Владимир Пламенев – Шаман из Рода Человеческого (страница 44)

Не будет у меня здесь ни хозяев, ни «партнёров» по власти. Я буду строить свою судьбу сам. Иначе зачем я получил второй шанс?

Я зашёл в дом позже.

Староста невозмутимо восседал во главе стола, делая вид что ни меня, ни Весны здесь не существует. По правую руку от него уже ждал Бранимир. Спокойный и невозмутимый, как ледяная глыба.

Весна сидела в противоположном конце стола. Взглянула на меня. Беспокойная. Нервничала, перед началом собрания. Но, когда я сел, стала выглядеть поувереннее.

Вскоре стали подтягиваться мужчины деревни. Судя по возрасту, все — старейшины своих семей.

Один за другим они заходили внутрь и первым же делом каждый смотрел на меня. Кто-то с удивлением. Кто-то — настороженно. Кто-то скользил взглядом и быстро проходил к своему месту за длинным столом.

Но никто не торопился садиться рядом со мной и Весной.

Все садились или напротив, или через пару мест в стороне. Начались негромкие разговоры. Кто-то шутил, а кто-то — смеялся в ответ.

Чем больше становилось людей, тем больше к фоновому шуму примешивались их короткие непринуждённые разговоры. Хотя, казалось бы, возрастные мужчины обычно более молчаливые. Но здесь, видимо, было иначе.

Только староста молча обводил присутствующих взглядом, поправляя усы. Да Бранимир, который сидел с ним рядом.

— Весёнка, а где дед твой? — спросил у неё один из мужчин, с густой бородой, в которой местами белела седина. — Он что, опять в горы ушёл?

— Я всё объясню, когда мы начнём, Велеслав, — ответил за девушку староста.

Велеслав нахмурил кустистые чёрные брови, чуть сросшиеся на его переносице, но кивнул.

— Угу, — ответил он, а потом на меня кивнул головой. — А этот тут что забыл?

Я пристально посмотрел на него.

— Много интересного расскажу, — ответил я.

Резко наступила полная тишина. Будто кто-то нажал переключатель, отрубивший звук. Все в зале уставились на меня.

— Говорит? — прошептали в другом конце стола.

— Угу, я тоже слышал…

— Может, старый шаман ему ум с духами вернул?

— Да леший его знает…

— Глядите, зырит, как волчара…

— Демонический выродок… — прошипели недобро.

— Тишина! — ударил по столу староста и грозным, почти орлиным взором, обвёл зал. — Ждём в тишине! Кому охота потрепаться, как баба на базаре — вон на улицу! — он взмахнул рукой, указывая направление. — А здесь будет тишина, покуда я не объявлю начало собрания! Мужики вы или кто⁈ Сказано — всё объясню, всем отвечу!

По залу прошлась волна лёгкой Яры. Скорее чтобы обозначить присутствие старосты и его статус практика, чем подавить кого-то.

Мужчины закивали, отводя от него взгляды. Чувствовали, что староста не в духе и не хотели провоцировать его ещё больше. Тем более, что через несколько минут подошёл последний участник.

Лесоруб Родобор. Тот самый, который приютил Дарена и достаточно тепло встретил меня у себя дома. Как только он зашёл в зал, то коротко кивнул мне вместо приветствия и занял место рядом.

Тогда староста поднялся с места.

— Пожалуй, вы все задаётесь вопросом: почему я собрал вас здесь сегодня, на два дня раньше наших еженедельных встреч? — он медленно обвёл зал взглядом. — И я отвечу: наш шаман — Белозар — умер.

Весна напряглась, как натянутая струна. По лицу видел — ей хотелось что-то сказать. Вскочить с места, как отличница, которая знает ответ на вопрос учителя.

Послышался тяжёлый вздох. Потом ещё один.

— Да примут его духи, — прошептал один из мужчин, за ним повторили другие в зале.

— Но Белозар умер не обычной смертью, — заговорил староста вновь. — Его убили. Враги нашего народа и деревни — демонические практики из рода Асура. Они пришли в нашу долину. Белозар встретил их и дал бой, но слишком неравный, чтобы одержать победу без помощи духов. Он погиб, а его внук был ранен. После схватки выродки Асура скрылись. Где они сейчас — не знает никто, но… одно точно — мы должны быть готовы, что они в любой момент могут прийти в саму деревню.

— Да!

— Нужно оружие…

— Бранимир возьмёт новых учеников?

— Тише, — пресёк староста очередной поток голосов. — Кроме того, видели спустившегося с гор великана. Он тоже несёт угрозу. Поэтому в ближайшее время наша деревня должна быть готова и к этому. Оповестите свои семьи и соседей. Каждый должен знать, что наша деревня находится в опасности, которую можно преодолеть только вместе.

Староста замолк и посмотрел на меня тяжёлым, буравящим взглядом. Потом произнёс:

— У нас есть ещё одно важное дело. Встань, Варадар из рода демонов! — произнёс он, подавшись вперёд с опорой на стол. — Пусть все видят тебя — нашего самоназванного нового шамана!

