Владимир Пекальчук – Циклы фэнтеги. Компиляция. Романы 1-10 (страница 50)
— Что у тебя по принимаемым мерам? — спросил он Валетта.
— А что сегодня можно сделать? Взять на карандаш всех въехавших в город магов? Так сегодня приемный день…
— Хорошо! Валетт, организуй силами своих ребят тонкое сканирование уровней астрала. Попробует вылезти за предел, тут мы его по слепку ауры и выловим.
— Бесполезно, северяне следы по остаточному фону убрали! Слепок нам не собрать, у меня все, извини, много дел! — Валетт встал с удобного кожаного кресла.
— Держи меня на связи! — магистр-ректор облокотился на спинку стула. — Не было печали.
Городские ворота остались за спиной вместе с шумом и гамом стремящихся попасть в город путников, его место занял шум и гам городских улиц. К удивлению Андрея, улицы Ортена были ровными и прямыми, радиально расходясь от городской ратуши в разные стороны. Город закладывался как учебный центр, и проектировщики отошли от старых стереотипов, сразу спланировав и заложив проспекты и аллеи, парки и сады.
Город располагался на трех широких скальных уступах, ступенями восходящих к плато Декхан. Через все три уступа низвергалась водопадами река Гремучка, начинавшая свой стремительный бег в Скалистых горах, пронзая все плато голубой жилой и впадая в Орть у широкой излучины, где отроги Нижних гор с их могучими лесами и непроходимыми дебрями плавно переходили в лесостепь. Орть, получившая свободу от горных теснин, разливала свое могучее тело на две лиги, питая своими водами широкие поля и сады, расположенные по берегам. Каналы, прорытые мастерами гномов, уносили питательную влагу могучей Орти еще на десятки лиг в глубь страны.
Внешние городские стены, которые только что миновал Андрей, когда-то ограждали Подол, выросший сейчас наполовину лиги от городских стен. Подол — рабочий квартал города, квартал, где селились мастеровые люди, место всех цехов и гильдий, никак не походил своим видом на фабричные городишки или мастеровые кварталы, виденные Андреем ранее. Стройными рядами вдоль проспектов стояли добротные, ухоженные каменные и кирпичные двух- и трехэтажные дома, крытые разноцветной черепицей и сверкающие до блеска натертыми флюгерами, возвышавшимися над крышами домов. Разноцветная окраска крыш создавала непередаваемый колорит праздника и легкости нижнего города — так официально называли Подол. Улицы вымощены пористым, плотно подогнанным булыжником. Через каждые пятьдесят саженей видны люки сливной и ливневой канализации. С Гремучки в нижний город протянуты три акведука, строители предусмотрели все.
Там, где городские стены спускались к речному берегу, начинались портовые сооружения, молами и пристанями уходящие на сотни саженей в глубь реки. Глубина успокоившейся Орти позволяла спокойно принимать у причалов речные суда и морские парусники, которые на пять сотен лиг поднимались вверх по реке от устья.
Даже у Западных ворот города можно было слышать шум торга, расположенного сразу за портовыми складами и сооружениями.
В Ортен съезжались купцы и торгаши не только всего континента Алатар и океанских островов, здесь можно было увидеть редких гостей с Рольда и Радда, расположенных далеко на восток и запад, за просторами океанов. Торг шумел круглый год, даря славу городу, купцам — барыш.
Четыре моста — Малый, Белый, Торговый и Центральный — соединяли нижний и средний города.
Мидлл, средний город, опоясывали белокаменные стены, делая совсем неприступным тридцатисаженный скальный уступ. Улицы среднего города были еще шире. Множество парков с прекрасными фонтанами, прохладными прудами и беседками давали место для отдыха, уединения влюбленных парочек и праздно фланирующей публики, там же можно было перекусить в многочисленных харчевнях, называемых новомодными словами «кафе» и «ресторация». Театр, гладиаторская арена и ипподром в каждое праздное окончание седмицы призывно открывали свои двери, приглашая насладиться искусством сцены или видом льющейся на подкрашенный красным цветом песок крови. Фехтовальные школы частенько устраивали соревнования и выставляли своих бойцов, маги тоже не брезговали сойтись в магических поединках, особенно ученики третьего-четвертого курсов Школы. Многочисленные сады в своей благодатной тени скрывали дома и поместья богатых купцов, мелкопоместного дворянства и богатых горожан. Из такой же зелени садов возносились вверх золотые купола храмов Единого и виднелись стены монастыря Блаженного уединения.
Лайлат — верхний город, соединялся с Мидллом тремя широкими серпантинами и двумя мостами — Золотым и Высоким. Лайлат — место обитания знати и высокородных, место, где расположена летняя резиденция и поместье короля Тантры и ректора Школы. Место, где есть все, но попасть в верхний город дано не каждому.
