Владимир Пекальчук – Оккупация (страница 32)

— Что происходит?! — выпалил инженер, с виду парень лет двадцати пяти, и осекся, увидев, что я привел свартальва под дулом пистолета.

Тут из комнаты выскочил еще один узник — это оказался Горан собственной персоной.

— Учитель?!! Вы что тут делаете?!!

— Догадайся! Где остальные?! Осталось пять минут с небольшим до взрыва.

— Ну вы даете… Я знаю, где их держат, сюда!

Мы вчетвером побежали по коридору, свернули за угол, потом еще раз — и оказались у настежь открытой двери. Внутри никого не было, видимо, свартальвы выпустили пленников, но сочли, что бежать к второй комнате времени не остается. У меня при этом возникло легкое желание запереть тут свартальва, или сломать ему ногу и оставить, но я быстро его поборол.

— Все, проваливайте поживее! Меньше пяти минут!

— А вы?!

— За меня не волнуйся, я знаю, что делаю. Бегом давайте!

Отпустив пленника вслед за инженерами, я бегом двинулся по обратному маршруту. Осталось, пожалуй, самое трудное: выбраться из здания незаметно, не попавшись в лапы разъяренных свартальвов. План у меня был, но впопыхах да на адреналиновом вихре я его прощелкал.

Но внезапно мне улыбнулась удача. Я услыхал в боковом коридоре резкий звонкий голос и свернул туда.

Голос принадлежал довольно симпатичной представительнице темноухого народа, в богато украшенном форменном камзоле с офицерскими погонами, поверх которого был надет бронежилет, на голове — каска. В руке она держала пистолет и покрикивала на двух своих подчиненных-людей, которые волокли довольно громоздкую и тяжелую конструкцию, судя по всему — серверную стойку с несколькими блоками. Дело продвигалось не очень быстро, потому что стойка оказалась слишком тяжелой, а оба человека-инженера, как назло, не отличались ни ростом, ни силой.

Мысленно я отдал альвке должное: нервы у нее что надо. Оба подчиненных с радостью бы задали стрекача, бросив оборудование, если бы не направленный на них пистолет. До взрыва четыре минуты, но темноухая все равно пытается спасти хоть какой-то элемент нужной свартальвам технологии.

Одна беда — я пригнал сюда набитый взрывчаткой грузовик из прямо противоположных побуждений, а кроме того, у нее есть кое-что, нужное мне.

Я шагнул к ней, она повернулась в мою сторону, но я на этот раз не стал демонстрировать детонатор и терять время. Просто залепил альвке кулаком, в котором сжимал оный, в живот, а когда она согнулась, аккуратно рубанул ладонью правой руки по шее, сразу же подхватил обмякшее тело и аккуратно опустил на пол.

— Что спасать будете? — улыбаюсь я инженерам, — своего начальника или металлолом?

Они, не сговариваясь, уронили стойку на пол и, увидев, что я не собираюсь более им препятствовать, попытались тащить бессознательную девицу, но она, рослая и крепкая, оказалась немногим легче серверной стойки.

— Бронежилет с нее снимите — легче будет, — посоветовал я.

Они немедленно последовали совету и, подстегиваемые моими словами про три минуты, как можно поспешнее поволокли альвку к лестнице. Надеюсь, хотя бы не головой по ступеням ее потащат.

Сам я быстро надел каску и оставленный бронежилет и побежал следом. Мой черный штатский костюм, конечно, не сильно похож на форменный камзол, но теперь еще присмотреться надо, поверх чего у меня броник напялен. На то и был расчет: бронежилет, каска и черный костюм делают меня похожим на «камзола». В панике и неразберихе должно прокатить.

На первом этаже действительно так и произошло: на меня вообще никто не обратил внимания. Я схватил в первом же кабинете какую-то картонную коробку с бумагами и покинул здание в числе последних эвакуировавшихся.

Коробку я нес перед собой и среди хаоса поспешного бегства выглядел точно так же, как и другие «камзолы», пытающиеся вынести из заминированного датацентра хотя бы крохи ценных материалов, более того, ящик прикрывал спереди нижнюю часть моего туловища, не позволяя увидеть, что из-под броника выглядывают полы обычного пиджака.

По дороге я обогнал тех самых двух инженеров, волочащих свою начальницу. Им на помощь поспешил какой-то солдат, и втроем они с легкостью понесли ее прочь. А я спокойно трусил себе рядом с ними: взгляд любого свартальва или ауксилиария сразу же приковывает к себе бессознательная девица, а я, просто «камзол» с ящиком, оказываюсь вне фокуса чьего-либо внимания.

Так и вышло.

Когда за спиной мощно рвануло, я прибавил шагу и благополучно смешался с толпой. Оглянулся и увидел, как здание датацентра оседает в клубах дыма и пыли. Готово.

Дело сделано с мастерством хирурга: я лишил свартальвов основного мотива находиться в Гиате, спас Горана и его коллегу и при этом вроде бы даже никого из оккупантов не лишил жизни. Дерзость, хитрость, отвага и расчет. Да, мне есть чем гордиться, и мои собственные учителя тоже мною бы гордились…

…А теперь осталось унести ноги и где-то залечь на дно.

