Владимир Пекальчук – Трюкачи (страница 63)
Конечно, Марго вряд ли узнает, что к взрыву в отеле в Денвере причастен Тирр, она и про взрыв как таковой знать не будет, но… Если узнает – итоги будут из категории «магия бессильна». Бесконечно малый риск – но, йоклол бы взяла, с бесконечно тяжелыми последствиями.
Ему нужен другой путь, потому что запись можно уничтожить массой способов, а вернуть жену и сына, случись что – никаким. В самом крайнем случае, должно погибнуть не более одного-двух полицейских, тогда еще оправдание «я не виноват, он пытался меня убить» может быть, сработает. А может, и нет.
Тирр задумался. Устроить пожар? Копы могут сбежать, схватив вещдоки, и ноут прихватят наверняка. Напасть на них при отступлении? Чревато. Устроить пожар прямо в номере, но без взрыва? Может не сработать, потому что сформировать слабенький шар так, чтобы не пострадали люди, глядя сквозь волшебный медальон, легко, да только ноутбук волшебный кварц не покажет, по крайней мере, если он не включен.
Надо, йоклол возьми, на что-то решаться. Выйти на один этаж выше, выбраться через окно в коридоре наружу, перелететь к окну двадцать седьмого люкса, наложив на себя невидимку, затем отвлечь внимание копов… о! Посадить на перила балкона иллюзорного птеродактиля! Пока полицейские собираются у балконной двери и ищут на полу отвалившиеся челюсти – наложить на себя круг тишины и вломиться в окно соседней комнаты. Если ноутбук там – забрал и свалил. Если нет… Если, допустим, в комнате с балконом – проблема. А ведь Тирр даже не знает, сколько в номере комнат. К тому же план предусматривает постоянное применение магии, притом затратной и сложной, не говоря уже о том, что придется все делать, держа себя в воздухе и читая по два заклинания сразу. Конечно, это он еще бы потянул, но силы на исходе, чуть позже можно оказаться в беде, будучи выжатым досуха. Нужен план попроще.
Например, лобовая атака. Рискованно, но просто. И всего два заклинания.
Он повернулся и пошел обратно. Коп у двери только один, правда, рядом с ним человек в униформе с логотипом «Хилтон» и с бейджиком. Прислуга или заведующий.
Маг, проходя мимо копа, повернул голову и молча заполнил двадцать седьмой номер магической тьмой, причем так, чтобы и на коридор хватило, а затем резко сменил направление и вошел в номер, уже читая круг тишины.
- Эй, какого хрена?!
- Срань господня!
- Что произошло!
Панический галдеж Тирру только на руку. Он обошел выставившего вперед руки типа в перчатках и с кисточкой в руке, затем копа в гражданской одежде. Так, вот вторая комната с протирающим глаза полицейским.
- Что за фигня?! Кто вырубил свет?!
- Матерь божья, я ослеп!
- Хьюго, ты дурак, что ли? Мы все ослепли, потому что вырубили свет!
- Черт! Ларри, это ты идиот! Кто может вырубить солнце днем?! Я слеп, господи! Как?!
- Парни, вы где?
- Тут я!
- Ты что-то видишь?
- Да ни зги! Я тоже ослеп! Вызывайте скорую!
- Ты кретин. Говорю же, выключили свет и, наверно, жалюзи опустили!
- Ларри, ты точно недоумок! Какие жалюзи?! Я сейчас стою у окна, чувствую на лице тепло солнца, чувствую, как текут слезы – но ни хрена не вижу!
- Да что происходит-то?
Пока разом ослепшие люди пытались понять, что делать дальше, Тирр нашел ноутбук и забрал. Готово. Но бросив взгляд в соседнюю комнату, он заметил на столе еще один точно такой же, и в этот самый миг на пороге появился, слепо шаря руками перед собой, второй тип в перчатках.
Проклятье, мимо, не задев, не пройти! Впрочем, семь бед…
Он вытянул руку и пальцем указал мимо копа, мысленно читая заклинание и формируя у самого ноутбука огненный шар. Хлопок был негромким, тише, чем треснул от жара экран, пластик сразу же вздулся пузырями и вспыхнул.
Тирр самодовольно ухмыльнулся, и тут произошло самое ужасное: с потолка полилась вода и зазвенела сирена. Он забыл о противопожарной системе.
- Пожар! – завопил кто-то.
Тирр метнулся к выходу, оттолкнув мешающего полицейского, и выскочил в коридор, прижимая к себе ноутбук. Бежать, бежать! Он моментально намок и теперь его маскировочная руна размыта!
Маг ринулся прочь по коридору, когда за спиной в ответ на вопли «пожар» и «спасите, я ослеп» начали открываться двери, но, к счастью, со спины он не выглядит необычно, ну разве длинные белые волосы и уши, если присмотреться. Поворот, грузовой лифт для персонала.
- Откройся, - крикнул Тирр, прочитав мысленно заклинание, и прыгнул в шахту, глядя вниз.
Кабины лифта нет, далеко внизу – дно колодца. Лифт наверняка ходит в подвал или на подземную автостоянку – оба варианта намного лучше, чем фойе. Взгляд вверх – проклятье, лифт выше и опускается!