Но я остался на месте, не сводя с него глаз и невозмутимо ответил:

— Ты видел мою силу. Ты признал её. Как и Бранимир, который стоял за моей спиной и готовился «оторвать мне голову», если я не докажу вам свою связь с духами. Это было вчера. В этом самом зале, — я обвёл рукой пространство вокруг себя. — И я доказал. Так как ты можешь называть меня самоназванным?

— Духи отметили его! — вскочила с места Весна. — Знайте, люди! Варадара убили, а затем он вернулся к жизни и…

— Тебя не спрашивали, Весна, — оборвал её староста. — Сиди молча, пока старшие не спросят.

— Вы боитесь правды так же, как боялись и слов моего дедушки! — не остановилась Весна. — Духи вернули Варадару ум и посвятили его в Святилище, как полноценного…

— Ты видела это? — внезапно спросил староста. — Своими глазами видела посвящение?

— Нет, но…

— А то, что именно духи вернули его к жизни и дали ему разум?

— Вы меняете тему!

— Я задаю справедливые вопросы. Варадар действительно может взаимодействовать с духами, это правда, — кивнул староста. — Но делает ли это его шаманом? Нет, вовсе нет. У каждого из нас в доме есть лик духа-покровителя. Мы тоже общаемся с ними. Но значит ли это, что мы — шаманы? Нет. А то, что Варадар внезапно заговорил, означает только то, что духи даровали ему милость. Навсегда или временно — этого мы не знаем.

Тут я легонько улыбнулся и встал с места, не произнося ни слова. Мгновенно воцарилась тишина. А я, медленно, чтобы каждый мог видеть, обошёл стол. Подошёл к камину. Вытащил из кармана уголёк — сосуд для духа.

— Выйди, добрый дух, покажи им своё пламя, — обратился я к саламандре и она выскочила из уголька, юркнув в свой родной камин.

Робкий, слабый огонь в камине, который разожгли утром, внезапно вспыхнул и на глазах обернулся высокими пламенными языками. Они оплели призрачное тело саламандры, создавая из пламени её более крупную версию, которую мог видеть каждый из присутствующих людей.

— Смотри, ящерица из огня! — удивился один из людей.

— Да-да, — согласился ещё один.

Послышались восхищённые вздохи.

Но староста ничуть не смутился, даже наоборот…

— Духи признают тебя, Варадар, — произнёс он. — Но шаман — это нечто большее. Это тот, кто наставляет наш народ, кто лечит наших людей и защищает их. Разве духи могли выбрать на эту роль чужака? Вместо Дарена или Весны, которые тоже были там с тобой и в чьих жилах течёт кровь Белозара. К тому же, ты из рода, который пытался истребить шаманов так же, как и род Асура.

— Да откуда Вам знать! — воскликнула Весна и вышла из-за стола. — Духи сами выбирают, с кем устанавливать связь! Если они выбрали не Дарена или меня… — тут её голос подутих, — … значит так вернее. К тому же, — она насупилась, — только с Варадаром они разговаривают! Я свидетельствую! Он говорил с духом волка, когда мы пережидали бурю под елью!

— Этот разговор лишён смысла, — произнёс я громко и чётко. — Мы можем спорить и упражняться в красноречии. Долго. Часами, при желании. Но я не хочу тратить время, которое деревне лучше потратить на подготовку к обороне. Не считаешь меня шаманом? Твоё право, староста. Но оставь другим людям право решить самим, кого они видят во мне. Демона? Прекрасно, пусть. Шамана? Как угодно. Чего ты ещё хотел? Изгнать меня? Вперёд, решайте и голосуйте. Но я не буду плясать под твою дудку, староста.

— Изгнать⁈ — вспыхнула Весна, повернувшись к старосте всем лицом. — Он спас наши с Дареном жизни! Остановил его кровотечение и развеял проклятую магию рун Асура! Спас от волчьей стаи! Он отвёл от нас великана! В одиночку! По зимнему снегу в лесу! Разве кто-то из вас смог бы так же⁈

— Практик бы смог, — подметил один из мужчин.

— Беловолосый — не практик, — прозвенел, словно удар молота по наковальне, голос Бранимира. — От него не исходит Яра, свойственная практикам. Он не подчиняет духов своей воле. Это точно. Как бы я не ненавидел его кровь и не осуждал своего отца за то, что он оставил беловолосого в живых, я не могу считать его лжецом, когда он называет себя шаманом.

— Тогда о чём говорить⁈ Духи выбрали его и любой, кто пойдёт против Варадара, пойдёт и против них! — произнесла Весна.

— Девочка, — нарочито мягко произнёс староста. — Никто не хочет вражды. Тем более — я. Даже если Варадар не шаман, я не желаю ему вреда. Но я не хочу, чтобы в момент великой угрозы внутри нашей деревни был тот, кому я не могу доверять. К тому же… — он обратился к людям: — Вот о чём подумайте ещё, мужчины: а вы готовы к тому, что он захочет спросить с вас за то, как вы к нему относились? Или, может, относились ваши родные и близкие? Как ваши дети кидали в него камни, а жёны сыпали проклятия ему вслед? Думаете, он об этом забыл?