Андрей собирался уже спросить проходящих мимо горожан, как пройти к Школе, когда в глаза ему бросился указатель с ядовито-зеленой надписью: «Ортенская Общая Школа Высшей Магии». Ниже указателя рукой было подписано: «Для тупых — прямо по главному проспекту в сторону малого речного порта. Не упритесь рогом в школьные ворота. Не за что! Рогатики!»
Нижняя надпись вдруг моргнула и превратилась в человечка с недоуменным выражением лица, долбящего рогами в закрытые ворота. Все ясно — граффити местного розлива, привязанная иллюзия. Народное творчество студиозусов. Иллюзорный человечек вдруг повернул голову на Андрея и сложил руками неприличный жест. Ого! Привязка на эмоциональный фон! Круть! Талант малевал!
Сзади рассмеялись. Андрей обернулся. Две молодые симпатичные девчонки, блондинка и брюнетка, и долговязый нескладный парнишка, всем троим лет по четырнадцать-пятнадцать, как и он минуту назад, уставились на указатель. Иллюзорный человечек обхватил ногами указатель, повиснув головой вниз, попытался дотянуться тонкими ручками и вытягивающимися, как телескоп, пунцовыми губами до блондинки. Прохожие и зеваки покатывались со смеху. Парнишка и подруга жертвы внимания человечка всеми силами пытались сдержать на своих ехидных физиономиях серьезные выражения. Девушка, ставшая центром внимания толпы и магического ухажера, покрылась румянцем, соперничая цветом лица с пунцовыми губами человечка.
Хорошего помаленьку. Андрей двинулся в сторону, указанную стрелкой.
— Извините!
— Извините! Уважаемый, э-э-э… — донеслось до Андрея сзади.
— Керр, уважаемый Керр! — не поворачивая головы, ответил Андрей.
Быстрым шагом его догоняла давешняя троица. Одна из красавиц забежала вперед, та, что цветом волос могла соперничать с чернотой вороньего крыла, и спросила:
— Вы идете в Школу?
— Да.
— А можно мы пойдем с вами?
— А что? Боитесь заблудиться? Тут прямо по улице до ворот с рогатым художником.
— Просто мы подумали, что Вы… и мы, что вместе будет веселее!
И почему он их не отшил? A-а, надоело. Хватит! Хватит прятаться за панцирем отчуждения! Может, попробовать завести друзей? Хотя слово «завести» не нравилось Андрею, завести можно собаку или блох.
— Можно.
— Что можно? — удивилась девушка.
— Можно идти со мной до Школы Магии, — Андрей скосил глаза и с интересом осмотрел троицу. Все ясно. Судя по тому, что топают ножками, — детки обедневших мелкопоместных дворянчиков. Первый раз выпущены родителями из родового поместья и отправлены в самостоятельное плавание по волнам жизни. Детки направили свои стопы в Ортенскую Школу Магии в надежде пройти вступительные испытания. Родители за спиной деток, по-видимому, не один раз осенили себя святым кругом, желая им надеть мантию ученика, получить школьную стипендию, немаленькую, даже по городским меркам, и слезть, наконец, с шеи родителей. После Школы за судьбу отпрысков можно не волноваться: маги в королевстве нарасхват, не тут, так там пристроятся. — А не боитесь?
— Чего?
— Идти со мной?
— Почему мы должны вас бояться? — удивился долговязый, барышни примолкли. — Нет, не так. Почему мы должны бояться идти с вами?
— Очень просто, я не человек, — Андрей растянул улыбку до самых ушей и повернулся к компании.
— !?! — У девчонок округлились глаза, парнишка сглотнул. Привычная реакция: все, кто живут за пределами родной долины, разнообразием чувств и реакции не отличаются. Как все надоело! Скорей бы научиться тонким плетениям и наложить личину!
— Ну как? Все ещё хотите прогуляться со мной? — Андрей перестал улыбаться.
— Здорово! Но ты же не орк? — Вау, мы уже на ты, когда только успели! Быстро отошла от шока жертва поползновений иллюзии на указателе. — А что у тебя с глазами? Расскажешь?
Андрей помялся. Хотел необычной реакции? Получи и распишись! А дела с ребятками ещё хуже, чем он думал. Они не только бедные, но еще и с какого-то медвежьего угла прибыли, что там о нелюди слыхом не слыхивали, живут себе патриархальным укладом, как за тысячи лет до падения империи, и по-тихому курят бамбук или что у них там курят. О, как глазки по сторонам стреляют. Полные штаны восторга. Такие взрослые, сами в город приехали! Наивняк полный. Как таких только в город выпустили? Их же тут куры заклюют! Детский сад, в натуре. Интуиция похлопала его по плечу и неприятно так чесанула по пятой точке — быть тебе, родимый, воспитателем в этом детском саду на выезде. Совесть, которая подбитым лебедем умирала у ворот в город, встрепенулась и стала биться в глаза — ты же их не бросишь? Не хлопай крыльями, не брошу младеней. Бл… Тарг задери, мне самому-то шестнадцать. Усатый нянь. Хорошо хоть не усатый!