУПом выйдет? То-то шума будет!

Я хмыкнул. — Шума там и так хватает… Хотя, если припрячь Михалыча, то может, что и выйдет. У него опыт уже есть. Правда амерский марсоход он пока так и не собрал. Он у него до сих пор в трюме в куче валяется. Попробую Полищука напрячь. Он, хоть и прижимистый хохол, но, думаю, что на советскую технику немного ресурсов потратит. Сейчас, транспорт закажу.

Связавшись по короткому с базой, и выдав ЦУ по эвакуации лунохода на линкор, я повернулся к своим спутникам, обсуждавшим незначительное повышение мощности выдаваемой фотоэлементами солнечной батареи допотопного гравицапа, и поинтересовался: — Ну что, дожидаемся эвакуации аппарата и на базу, или оставляем луноход в покое, и двигаем к Аполлону?

На что ожидаемо получил ответ, что, мол, луноход они уже посмотрели, и потом на корабле рассмотрят поподробнее, а вот американскую технику ещё не видели, и очень даже заинтересованы рассмотреть её поближе. Ещё через пять минут мы покинули отчаянно пытающийся заработать советский агрегат, и, загрузившись на платформу, отправились в сторону легенды, вызвавшей в своё время множество ожесточённых споров на планете Земля.

 7

Я как раз заканчивал накачку Геннадия последними, перед отправкой его на Землю инструкциями, как меня на секунду отвлёк входящий вызов. Скосив глаза на заморгавшую иконку и определив абонента, я сбросил соединение, отправив одновременно сообщение о том, что я занят, и продолжил раздачу ЦУ. Мы как раз уже были в лифте, направляясь к основному внутреннему космодрому, где Генку с командой уже ожидал подготовленный к вылету челнок. Время отдыха и адаптации закончилось, и теперь ребятам предстояла нелёгкая миссия по легализации имевшихся у нас финансовых средств, необходимых для успешного финансирования уже зарегистрированного научно-производственного центра.

Проводив новоявленного коммерческого директора до стоящего в готовности шаттла, я поприветствовал стоящий возле открытой аппарели народ, и хлопнув на прощание Гену по плечу, пожелал всем удачи. Пятёрка отбывающих подтянулась, встав по стойке смирно, и отдав честь по Имперским стандартам, организованно проследовала на посадку. Еле слышно взвизгнув приводами, аппарель закрылась, и, где-то через минуту кораблик бесшумно приподнялся над полом, втянул посадочные опоры, и плавно продавив защитное поле, устремился в сторону планеты. Я проводил взглядом моментально укрывшийся маскировочным полем челнок, и постояв ещё немного у неспешно закрывающегося массивными бронеплитами проёма, глядя на холодную звёздную россыпь, связался с вызывавшим меня стармехом.

— Здравствуй Миколаич, вызывал?

— Здравия желаю! Есть такое дело. У меня всё готово. — Отозвался тот почти сразу.

— Кхм… Что именно? — Я не сразу врубился, что он имеет в виду. Дискавери вроде уже перебрали весь по болтику…

— Дак луноход то тот, что давече притащили. Всё, готов! Как новенький! Куда его дальше то девать?

— Что, уже? — Удивлённо спросил я, поскольку адмирал ещё так и не собрал разобранный ради интереса, в наглую умыкнутый с Марса американский аппарат.

— Да чего там возиться то? Техника наша, советская. Простая, как автомат Калашникова.

— Сейчас, подойду. — Я направился к лифту.

— Добре! Жду. — Петро отключился.

Переместившись на техническую палубу, где находились основные ремонтные и производственные мощности нашего линкора, я сразу натолкнулся на встречавшего меня «Деда» стоящего рядом с блестящим луноходом. Как только я вышел из лифта, и поздоровался с механиком, гравицап шустро проехался вперёд-назад, развернулся в разные стороны, открыл закрыл крышку, пошевелил манипуляторами, после чего откатился в центр ангара и замер.

— Вот, товарищ Император. Принимай аппарат! — Указал на свеже-отполированный луноход довольный Полищук. — Полностью исправен.

Я подошёл к стармеху, поздоровался, и, обойдя кругом сверкающую механизьму поинтересовался: — Функционал полностью восстановили?

— А як же. Даже немного усовершенствовали.

— Сильно? — Я потрогал пальцем блестящий бок агрегата.

— Да не. Не очень. Кинематика вся родная осталась, только профилактику провели, ну и так, по мелочи изношенные детали заменили. Накопители новые установили. Родные то в полную негодность за столько лет пришли, электронику посовременнее поставили, приёмо-передающую аппаратуру помощнее, программное обеспечение опять же, чтоб опять в воронку не свалился, да и остальное по мелочи. — Улыбнулся механик. — Если что, то он даже телеметрию правильную выдаст. Все частоты подогнали. Ну и наши добавили.

Я хмыкнул. — Частоты, говоришь? Добро. Выношу тебе благодарность от собственного лица! А насчёт того, что с ним дальше делать… Знаю, кто ему применение найдёт.

— Михалыч! Есть минутка? — Вызвал я адмирала. — Зайди на техническую палубу. Тут по твоему профилю дело есть. Да, важное. На сто миллионов. Давай, жду! — Закончив разговор, посмотрел на Петра: — Минут через пять специалист подойдёт. Он тут недалеко был.

— Добре. — Пётр немного помолчал, и спросил: — Командир, а что с американским модулем решили? Может, это… похороним хоть? А то как-то нехорошо получается…

— Может и того… похороним. — В тон «деду» ответил я. — Но не сейчас. У них там и так хороший склеп получился. Надёжный. Если учесть, сколько он стоит, то вообще, считай, предел мечтаний. Венец, так сказать, американской мечты. И не смотри на меня так. — Заметив возмущённый взгляд механика я подпустил в голос чуток холода.

— Да я ничего. Не по человечьи как-то.

— Угу. Они там полвека сидят. А у янкесов, всё хорошо. Фильмы героические снимают, победы в лунной гонке празднуют, а про то, что случилось, как и про то, что следующим бортом тела вывезти можно было, до сих пор никто не вспоминает. И всем им на это насрать. С высокой колокольни. О, вот и Михалыч подошёл! Здравия желаю, тащ адмирал! — С энтузиазмом поприветствовал я нашего комфлота, вошедшего в ангар.