Владимир Пламенев – Изгой Проклятого Клана (страница 18)

— Оно тебе ни о чём не скажет.

— Ты из другого клана? — он наклонил голову набок. — Хм, нет. Ты просто лжец. Ты уже пробудил стихию?

Я кивнул медленно. Не прекращая смотреть в его немигающие глаза.

Он не боялся. Совсем. Более того — он был полностью уверен в собственной неуязвимости.

Я собирался развеять его иллюзии. Ему будет горько.

— Опять лжёшь, — сказал он. — Я бы почувствовал, — он коснулся браслета на левой руке, инкрустированного тремя тёмно-синими камнями. В центре крайнего из них появился свет.

Мстислав сжал руку в кулак. Из браслета ударила вспышка маны, которая за миг окутала его магическим коконом. И он устремился на меня.

На грани слуха я услышал звук обнажаемой стали.

И в следующую секунду отклонился назад от длинного широкого ножа, который рассёк воздух перед моим горлом.

Потом от выпада. В печень.

Мстислав хорошо знал, куда и как бить. Навык был.

И он был быстр. Очень быстр. Почти как мантикора.

Всё дело в окутавшей его магии!

Но моя звериная мощь всё равно не оставляла ему никаких шансов.

Я бы мог оглушить его за один удар. Но не хотел принимать более глубокую форму зверя, чтобы не показывать её перед другими.

Так что я ограничился лишь усилением тела. И ждал, пока иссякнет мана в ускоряющем коконе Мстислава.

Он сделал новый выпад! И с этим я получил возможность.

Я отшагнул в сторону, пропуская лезвие рядом на самой грани. Оно чуть не вспороло мой живот.

Затем резко перехватил кисть Мстислава. С хрустом сломал её и выбил нож.

А в следующий миг увернулся от кулака. На что ответил беспощадным ударом по его ноге.

Мстислав рухнул на землю, не издавая ни звука. Будто вовсе не чувствовал боли.

— Перелом, — сухо прокомментировал он. Ни на каплю не изменив интонацию. — Кисть. Голень, — он поднял на меня взгляд. — Теперь ты враг клана.

Ногой я откинул нож в сторону.

Зелёные глаза Мстислава были совершенно безразличны. Словно он был не человеком, а программой — тем же каменным стражем — по чьей-то злобной шутке помещённой в человеческое тело.

— ГОСПОДИН! — со стороны послышался рёв. Из джунглей показался здоровяк Боря. Он насупился, приготовившись к броску.

А рядом с ним вышла Лиза, которая сразу застыла, смотря на меня круглыми глазами. Она меня узнала и приоткрыла рот, чтобы что-то сказать, но потом тут же вцепилась в Борю. — Защити меня! Не отходи, очень прошу!

Борю это ввело в ступор. Его взор метался между Мстиславом и Лизой.

Будто я ей чем-то угрожал. Или расчёт был в другом?

Может, она хотела, чтобы Боря мне не мешал?

В этот момент я подошёл к бессознательной Покровской и взял её на руки. Попутно убедился, что позвоночник её цел и можно нести, не рискуя здоровьем.

Красивая. Маленький носик вздёрнут вверх, но самую малость. В остальном она была похожа на Людмилу Покровскую — целительницу, которая восстановила мои травмы.

Они точно родственницы. Скорее всего — сёстры.

Я пошёл в противоположную сторону. Не к Стрельцовым, чтобы не привлекать к ним внимания.

Но напоследок остановился и сказал лежащему в грязи Мстиславу:

— Сегодня я оставлю тебе жизнь. Но не потому, что ты её заслуживаешь, — и пошёл дальше.

Скрывшись за листвой, я на всей скорости углубился в лес с Покровской на руках. А потом сделал крюк, и вышел на след из поваленных деревев, оставленный аномалией.

Если Стрельцовы захотят меня найти, то пойдут по нему.

Проблемы в клане гарантированы.

Я это понимал с той самой секунды, как вышел из укрытия.

Но мог ли я поступить иначе?

Нет.

Я едва удержался, чтобы не убить этого Мстислава на месте. Если бы у меня не было свидетелей, так бы и сделал.

След аномалии на моём пути становился всё шире. Оно и понятно. Наибольшую силу и площадь воздействия аномалия имела в начале своего пути. А с каждым новым десятком метров её мана иссякала.

Через несколько минут я вышел на поляну, откуда аномалия начала свой путь. Всё знакомо: сломанные деревья, вырванные корни, борозды и воронки в земле.

Но в самом центре было ещё кое-что.

Яма. И выкопана она была живым существом.

Поблизости от неё не было воронок. Но были следы длинных когтей. Эти когти рыхлили землю.

Я подошёл к яме и посмотрел вниз.

Ящик. Грубо вскрытый и выпотрошенный тем же зверем, кто и раскопал яму.

Крышки не было видно вообще. А внутри находились осколки стекла и лужица, светящаяся золотистым светом — ихор.

Вот и тайник.

Досадно.

— Северский! — я услышал позади крик. По следу ко мне двигались Стрельцовы. Тимофей был устал и зол. — Ты понимаешь, чем это закончится для тебя? — затем он увидел Покровскую на моих руках. — Она того не стоит! Покровские — слабейший род клана! Их поддержка ничем тебе не поможет!

— Не стоит? — внутри меня взбурлила злость.

Тимофей, возможно, говорил рационально и правильно.

Но цинично.

Насквозь.

Он остановился на месте, увидев выражение моего лица. А потом поспешил объяснить:

— Я не то имел в виду! Я хотел сказать, не стоило калечить Мстислава!

— Заслужил, — сказал я тоном, не терпящим возражений.

— Да, разумеется, — Тимофей нахмурился и покачал головой. — Он… у него очень дрянная репутация.

— А я считаю, что Северский всё сделал правильно! — воскликнула Алиса и улыбнулась, смотря на меня. Потом, правда, смутилась и отвела глаза. — Я не ожидала, что ты поступишь так…

— Безрассудно, — вставил Тимофей.

— Героически! — с нотками восхищения сказала Алиса. — Я всё расскажу главе рода!

— И что? — скептично спросил её Тимофей. — Он не станет заступаться за последнего из рода Северских, как бы ценен его Дар не был, — вот и прокололся, зачем я Стрельцовым. — Руслан напал на третьего сына главы клана! А ведь его положение и так не из лучших… я бы не рассчитывал на справедливый суд.