Владимир Пекальчук – Три дня в Шадизаре (страница 31)
— Можешь не продолжать. Я уже думал на эту тему. Ей придётся покинуть Шадизар, и боюсь, что навсегда.
— А ты не мог бы поговорить с сатрапом? Ты вроде как теперь фаворит…
— Я — не его фаворит! — вспылил Даркл, — я ничей фаворит! Я сын своего народа и живу по его законам и обычаям! Я с самого раннего детства ценю превыше всего честь, славу и свободу! Я сам себе король и другого короля не признаю!
— Прости, я не имел ввиду ничего обидного. Только хотел сказать, что…
— Я знаю, — уже спокойней ответил Даркл, — я‑то, конечно, могу поговорить с сатрапом и думаю, что в случае успеха он согласится в качестве моей награды простить кое–кому кое–какие грешки… Но Кешиа так или иначе уже засветилась и поэтому ей придётся менять род деятельности. Она — убийца. Ты уверен, что она сможет порвать со своим прошлым? Я — нет.
— Ошибаешься. Она уже пообещала мне. Кешиа в составе своей шайки принимала участь в конфликтах между двумя фракциями контрабандистов, но не более. Теперь в живых осталась только она, и вот пообещала, что навсегда порвёт и со своим прошлым и с любыми видами незаконной деятельности. Кешиа и раньше тяготилась своей профессией, а когда вчера ты не сбросил её с лестницы — восприняла как знак…
— Ну ладно, нечего гадать. Посмотрим, что из этого выйдет. Думаю, всё приближается к развязке: мы уже схватили того, кто меня заказал. Но на всякий случай, пусть она будет готова покинуть город… тайно.
Ксардас хмуро кивнул:
— Что ж, тайно так тайно. Но тогда я тоже покину Шадизар…навсегда.
— Надеюсь, до этого не дойдёт. Ладно, я пошёл, время не ждёт. А ты просмотри книги. Геглаш сказал, это книги для новичков, вот мне и любопытно, что тот тип в них нашёл интересного.
— Удачи тебе.
— Спасибо. Она мне пригодится.
Даркл спустился на первый этаж и присел в кресло подремать. Он успел изрядно устать, а когда у него выпадет пара часов на сон, разве только богам известно. Конечно, очень хотелось побыстрее заняться своим врагом, но пока стража не разузнает хоть что‑то про его делишки, надавить нечем. А раз так — можно урвать часик на сон.
Правда, выспаться не удалось. Разбудили Даркла голоса, он открыл глаза и обнаружил Киру в компании какого‑то незнакомого стражника.
— Вы эдил Даркл? Меня прислал начальник тюрьмы эдил Торин. Боюсь, что ваш, так сказать, арестант…
— Сбежал?! Сбежал?!! — взвыл Даркл, — да этот твой Торин, забери его Нергал, упустил мою единственную ниточку!!! Теперь этого проклятого кхитайца не сыскать!! Ну, за это и убить…
— Прошу прощения, но он сбежал, так сказать…
— Да что так сказать? Твой начальник, так сказать, растяпа, так сказать?!
— Ваш арестант, — упорно продолжал стражник, — сбежал, как вы изволили выразиться, таким способом, что воспрепятствовать было нельзя. Он умер ещё до того, как его довели до темницы, проглотил свой язык и умер. По крайней мере, лекарь так сказал.
— Умер?!! Нергал его забери, лучше бы он сбежал!! Уж с того света его точно не достать… Проклятье! А ведь цель была близка…
— Это ещё не все. Его труп исчез.
Даркл и Кира переглянулись, потом Даркл спросил:
— Так может, он и не умер? Только притворился, а потом…
— Исключено, — ответила Кира, — если узник, подозреваемый в особо тяжком преступлении либо осуждённый, умирает, и врач констатирует смерть, сердце узника положено проткнуть кинжалом, чтобы исключить хитрости вроде снадобий, вызывающих подобие смерти. В этот раз так и было? — повернулась она к стражнику.
— В точности как вы сказали, помощник. Более того, его сердце протыкал я лично. Могу поклясться, он и до этого был мертвее мёртвого, а после того, как и я его… Словом, мертвее может быть разве только гвоздь в двери.
— Но тогда куда делось тело?! Не воскрес же он, в самом деле!
— Того не знаю. Тело отвезли в мертвецкую, оно почти сразу исчезло, и…
— И??
— Тосса, говорящая с тенями, была убита. Вероятно, похитителями трупа. Сейчас она сама в своей мертвецкой, — понурился стражник.
— Жаль, — тихо сказала Кира, — она была неплохим человеком…
Даркл шумно выдохнул и сжал кулаки. Боги и демоны! Удача снова ушла сквозь пальцы!
— Надо что‑то делать, — вслух сказал он, — едем в мертвецкую! Будем искать по горячим следам!
— Бесполезно, — хмуро ответил стражник, — эдил Торин лично осмотрел место преступления и пришёл к выводу, что проникнуть в мертвецкую и похитить тело возможно лишь одним путём: через канализацию. Внутри мертвецкой есть узкая решётка, туда стекает вода, когда в мертвецкой моют. Она была открыта, однако точно не известно, держала ли Тосса её закрытой.
