Владимир Мясоедов – Спасти темного властелина (страница 36)

– Я научусь и отомщу, – пообещала Селена то ли себе, то ли своему собеседнику. Который в ее личном списке тех, кого надо уничтожить, занял одно из первых мест. Пускай и с отсрочкой приговора.

Впрочем, тот, кажется, уловил ее мысли, потому что улыбнулся еще шире, чем раньше, и подошел поближе:

– Прошу внести небольшой пунктик в наш договор, который никогда не будет написан на бумаге. Все разборки и вся месть за мое слишком наглое поведение лишь через сто лет. Полагаю, этого срока нам хватит, чтобы выполнить задуманные планы и трезво оценить друг друга. По достоинству, а не впопыхах при мимолетных встречах. И не бойся, от старости не подохну. Видишь ли, я уже бессмертен. Почти как упомянутый тобою Шаризед, только лучше.

– Даже если ему снести башку, эта тварь возродится в новой оболочке, – передернулась от неприятных воспоминаний леди Селена. – Не знаю, что ты задумал, но уверена, тебя скоро убьют. Не я, так другие. Гоблины, они вообще не живут долго.

– Открою тебе маленький секрет, – привстав на цыпочки, прошептал в ее ухо гоблин. – Эта мелкая зеленая тушка у меня не первая. И когда пройдет век и ты пойдешь меня убивать, то, скорее всего, встретишь уже чего-нибудь поприличнее. И да, не надо глупых стрел в спину или яда в стакан. Все равно не поможет, вспомни хотя бы тот попавший в цель отравленный кинжал. Сражайся так, словно против тебя один из бессмертных предводителей Огненной Орды. Бей, в первую очередь, не по жалкому мясу, а по бессмертному духу. Видишь, как я с тобой откровенен?

– Проклятье. Убедил, – Селена содрогнулась, осознав, что она находится наедине с существом куда более жутким и опасным, чем все гоблины Арсарота вместе взятые. – Кстати, вы с Шаризедом случайно не родственники? Или просто работали вместе? А то так похожи, особенно этим треклятым креслом…

– Плохие ассоциации? – сочувственно спросил гоблин. – Извини, знал бы, приготовил бы что-то другое. Мне главное, чтобы это устройство поддерживало внутри хижины искажение магии. И не давало тебе дергаться в процессе операции. Откуда-то уцелевшим эльфам Светлолесья известно, что возможность чувствовать боль ты сохранила в полном объеме.

– Почти в таком же кресле, только полностью металлическом, остановилось мое сердце, – Селена почти не услышала его слов, захваченная всплывшими из глубин разума воспоминаниями. – Это было на шестой или седьмой месяц моего плена, когда Сартар уже не мог ничего выжать из живой пленницы, поскольку никто не вынесет столько боли. Меня и раньше сажали в него, чтобы взбодрить и привести в себя маленькими молниями, но всегда вынимали раньше, чем плоть начинала обугливаться. А в тот раз оставили медленно запекаться в оковах железа.

– Электрический стул?! – гоблин неверяще уставился на эльфийку и забегал из стороны в сторону по хижине. – Ай-яй-яй! Как плохо-то! А может, это все-таки совпадение, а?! Это ведь что-то хорошее создать трудно, а уж всякую дрянь человеческий разум изобретать горазд! Мог ведь этот урод, по собственному извращенному желанию, сделать аналог устройства, о котором в этом мире и знать-то не полагается, как считаешь? Мне кажется, вполне.

– Не знаю, о чем ты говоришь, – поморщилась Селена. – Но умирать в том проклятом железном кресле было жутко. И долго. Мне казалось, мои мольбы могли растопить камень… но не сердца палачей. Шаризед еще все приговаривал, что даже в его любимом Техасе, где знают толк в поджаривании преступников, могли бы у него поучиться. Я потом долго искала на картах город или даже село с таким названием, чтобы под предлогом усмирения бунтовщиков сровнять его с землей. Но так ничего и не обнаружила. Вообще, о юности одного из самых молодых и талантливых архимагов Лиморана почти ничего не известно.

– Пиндос! – гоблин схватился за голову. – Черт! Но как?! Он же говорил… А если не он, то кто? Сам? Сомнительно.

– Ты что-то знаешь о Шаризеде? – утвердительно спросила леди Селена. – Говори! Его смерти я жду чуть ли не больше, чем возможности оторвать голову Сартару!

– Не уверен, но кажется, он может быть куда более опасен, чем ты думаешь, – медленно проговорил Тимон. – Чем все думают. Техас, казнь на электрическом стуле… Нет, таких совпадений не бывает. Селена, обещай, что ты поможешь поймать и допросить Шаризеда. Это очень важно, очень! Ну, пожалуйста! Я обещаю больше никогда не называть тебя Сиськами! И вообще буду себя хорошо вести! По крайней мере, постараюсь.