Из толпы захватчиков я тоже выбрался без проблем, благодаря все тому же ящику, каске и бронику. На почтительном расстоянии собрались толпы потрясенных горожан, я сразу же двинулся к ним. Меня приняли за «камзола», расступились, в этот момент я оглянулся, убедился, что на меня не смотрят свартальвы и их прихвостни, сбросил с головы каску, уронил ящик, стащил с себя бронежилет и быстрым шагом двинулся сквозь толпу.

Мне показалось, что она как-то очень поспешно сомкнулась за мной, как только люди увидели, что под бронежилетом на самом деле скрывался не «камзол». Меня лишь молча проводили одобрительными взглядами: да, горожане вряд ли понимают, зачем именно был взорван датацентр, но если вначале его заняли захватчики, а потом взорвал какой-то тип в пиджаке — значит, так было надо.

Ушел.

Осталось теперь выбраться из города, и это будет задача посложнее: очень скоро свартальвы объявят меня в розыск. Трендюли, розданные мною охране — моя визитная карточка, враг почти наверняка уже знает, что террорист — не кто иной, как мастер Куроно, а если не знает — поймет в течение ближайших минут.

Здесь вскрылся мой первый серьезный просчет: я не знаю, что делать дальше. Домой уже нельзя, там точно будет ждать засада, у меня нет ни укрытия, ни явочной квартиры, ни связного — ничего. Просто потому, что я не заглядывал так далеко в будущее.

…Проклятье. Мои рыбки в пруду без кормежки долго не протянут.

Я прошел пару кварталов и добрался до ближайшего супермаркета. Тут я передохну, посижу за чашкой кофе, или лучше за тарелкой супа, обдумаю, что делать дальше. Заодно и новой одеждой разживусь.

Сказано — сделано. Десять минут спустя я уже обедал лапшой со специями, благо, даже в очереди стоять не пришлось, хотя в самом супермаркете царил необычайный ажиотаж. Точнее, даже не во всем супермаркете, а в продуктовых отделах.

Мне это показалось вполне закономерным: только что в городе, где ночами постреливали, средь бела дня взорвали здание. Горожане готовятся к худшему сценарию, будь то дальнейшие партизанские действия или открытое вторжение аквилонских войск, запастись продуктами в такой ситуации — очень мудрое решение.

Однако что мне-то дальше делать? Я не могу выйти на связь ни с кем из тех, кого знаю, чтобы не подставить под удар, я не могу пойти домой, я не могу явиться никуда, не рискуя попасть в засаду или навести ищеек на ту или иную точку. Так что выбираться из города придется своими силами.

Поев, я решил разобраться с той проблемой, с которой могу разобраться прямо сейчас. Подошел к телефону-автомату, покопался в памяти и выудил оттуда домашний телефон одного из своих учеников самой младшей группы.

Мне ответила его мама.

— Алло?

— Здравствуйте, госпожа Байринг! Это учитель Куроно.

— А, это вы! Здравствуйте!

— Госпожа Байринг, тут так сложились обстоятельства, что мне необходимо уехать из города, и до конца оккупации я точно не вернусь. У меня в кладовой лежит куча провианта — мне он уже не нужен, поэтому вы можете забрать это добро себе. — Она попыталась отнекиваться, но я пресек это на корню: — да что вы несете, в конце концов! Завязывайте с этими псевдоприличиями, не время сейчас! Мы в оккупации, у вас четверо детей, и еще неизвестно, что дальше будет! Лучше вы съешьте, чем продукты просто испортятся. Правда, в дом зайти через дверь не получится, но ваш младшенький спокойно залезет в окно и откроет дверь… Да не ахайте вы! Нет у меня возможности вам ключ передать! Так вот. Одна просьба. Пусть Мартин приходит по возможности кормить моих рыбок в пруду. Они едят все, включая заплесневевший хлеб, а если Мартин им червей накопает — будет вообще замечательно. А насчет дома и продуктов не переживайте, тут главное оккупацию пережить…

Так, минус одна проблема. О рыбках Мартин позаботится, ему и раньше нравилось кормить их кусочками печенья, еще когда он ходил ко мне на тренировки.

А теперь мне надо позаботиться о себе.

Но когда я подошел к лестнице, чтобы спуститься на первый этаж супермаркета в отдел одежды, паника и шум усилились. Мне с лестницы хорошо было видно, как через главный вход в здание ввалилась группа солдат в черных камзолах, касках с опущенными забралами и автоматами наперевес.

А, чтоб им! Неужто по мою душу? Только как?!! Разговор с госпожой Байринг произошел шестьдесят секунд назад, назвался я в начале разговора — пусть две минуты. Солдаты могли оказаться тут так быстро только при двух условиях: во-первых, госпожу Байринг прослушивали нонстопом и сразу услышали, как я назвался, во-вторых, отряд солдат должен был находиться прямо возле супермаркета. Иначе их прямо-таки магическое появление не объяснить.