Владимир Пекальчук – Трюкачи (страница 48)
Быстро сделав легкую разминку, девочка начала тренировку со своего любимого ката – Дзитте. Свобода перемещений, быстрая смена направлений и целей очень хорошо воплощают в себе высказывание, издавна известное любому адепту боевых искусств, но ставшее знаменитым благодаря все тому же Брюсу Ли: порхать как бабочка, жалить как пчела.
Завершив ката, Киоко принялась за отработку энкэй гяку цуки – удар со скручиванием после кругового блока, элемент сложный в такой степени, что многие мастера тренируют его десятки лет, прежде чем остаются довольны своей техникой исполнения. Лично ей энкэй гяку цуки поначалу казался несложным, но только с ростом мастерства пришло понимание собственной неуклюжести. Киоко не раз подумывала о том, чтобы вообще исключить этот элемент из своего арсенала, но в конце концов отбросила эту мысль: путь, огибающий сложные участки – это путь Норихиро Сагары, адепта боевой системы, но никак не наследницы истинного боевого искусства.
Примерно на двадцатом повторении Киоко была грубо вырвана из медитативного состояния воплями, нечленораздельными криками и благим матом по крайней мере тридцати-сорока глоток. Ученики визжали и кричали так, словно перед храмом внезапно появился голодный тигр.
Девочка побежала обратно и выглянула из-за угла. Ее взгляду представилась кошмарная картина всеобщей паники и ужаса. Ученики, до того мирно сидевшие кто где, побросали все и теперь спасались бегством, разбегаясь во все стороны, словно цыплята от коршуна. Мимо, не разбирая дороги, наперегонки пронеслись трое мальчишек из параллельного класса, кто-то, спотыкаясь, мчался к храму в поисках укрытия, из ближайших кустов торчали чьи-то ноги. Киоко созерцала все это в полнейшем недоумении, и тут в ее поле зрения попала причина паники.
На храмовый двор, вопя от бешенства и размахивая топором, стрелой влетел разъяренный Тео-кун, хотя теперь его правильнее было бы назвать Йома. Не тигр, конечно, но немногим лучше.
Последние замешкавшиеся бросились в разные стороны. Йома, не обращая на них внимания, несся прямо к своей цели – девочкам-близняшкам из класса один-три, а те, вначале растерянные, а затем парализованные ужасом, застыли на скамейке, глядя расширенными глазами на стремительно приближающуюся неизбежность. Конечно же, никто и не думал помешать Йоме, а сама Киоко, тоже шокированная происходящим, была слишком далеко, чтобы хоть что-то предпринять.
Она могла только наблюдать за разворачивающейся драмой.
Однако Йома, размахивая топором и свободной рукой, пробежал мимо, всего в нескольких шагах, понесся куда-то дальше, вопя и сражаясь с иллюзорным, невидимым для остальных врагом, и через несколько метров исчез в густом кустарнике.
Тут как раз появился учитель Тадзира, примчавшийся на вопли, и теперь пытался понять, где раненные или пострадавшие и что это вообще такое было.
- Ай! – крикнула вдруг одна из близняшек, и Киоко, побежав к ней, подумала, что как-то запоздало к ней голос вернулся.
- Ты в порядке? Цела?!
Девочка, все еще глядя круглыми глазами вслед Йоме, равнодушно пожаловалась:
- Меня оса ужалила…
Пока учитель Тадзира доставал из кустов какого-то парнишку и пытался добиться от него членораздельного рассказа, появился учитель Ода, запыхавшийся и тоже перепуганный.
- Что произошло? Где Теодор-кун?
Тут сразу несколько голосов из дверей храма принялись наперебой рассказывать, как бешеный Йома едва не укокошил всех топором. Тадзира начал выяснять, что произошло на террасе, Ода пытался созывать разбежавшихся учеников к себе, и тут из храма, опираясь на трость, вышел гудзи Кояма и тоже стал спрашивать, в какую сторону полетели бомбардировщики.
Однако у Киоко не было времени на то, чтобы пожалеть старика. Пока все в шоке, ей надо найти Тео-куна. Девочка уже начала догадываться, что произошло на самом деле.
«Ужасного Йому» она нашла в доброй сотне метров за пределами территории храма, в кустах, главным образом по неразборчивому бормотанию на неизвестном языке и всхлипыванию.
- Тео-кун, ты тут?
- Да тут я, тут… - затем он снова начал неразборчиво бормотать, судя по интонациям – ругательства.
- Что произошло?!
- Чертовы осы… Я растревожил их гнездо…
Киоко обошла ближайший куст и увидела Тео. Опухшее лицо, полузаплывшие глаза – тот еще видок.
- О, боги, тихий ужас! И зачем ты это сделал?!
- Так я же не знал, что оно там, - запричитал, чуть не плача, Тео. – Ствол-то полый, а внутри – гнездо… осы появились только после того, как я захреначил топором по дереву, или ты думаешь, я сделал бы это, зная о гнезде?!!
- Бедняжка… Больно?
- Да уж не свербит, черти бы побрали этих ос!
Киоко помогла ему подняться и повела обратно к храму.
- А потом что?
- Побежал я, что мне еще оставалось делать? И бежал, пока не отстали…
Девочка вздохнула:
- У меня для тебя не очень хорошая новость. Топор где?
