Владимир Мясоедов – Учитель шарлатанов (страница 7)

– Было бы неплохо, – ляпнул кто-то. Увы, вычислить кто, не удалось, оратор явно пользовался неким волшебным аналогом чревовещания, а я не настолько крутой специалист, чтобы засечь не слишком сильное заклятие в помещении, буквально опутанном паутиной чар и набитом далеко не самыми слабыми магами.

– Угу, вот инквизиция обрадуется! – язвительно поддакнула дочка алхимика. Стерва она все-таки, хоть общались мы и мало, но впечатление от данной особы уже успело сложиться. Капризная, избалованная, но при этом очень и очень сильная ведьма, вполне способная позволить себе маленькие слабости и похороны тех, кому они не понравятся. В Академии вела целительство тела, отделяемое здесь от духовного, возглавляла местную больницу, зелья и припарки в которую поставлял ее отец, и сама не брезговала взяться за особо пострадавших в ходе учебы студентов, с легкостью заменяя собой бригаду реаниматологов. – И придет на выпускной бал полным составом, вместе с караваном повозок, груженных высококачественными дровами для костров.

– Значит, в новой учебной программе надо сделать упор на боевую магию, в частности на чары массового поражения, методы борьбы с защищенными силой богов противниками и умение скрываться от поисковых заклинаний, – продолжил все тот же голос. – Все просто!

– О навыках прятать трупы забыли, – вздохнул я, понимая, что меня провоцируют на необдуманный поступок. И, пожалуй, действительно придется его совершить, напомнив колдунам, кто тут главный. Ну, или, по крайней мере, самый большой и страшный. – Найдите-ка мне оратора, готового пойти на столь серьезную модернизацию процесса получения знаний. А то назначу его произвольным порядком. Разика эдак три-четыре.

Тотчас же смелый рационализатор был найден. И я его даже узнал, поскольку данный тип тоже входит в ковен магов. Во всяком случае, номинально. Радостно улыбающийся блаженной улыбкой идиота, любящего весь мир вообще и тех людей, кто сейчас его окружает, в частности, чародей являлся хранителем запретного архива ковена, где были собраны самые опасные из знаний и предметов, имеющихся в распоряжении колдунов Азалии. Фактически он работал его живым ключом, а потому мог не беспокоиться за свою жизнь, ведь если с ним что-нибудь случится, последствия будут крайне серьезными: все содержимое этих подвалов под Академией магии пропадет безвозвратно. Система их защиты сохранилась еще со времен древних магов, превосходящих своих нынешних коллег, и уже тогда могла считаться одной из самых совершенных в мире.

– А с вами мы поговорим позже и отдельно, – посулил я блаженному. – Проведете меня по вашим владениям, опись имущества покажете, с достопримечательностями познакомите. А пока думайте, что же такое мне будет лучше показать, и больше в разговор не встревайте. Так, ладно, вернемся к нашим дипломированным еретикам, то есть, тьфу ты, студентам. Может быть, вообще отменим для них теологию? Как говорил один неизвестный в местных краях классик: «Религия есть опиум народа».

– Лучше бы не надо, – покачал головой Мран. – Наши выпускники, увы, и так страдают несколько завышенной самооценкой и презрением по отношению к тем, кто дара лишен, и представителям церкви, традиционно заботящимся об общественном спокойствии и положении низших слоев общества. Небольшое вразумление от служителя, в общем-то, мирного бога, способного обломать крутой нрав и необоснованные амбиции подавляющего количества боевых магов, идет им только на пользу, равно как и знание культов, царящих в тех или иных местах и во многом определяющих характер и нравы их прихожан.

– Значит, вернемся к нашим дипломированным еретикам и способам их подготовки, – тьфу, вот же прицепилось…

– Не! Поз! Во! Лю! – Дверь вынесло что-то большое, страшное и пылающее святым гневом. В него врезалось десятка полтора машинально запущенных магами заклинаний, но они разбились вдребезги об ореол божественной силы, окружавшей вторженца несокрушимой защитой. Кто-то из присутствующих заорал: «Атас! Инквизиция!» – не иначе по старой памяти – и сиганул в окно, расположенное, между прочим, от него в десяти метрах. Ну, надеюсь, летать он умеет, этаж все-таки не первый, а в преподавательском составе и так наблюдается изрядное число вакансий. Хотя одна из них, судя по всему, закрылась всерьез и надолго. – Слышите вы, отродья скверны, я не позволю вам окончательно совратить души учеников сей Академии ко тьме, чего бы мне это ни стоило!

– Доброе утро, – поприветствовал я штатного жреца учебного заведения, отданного королем на растерзание своему бывшему придворному магу. Хорошо все-таки иметь связь с высшими силами, проблемы еще фактически не случилось, но в известность о ней уже поставили. Только, кажется, данный конкретный экземпляр клирика не дослушал ту информацию, которую до него донесли, или же просто неправильно ее понял. А может быть, он лишен даже зачатков чувства юмора и принял неудавшуюся шутку за чистую монету. – Очень рад, что вы все-таки соизволили прийти на это заседание. Какая неприятность смогла вас задержать?