— А как её убили?
— Рукой ударили по горлу спереди…
— Это как? — удивилась Кира.
— Очень просто, — пояснил Даркл, — это весьма действенный приём. Перебивается горло и человек задыхается. И помочь уже никак нельзя. Сразу видно — мой вчерашний ассасин постарался, гад. Значит, канализация, говоришь… А что, это вроде подземных коридоров или как?
Стражник кивнул головой:
— Примерно. Проходы узкие, низкие и воды по колено. В канализацию вода попадает из реки через зарешеченный проход, а вытекает через семь или восемь разных отверстий за пределами города.
— Значит, таким образом можно напасть на Шадизар? Изнутри?
— Нет, почтенный эдил. Все проходы забраны толстыми решётками и у каждой небольшая застава. А вот по самому городу так можно перемещаться. Хотя внутри во многих местах тоже стоят решётки. Сатрап наш весьма предусмотрителен. А решётки приходится время от времени чинить, так как воры их регулярно перепиливают. Кроме наружных, разумеется.
Даркл горестно вздохнул: против неудачи нет никакого приёма или эликсира. Впрочем, он не верил в судьбу, точнее, не признавал её. Его свободолюбивая натура не допускала мысли, что судьба предопределена и человек не властен над своей участью. Бывают, конечно, обстоятельства, но с ними всё‑таки можно бороться, так как обстоятельства есть результат деятельности людей либо окружающей среды.
— Что ж… Свободен, — отпустил он стражника и повернулся к Кире: — поход в тюрьму отменяется. Нам нужен другой план действий. Но какой? Только что всё было почти сделано, и вот мы снова там же, где начинали.
— Предлагаю всем вместе помозговать, — ответила та.
— Так мы сейчас и сделаем. Только подождём, пока Кешиа доварит свою похлёбку, а то что‑то кушать хочется.
День второй. Вечер.
После ужина все собрались в кабинете. Даркл и его соратники понимали, что эта мрачная история, в которую каждый был втянут волей или неволей, приближается к некой критической черте, и только богам известно, что произойдёт после. Так или иначе, время играло против них.
— Ну и что мы имеем? — поинтересовался Геглаш.
— Да ничего, — ответил Ксардас, — это книги. Просто книги. Для начинающих. Все восемь — по некромантии. Множество начальных знаний и некоторые более сложные вещи. А так…
— А это не может быть что‑то сродни тому, что сделал твой учитель? Вроде зашифрованных записей? — предположила Кира.
— Нет. Дело в том, что эти книги не привезены им с собой, а куплены здесь, я даже знаю где именно. Эту книгу, — Ксардас показал на одну из них, — я видел у одного продавца магических пособий. Я как раз искал у него одну книгу, а эту увидел случайно. На обложке большое пятно, как раз на названии, поэтому я запомнил её и сейчас сразу узнал. Готов биться об заклад, что все остальные оттуда же либо из других подобных лавок.
— Ну ладно, — согласился Даркл, — только в таком случае, почему некий маг, вероятно, могущественный, занялся началами некромантии в то же время, как принимал участь в некоем заговоре, вероятно, серьёзном. Он что, время скоротать решил?
Геглаш отрицательно покачал головой:
— Сто против одного, что нет. Ни один здравомыслящий маг не станет изучать несколько дисциплин одновременно. Тем более в зрелом возрасте. Лучше углубить знания в своей области, чем везде вершки хватать.
— Тогда, во имя Крома, Митры и всех остальных богов, кто‑нибудь объяснит мне, зачем ему понадобились книги для начинающих??? Ну должно же быть хоть какое‑то объяснение, против которого никто из вас не будет возражать!
— Оно и есть, — философски заметил Геглаш, — только вот мы его не знаем.
Тут Ксардас сунул руку в карман и достал маленький кусочек папируса:
— Раз уж на то пошло, то в одной из книг было это. Я попытался прочитать, но не смог. Здесь только цифры.
— Дай сюда, — маг нетерпеливо выхватил клочок у своего ученика, осмотрел и заметил: — здесь и правда только цифры. Но этот лоскут был частью чего‑то большего. Может, тайнопись? — и отдал его сидевшей рядом Кешиа. Та мельком глянула на него и передала дальше:
— Что бы это ни было, это не воровской шифр. В воровском вообще цифры не употребляются.
Кира же изучила листок и заметила:
— Папирус отвратительный. Как и чернила, впрочем. Почерк неаккуратный, но его легко разобрать. Вероятно, тот, кто это написал, крайне малограмотный человек. Предположительно, маг, который долго учится, пишет хорошо. Правильно? — обратилась она к Геглашу.
— Абсолютно, — кивнул тот, — я не видел мага с плохим или неряшливым почерком. Неаккуратному человеку вообще трудно стать магом, знаете ли…
Наконец, обрывок попал к Дарклу. Он некоторое время вглядывался в цифры и вдруг поднял голову:
— А ведь я видел этот почерк раньше… И не раз. Но знаете что? Я много путешествовал и видел этот проклятый почерк несколько раз. Неужели этот богомерзкий кхитаец всё время шёл за мною следом?!!