- Да откуда я знаю? Обронил где-то!
- Ты пробежал через весь двор с воплями, и сейчас учителя, надо думать, вытаскивают из кустов тех, кто туда забился при виде тебя, орущего и машущего топором. Я и сама слегка… остолбенела.
- Ой бли-и-и-ин, - простонал Тео-кун.
- Ты что, не видел, куда бежал?
- Когда за тобой будет гнаться рой ос – я спрошу, что ты видела, убегая!
- Да ладно, досадное недоразумение всего лишь. Правда, ты до полусмерти напугал шестьдесят с чем-то человек, но это дело житейское… А тебе надо в больницу, ты весь опухший.
- Ай, - отмахнулся Тео-кун, - у меня в ранце в аптечке все есть. Антигистаминные препараты в таблетках, обезболивающее, для особо тяжелых случаев дифенгидрамин в ампулах и шприцы…
Киоко вздохнула: предстояло объяснение с учителями и учениками, и девочка опасалась, что учителя-то еще поймут, но вот всех остальных убедить, что Йома только лишь спасался от ос, будет непросто.
Прежде всего, чтобы справиться с выродком из картеля, Тирр нуждался в информации. Бить прямо по цели не выйдет, потому что дон Мендес за пятнадцать лет мог сменить десяток адресов, и найти его в Колумбии будет непросто. Сам Тирр на его месте так точно поменял бы место своего базирования, прежде чем начинать охоту на «эль Диабло». Раз так – надо вначале добраться до смуглого и уже у него узнать адресок дона Мендеса, хотя это проще решить, чем сделать: в Вегасе отелей тьма-тьмущая.
Вопрос с поиском недруга маг решил возложить на чужие плечи. Чуть подумав, он набрал номер того самого человека, который предупредил его о доне Луиджи.
- Алло, Джейсон? Это Диренни.
- Неожиданно… Я же просил удалить…
- Я удалил – но запомнил номер. Я сразу перейду к делу. Вы патриот, Джейсон?
Собеседник пару секунд помолчал, затем ответил:
- Учитывая мое военное прошлое и «Пурпурное сердце»[42], полагаю, что патриот.
- Хотите оказать своей стране огромную услугу, вставив палку в колеса наркокартеля?
Вопрос застал Джейсона врасплох, но он быстро оправился от удивления:
- С ними вообще-то шутки плохи. Вам дона Луиджи мало?
- С доном Луиджи я расправлюсь сегодня вечером, но как раз поэтому меня поджимает время, я не умею раздваиваться иначе, кроме как в глазах пьяного собеседника. В общем, слушайте, Джейсон. В городе есть колумбиец Хосе Морено. Его пытались вывести на чистую воду, но ФБР облажалось. А это рыбка крупная. Все, что от вас требуется – выяснить, в каком отеле он остановился. Если у вас есть знакомые в полиции – это будет несложно. После этого я избавлю вашу страну от этого выродка, и не только от него.
- Вы пытаетесь сделать меня соучастником преступления, мистер Диренни?
- Преступления? То есть, поток кокаина, текущий на улицы американских городов, не вызывает у вас отторжения? Все в порядке, да? Ваше ФБР – идиоты, а наркотики идут и идут. Я предлагаю вам помочь в перекрытии одного краника. Это называется самозащита. И если вы патриот – помогите мне сделать услугу вашей стране!
- Похоже, вы сами не из США и у вас весьма темное прошлое, да, мистер Диренни?
- Точно, я тут гость. Мое прошлое – дело мое личное. Просто так вышло, что однажды, пятнадцать лет назад, ко мне попала партия наркотика, о котором я узнал только после того, как похитили мою жену. Я не расскажу вам, на что мне пришлось пойти, чтобы спасти ее и себя, важно, что из той передряги я вышел победителем. И вот теперь картель решил поквитаться. Враг моего врага – мой союзник. Помогите мне. Найдите Хосе Морено, нашего общего врага – все остальное я сделаю сам.
- Я должен поверить, что этот Морено – человек картеля, и что некий фокусник способен противостоять целому картелю?
- А вы думали, я только джекпоты массового поражения запускать умею?
- Так и это тоже ваших рук дело?!
Тирр расхохотался:
- Джейсон, вы же сами в этом бизнесе! Вы думаете, что десятки одноруких бандитов могут выдать джекпот одномоментно?!! А касательно верить – позвоните вашему коллеге из «Замка Цезаря». Это именно он пробил по своим каналам, что Хосе Морено – шишка наркокартеля. Проверяйте.
- Я позвоню ему, - сухо сказал Джейсон, - итак, вы хотите, чтобы я нашел этого человека и слил вам информацию? А если впоследствии окажется, что он не имеет отношения к…
- Тогда вы пойдете в полицию и сдадите меня. Вас устраивает такой вариант? Наконец, я не требую верить мне. Сами пробейте, кто он такой и как его ставили на прослушку дармоеды из ФБР. А потом найдите ублюдка, сообщите мне, удалите все звонки с телефона и будьте поблизости, чтобы насладиться зрелищем обезвреживания сукина сына. В том, что я прошу, нет ничего криминального – все остальное я беру на себя.