Он прочитал заклинание парения, чтобы стабилизировать себя в вертикальном положении, и принялся читать левитацию. Пролетев до третьего этажа, Тирр замедлился, приложив все силы, и, влетая на нулевой уровень, почти полностью завис.
Легко коснулся ботинками дна, протянул руку вверх и дотронулся до двери.
- Откройся!
Выложил наверх ноутбук, подтянулся и оказался действительно на подземной стоянке. И как назло – прямо напротив стоит машина, на месте водителя – молодая женщина, глазеющая на него широко открытыми зенками.
Тирр подхватил ноутбук, метнулся к машине и плюхнулся на сидение пассажира.
- Доброго дня, леди! Будьте так любезны быстро-быстро подвезти меня куда-нибудь подальше отсюда!
- В-вы кто?! – испуганно пискнула она.
- Я дзедай, - невозмутимо ответил маг и быстро добавил: - только без меця.
На следующий день Тео пришлось первые четыре урока бороться с желанием положить голову на парту и уснуть: за всеми вчерашними хлопотами он напрочь забыл о грядущей контрольной и потому до двух ночи повторял материал. То есть, на самом деле, ему японская литература не очень-то и упала, но портить общую успеваемость в восемьдесят пять средних баллов сороковником тоже не хотелось.
На пятом уроке он слегка мобилизировался, собрался – но контрольную запорол все равно. Половина вопросов – точно правильные ответы, а вот остальное пришлось «решать» чуть ли не чистым угадыванием. Ну серьезно, как иначе отвечать на вопрос о времени жизни великого Басе, если Тео это не просто забыл, а никогда не знал?
Выйдя из класса, он сразу же столкнулся с Киоко.
- Привет, Тео-кун! Как контрольная?
- Да так себе. Басе и Рансэцу доконали.
- Хе-хе… С них станется. Слушай, как насчет нанести нам с папой ответный визит?
Тео с сомнением почесал затылок:
- Ну я бы не прочь… Да только мне не кажется, что твой отец будет рад меня видеть.
- Насчет радости ты прав, папа до сих пор в шоке, что проблема, неразрешимая для него, была решена гайдзином-подростком. И это еще неизвестно каким боком вылезет, когда все узнают про состязание и… А, неважно. В общем, папа мне прямо сказал, что безумно хочет знать, как подросток смог свалить мастера, будто, цитирую, невкопанную макивару[50]. Так что это можно оценить как формальное приглашение на чаепитие. А дальше все в твоих руках: ты ведь уже заметил, что люди, которые узнают тебя чуть получше, перестают относиться к тебе по внешнему виду? Первая тема для разговора – боевые искусства – уже есть. А дальше тебе просто надо невзначай упомянуть, что обучал тебя твой отец, не спрашивая твоего желания – поправь, если ошибаюсь – и что случай с Сагарой – первый, когда тебе пришлось бить человека.
- Вообще-то, это был трюк, а точнее – магия вроде телекинеза, я Сагары лишь коснулся, и, вообще-то, я это тебе уже говорил.
- Вообще-то, - передразнила Киоко, - у нас с папой создалось впечатление, что Сагару снесло, будто маэгэри по технике Сираэ Хироси.
- Но ведь ты-то знаешь, как на самом деле все было.
- Умом знаю. Глаза видели удар дикой силы. Но раз так – даже лучше. Скажешь, что удара на самом деле не было, что это был фокус из папиного репертуара, и что ты вообще никогда никого не бил.
- Хм… Пожалуй, попытка – не пытка.
- Вот и славненько. Как насчет пяти часов? У нас как раз часовое окно между занятиями с пяти до шести.
Тео, помня присказку японцев про то, что «вовремя» на самом деле означает «на пять минут раньше», вошел через ворота додзе ровно без пяти пять и постучался в дверь.
Открыла ему Киоко.
- О, вот и ты. Добро пожаловать, как говорится.
Она провела Тео в боковую дверь, где находились жилые комнаты, открыла нужную дверь и сделала шаг в сторону, пропуская гостя.
Мальчик, уже успев снять кроссовки – по татами в обуви не ходят – шагнул в проем, испытав некоторый дискомфорт. Ему было бы привычнее войти следом за хозяйкой, но в Японии женщины никакими привилегиями слабого пола не пользуются, пропускать их вперед, уступать место или подавать пальто не принято, равно как и входить в комнату женщина должна после мужчины. И вроде Тео давно эти обычаи знает и следует им – а все равно не привык.
- Коничива, Хираяма-сан, - вежливо поздоровался он, отвесив предписанный этикетом поклон.
Сэнсэй Хираяма, уже сидевший на татами за низеньким столиком посреди комнаты, благосклонно кивнул.
- Коничива, Теодор-кун, - ответил он, произнеся имя без малейшего акцента.
Киоко уселась с торца стола так, чтобы иметь доступ к чайным принадлежностям и столовым приборам отца и гостя, и Тео понял, что ему предназначено место напротив Хираямы-сэнсэя. Блин. Чаепитие с Киоко превращается в чаепитие с ее отцом, который с самого первого момента сверлит гостя внимательным испытующим взглядом.