– Да щас! Мне, может, наоборот понравилось! – сейчас эльфийка могла бы поспорить и с тем, что снег холодный. Из чисто женских побуждений и непонятного чувства эйфории, возникшего у нее, когда этот мелкий зеленый вредитель принялся унижаться перед ней. – Что такое важное может знать главный лич? Тайны своей грязной магии? Пусть сгинут вместе с ним!

– Боюсь, он не из этого мира, – глухо проговорил гоблин. – Как и я. И если он откроет врата в Арсарот своим сородичам… Не уверен в том, что Огненная Орда успеет отсюда сбежать. Подробностей не скажу, но просто поверь, по сравнению с ними армии нежити покажутся вам мелкой неприятностью вроде попавшего в обувь камешка.

– Как и ты… – задумчиво произнесла Селена. – Так, может, мне тебя поймать и допросить? А то призовешь еще этого своего Ильича. И ладно еще если он сожрет Сартара и Сакромонда, но вдруг он ими не наестся?

– Не советую, – грустно улыбнулся гоблин. – Мне некого звать… И призывать… Видишь ли, свою борьбу с сородичами Шаризеда мы проиграли. Но если я когда-нибудь смогу вернуться домой, обещаю сводить тебя к гробнице этого великого вождя, где лежит его нетленное тело.

– Ладно, – нерешительно сказала Селена. – Договорились.

– Отлично.

Гоблин достал из сундука шкатулку и открыл ее:

– Вот артефакты накопительного типа. Запас их энергии будешь восполнять либо сама, либо регулярно посещай один из природных источников магической силы. Залегендируй это, например, борьбой с эльфами. Они все равно к тем, которые расположены на окраинах Светлолесья, рейды совершают, чтобы хоть частично от Увядания спастись. Вот, небольшой болтик для языка. С ним ты будешь чувствовать вкус. Еще более миниатюрная палочка зачарованного золота в ноздрю, для запахов. Три кольца, способных на некоторое время удержать вокруг тебя искажение магии, если шлем собьют. Надеваются на соски и то место, которое ты мне опять бесстыдно демонстрируешь.

– Мне, между прочим, еще и всякие разные нехорошие вещи были обещаны, – усмехнулась леди Селена, покраснев. И подивилась про себя качеству насланной на нее иллюзии. Чувствовалась рука настоящего мастера. Учитывая же, что кроме нее и гоблина вокруг никого не было… Коротышка мог придуриваться и вести себя как ему угодно, но он явно был невероятно опасен. Возможно, действительно в той же степени, что и верховный лич. В конце концов, он же скинул с нее путы рабства и дал ей убедительное подобие нормальной жизни. А до того никто из населявших Арсарот чародеев подобное вроде бы совершить и не пытался. – Или брезгуешь?

– Сначала обед, а сладкое потом, – усмехнулся гоблин. – Продолжим об артефактах. Бусинки. Вшиваются под кожу и отвечают за осязание на участке примерно в квадратный метр. К каждой прицеплена бирочка с указанием, для какого она места. Смотри, не перепутай! Так… Ну, эту пластинку тебе под сердце, отвечает за эмоции. В папке, лежащей за креслом, документация на амулеты. Захочешь даровать независимость и комфортное существование еще кому из нежити, найдешь способ это сделать. Ну и для себя, если чего-нибудь сломается, заменишь.

– Ты многое предусмотрел, – взглянула на него с некоторым уважением Селена. – А…

– Планы местности с обозначениями районов, от которых мы просим держать нежить подальше, тоже там, – перебил ее гоблин. – А также закупочные цены на некоторые вещи, которые можно найти в руинах эльфийских городов. Уж с тем, чтобы конвертировать золото в нечто полезное, даже у тебя проблем не возникнет. Те же некроманты его очень любят. Следующая наша встреча будет по результатам твоей работы. На этом все, позволь откланяться, леди. Ах да, леди, хочешь всяких разных нехороших вещей, нажми на узорчатую завитушку, расположенную в центре левого подлокотника.

– Ты не сможешь отсюда уйти: хижина окружена призраками, и еще должны действовать руны, препятствующие телепортации, – предупредила Селена.

Ее рука будто против воли своей хозяйки изо всей силы вдавила нужную деталь в недра артефакта. Бывшая глава рейнджеров растерянно уставилась на предательскую конечность и пропустила момент, когда еще можно было удрать. Расстегнутые крепления захлопнулись сами собой и прижали эльфийку к креслу. Селена ощутила, как снизу в нее начинает медленно вторгаться что-то холодное, шершавое и большое. Учитывая же, что одеться она так и не успела…

– Стой! Что это? Как остановить?!

– У меня свои пути, отличающиеся от общедоступных. Что же до устройства, работу которого ты сейчас ощущаешь на себе, так одна талантливая гномка-изобретательница назвала эту штуковину «Заменителем»[18], – гоблин хихикнул, и его фигуру вдруг начало окутывать темное пламя. – Что именно он заменяет, ты, думаю, уже поняла. И да, кнопки выключения здесь нет. Жди, пока кончится энергия. Хотел было сделать тебе пирсинг, но, пожалуй, лучше оставлю вас наедине.