Владимир Пламенев – Дипломатия Мечей (страница 41)

Анте ничего не ответил.

Однако, перед тем как решить все эти вопросы, надо было вернуть под контроль дворец Зринских. Причём Караджичам в этом отводилась ключевая роль.

И действовать надо было быстро, пока они не поняли, что Демидов из игры выбыл. Жёстко. Но их силы мы используем для того, чтобы взять дворец под контроль, а затем, при поддержке посла, договоримся об отзыве Демидова и обеспечении безопасности Анте. В противном случае, предупредив о разжигании международного скандала.

Получится?

Никаких гарантий. Если Караджичи хватятся Демидова, то всё рухнет. Так что счёт шёл на часы. Возможно — минуты.

Поэтому мы пошли на самый рискованный план, который только был у нас в рукаве.

— Господин Непчич, — кряхтящим голосом произнёс Караджич, смотря на нас с большого плазменного экрана на всю стену. Выше была подключена камера, с которой он видел и нас. Полноценная переговорная комната была устроена прямо в покоях отца Непчича.

Караджич осмотрел троих присутствующих.

— Господин Демидов, — кивнул он сидящему рядом со мной человеку.

— Господин Караджич, — произнёс сидящий рядом со мной человек голосом Александра Демидов. Затем кивнул его головой, с его же лицом. — Сегодня я буду присутствовать на заседании, чтобы… не возникло лишнего недопонимания.

— О чём Вы? — нахмурился Караджич.

— Мы должны начать наступление и отбить дворец Зринских, как можно скорее, — со свойственным Демидову спокойствием, заявил этот человек. — Господин Анте, вероятно, мёртв. Госпожа София… отказалась покидать страну, но согласилась с некоторыми встречными предложениями.

Караджич сместился глазами. Вправо. Туда, где относительно него, находилось изображение Непчича. Взгляд внимательный, отслеживал реакцию воеводы.

Но Непчич оставался невозмутим, словно камень.

Затем взгляд Караджича сместился в другую сторону.

На меня.

Это был самый опасный момент.

Поверит ли, что мы с Демидовым теперь заодно, или нет?

— Мы договорились, — мягко произнёс Лже-Демидов рядом со мной. — Я ввёл их в курс дела и мы пришли к договорённости. София станет дочерью Вашего второго сына, господин Караджич. А он — консортом при её правлении. Первый мальчик будет принадлежать династии Зринских, второй — династии Караджичей.

Пауза.

Караджич постарался скрыть удивление, но не смог. Слишком быстро водил он зрачками из стороны в сторону, слишком расширились его глаза, слишком напряглось старое лицо.

— Господин Демидов, — он прокашлялся. — Вы уверены, что стоило принимать такое решение без ведома Вашего отца? Мой второй сын обручён с Вашей двоюродной сестрой.

Чтоб тебя…

Чтоб вас…

Почему…

Я едва сдержал эмоции в моменте. Если бы не мой дипломатический опыт, быть бы беде. Но сейчас… надо было выпутываться по полной.

Я резко обернулся на Лже-Демидова, который даже бровью не повёл. Только когда я несколько секунд просверлил его взглядом, он «соизволил» обратить на меня внимание, с демонстративным пренебрежением.

— Ты об этом не говорил, — процедил я.

— Во-первых, тебя это не касается, — чуть улыбнулся он. — Во-вторых, это не проблема, — после чего повернулся обратно к экрану. — Вопрос с отцом будет решён. Но сначала мы должны дать ему результат. Я понимаю, что сначала должен был обсудить это с Вами. Но княжна весьма пылкая девушка и надо было получить предварительные договорённости. Ни на что другое ни она, ни её… м-м-м… — он неопределённо взмахнул рукой в мою сторону, — … представитель не были согласны.

Это было сделано настолько натуралистично, что захотелось ему «втащить». Впрочем, такое происходило частенько, за обе мои жизни. Провокации — это часть дипломатической работы. В том числе такие топорные и грубые.

Караджич нахмурил брови.

— Мне нужно подумать, господин Демидов.

— Подумайте, если готовы рискнуть, — Лже-Демидов преспокойно откинулся на спинку кресла. — Я не строю иллюзий. Если наёмники удержат дворец, то весь мир узнает о слабости нашего союза и власти. Возможно, французы вторгнутся сюда вполне официально. Тогда мы уже не обойдёмся без крови и большой войны.