– Ага, и почему она с тебя штаны стянула? – ляпнул то, что думал, вернее, видел, местный дурачок. Впрочем, данный вопрос, по-видимому, интересовал всех находящихся здесь чародеев и попавшихся на пути эксцентричному преподавателю студентов. Все же не каждый день они наблюдают служителей церкви, да еще, кажется, более чем заслуженных, бегающими по их альма-матер лишь в трусах и кожаной жилетке на босу грудь. Даже обуви на разбушевавшемся жреце не имелось. – Ты чего, правда помер и к нам из склепа бежал, одевшись в первое, что под руку попалось?

А может быть, и не одну вакансию закрою. Интересно, после воскрешения из мертвых жрец светлого бога – а Ремес Торговец все же к ним относится, несмотря на, в общем-то, нейтральное отношение к темным, – может преподавать некромантию? Желательно за ту же зарплату. Академия, увы, на полном государственном обеспечении не находится. Выделяемые от щедрот королевства средства покрывают лишь четверть ее бюджета, а остальное вносят в качестве платы за обучение студенты всех рас, полов и возрастов, накопившие денег на отнюдь не дешевое высшее образование. Деньгами, знаниями или артефактами, их тут свободно конвертируют в валюту, причем по вполне приемлемым ценам, иначе бы ничего сюда и не несли. Образующийся излишек Директор, чье место я теперь занимаю, раньше складывал себе в карман. Кстати, интересно, где он? Уж не в закрытых ли архивах? За две сотни лет этот далеко не самый добрый менталист мог скопить очень и очень приличное состояние, сравнимое с сокровищницей дракона или короля. Только не нашего. У Эклирлиаша Дэриела II после связанного с беспорядками воцарения и с трудом сведенной к ничьей войны, приведшей к территориальным потерям, казна пуста практически абсолютно. Хм, может, он придворного мага сократил, чтобы крайне высокое жалованье не платить?

– Я с вами, паразитами, скоро обессмертюсь окончательно, – буквально прорыдал жрец, бессильно падая на ближайшее к нему кресло, пачкая его, а также стол и пол кровью. Как оказалось, заклинания все же достигли своей цели, и теперь священник рисковал в ближайшее время отправиться на доклад к своему патрону, если ему немедленно не окажут помощь. В груди засели две ледяных стрелы и какая-то их хитиновая, судя по виду, товарка, плечи покрылись обугленными ожогами, а простреленная непонятно чем правая коленка теперь сгибалась в обратную сторону. А еще он очень крупный человек, ниже меня, но ненамного. Имеет в предках великанов, троллей, выходцев из соседнего измерения или еще кого-нибудь, превышающего по размерам местную разновидность людей. – Какой тут умереть? Вы в баню, в баню мне можете дать спокойно сходить, твари богомерзкие? У меня же радикулит, его греть надо! А еще остеохондроз! Ишемия! Гипертония! Недержание! Импотенция! Маразм!!!

«Да уж, с таким набором болячек вечная жизнь и вправду может казаться тем еще геморроем», – понял я, слушая стенания служителя культа.

Кстати, пришедшее на ум заболевание, как оказалось, у него тоже имелось. Как и еще десятка три знакомых возрастных болячек, вместе с полудюжиной тех, чье название я впервые в жизни слышал. Наверное, проявляются они лишь у тех, кому за триста, и потому на Земле о них ни малейшего понятия не имеют.

– Никого на мое место искать не нужно, – сказал наконец жрец, отгоняя главную целительницу Академии, уже, впрочем, успевшую закрыть три четверти его ран, а остальные довести до состояния неопасных порезов. – Сам преемника найду, научу и подготовлю. Не знаю пока, где его взять и как быстро получится натаскать до нужного уровня, но вам, упырям, такое ответственное дело не доверю, хоть вы тут ядом обплюйтесь всем кагалом!

– Кстати, о вампирах, – вспомнил я, наведенный на мысль словами жреца. Между прочим, его стиль общения с волшебниками объясняет, почему большинство чародеев Азалии в таких напряженных отношениях с церковью. Если он так и с учениками разговаривает, то непонятно, почему вместо поклонения Ремесу Торговцу они еще не учредили в своей родной стране какой-нибудь демонический культ, с куда более вменяемыми слугами нового верховного божества. – Кто-нибудь из здесь присутствующих с ними уже работал? А то тройку кровососов, которые со мной прибыли, надо бы поднатаскать до уровня, позволяющего признать их высшими. Да, еще нужны добровольцы для их кормления. Как думаете, пяти серебряных монет за сеанс кровопускания хватит?