Караджич прикрыл веки. Задумался.

— Господин Демидов, но мы не готовы. Вооружения из Империи ещё не прибыли, — произнёс он. — Если мы пойдём так, как сейчас, то… потери будут колоссальными. Даже со всеми силами моего клана и кланов наших союзников.

— Я поддержу вас, господин Караджич, — пробасил Непчич. — У нас есть сведения о тайном ходе во дворец. Вдобавок, некоторые защитные функции всё ещё под нашим контролем. Когда мы отступали, то оставили вторженцам несколько сюрпризов, — он оскалился. — Они сами оказались в ловушке, как я вам и говорил.

— Вы хотите, чтобы я принял на себя весь удар, — произнёс Караджич.

— Такова цена власти, — прохрипел Непчич, стиснув челюсти. — Вы же хотите, власти, граф⁈ Хотите⁈ Вы готовы ради этого предать свои клятвы, но не готовы сражаться против…

— Довольно, — ледяным тоном оборвал его я и уставился на пристальным взором. — Мы договорились. Обо всём, господин Непчич. То, что Ваш идеализм не выдерживает проверку действительностью — это только Ваши проблемы. Княжна София — это дочь князя. Она должна выйти замуж так, как надо для её страны.

Я чуть наклонил корпус в его сторону. Непчич смотрел на меня, постепенно краснея от злости. Его эмоции были неподдельными. Его бесил наш разговор. Откровенно выводил из себя.

Он презирал Караджича, за то, что тот не жертвовал всем ради рода Зринских. И понять можно было их обоих. Но позволять Непчичу рушить весь ход переговоров своими эмоциями я не собирался.

Пусть для этого и придётся играть в этот спектакль.

Я продолжил говорить:

— На престоле Иллирии останутся Зринские. Да, в них будет течь кровь Караджичей. Да, будущего князя будет воспитывать граф Слободан, — я плавно провёл рукой в сторону экрана. — Да, Караджичи станут вторым кланом в стране. Но за это граф заплатит кровью своих бойцов. Разве не этого вы хотели? Не спасти как можно больше бойцов гарнизона, которые практически ничего не могут противопоставить одарённым в открытом бою?

— Не верти словами, Добрынин, — Непчич сжал кулаки.

— Я оперирую только интересами Вашей страны. Держите себя в руках. Граф Караджич — это спаситель Иллирии, наравне с Вами. Как бы Вам не хотелось забрать все лавры себе. Так что уважайте его, несмотря на то, что он не раскрыл Вам всех своих секретов, на которые, между прочим, имеет полное право, — я отстранился и отвернулся от него к Караджичу. — Надеюсь, этот эпизод не станет проблемой.

Караджич молча смотрел то на одного, то на другого.

Лже-Демидов хмыкнул.

— Мне нужно подумать, прежде чем принять решение, — произнёс Караджич.

— Каждая минута — это время на укрепление врага, — сказал Непчич. — Вы даёте вторженцам время своей нерешительностью.

— Думайте, — выдохнул Лже-Демидов. — Но если Иллирию порвут на части, то для России она потеряет всякий смысл. Вы это понимаете. А сейчас решает каждая минута, — сказал он и вышел прочь.

Затем вышли и мы.

Караджичу надо было «помариноваться» в этих мыслях.

Телефон настоящего Демидова был в руках у его двойника. Туда сыпались сообщения от Караджича, с вопросами и срочными требованиями созвониться.

Но ответом были только слова:

«Они не спускают с меня глаз. Доверие вещь хрупкая».

Не выдержал Караджич ровно через одиннадцать минут двадцать секунд. Лже-Демидов засекал, играя с этим как ребёнок.

— Мы начнём атаку, как только все подразделения займут свои позиции, — мрачно заговорил Караджич, когда мы собрались на вторую часть совещания. — Но у меня будет ещё одно условие.

Непчич сразу нахмурился.

Лже-Демидов приподнял бровь… зараза, он идеально играл эту роль.

— Интересно, — произнёс он.

Караджич назвал его:

— Княжна не будет назначена правительницей Иллирии. Она останется в своём статусе, без права на престол. Правителем будет её первый сын — мой внук. Регентом при нём буду я, либо человек из моего клана или по моему выбору. Если меня не станет, это решение будет принимать мой наследник.

— Властолюбие погубит тебя, — произнёс Непчич, глядя на него из-под насупленных бровей.

— Это моё условие. Прямо сейчас.