Владимир Мясоедов – Сибирский вояж (страница 20)

— Не понимаю… — Доброслава выглядела обескураженной. Разговор между Олегом и Бессмертным она не слышала, находясь в своей волшебной тюрьме, а потому их сотрудничество стало для девушки шоком. Морально оборотень уже готовилась к той судьбе, которую всеми силами старалась избежать, а именно стать заготовкой для очередного ходячего трупа. Пусть даже и с некоторой претензией на элитарность получившегося кадавра. — Почему это существо решило договариваться не со мной, чтящей Владыку, а с тобой?! Ты же русский боевой маг! Тот самый враг, от которого и должны защищать город немертвые! Наследник тех, кто сверг царя в железной короне и разрушил нашу страну!

— Все просто. Он расист. Не забывай — мутация, препятствующая появлению совместного потомства с нелюдями или слишком сильно изменившими себя чародеями, отнюдь не просто так называется кровью гипербореев. — Олег даже жене про свое истинное происхождение пока еще не рассказал. Может, потом, после рождения их ребенка… А может, и нет. В конце концов, она случайно не разболтает того, чего просто не знает. Малознакомой же язычнице он свою самую страшную тайну и вовсе бы раскрыл исключительно под страхом отгрызания головы или чего-нибудь другого, но тоже жизненно важного. — А еще я к древнерусским витязям или князьям, участвовавшим в удачном покушении на Кащея, имею даже меньшее отношение, чем ты — к жителям этого города. Вы-то варились в собственном соку, даже за свежей кровью предпочитая ходить в Китай, Монголию или Корею, а у нас за это время жизнь так бурлила… Хм, как думаешь, эти комнаты предназначены для нас?

— Не знаю, — пожала плечами Доброслава, — но, похоже, это единственные открытые двери на этаже.

— И они большие. Видимо, номер люкс. — После того как Бессмертный отпустил своих новых сотрудников отдохнуть, они то ли поднялись, то ли опустились на абсолютно беззвучном лифте. И принялись исследовать совсем другой ярус дворца. Тут не было мумий, торчащих на виду серебряных энерговодов и окон. Тут вообще ничего не было, только идеально чистые коридоры с мозаичной плиткой на полу, пересекающиеся под прямыми углами. И двери. Огромное множество дверей, над каждой из которых была надпись, если верить Доброславе, являющаяся лишь номером. Цифры у гиперборейцев тоже оказались собственные, чем-то напоминающие римские. Чем выше значение, тем жирнее и крупнее его символ. Вот только из сотен покоев доступ имелся лишь в одни. Те, что размерами входа превышали трое других, вместе взятых, и находились под едва заметной тонкой закорючкой, скорее всего обозначающей цифру «один». — Интересно, нас посчитали достойными вип-номера или в других тутошние обитатели пыль не вытирают, поскольку простых гостей у них нет, а непростых следует сразу сюда заселять под бдительное око распиханных по стенам магических глаз?

Внутри номер оказался ожидаемо большим и роскошным. А еще совершенно непонятным. Особенно для Доброславы. Стоящие тут и там предметы в большинстве своем ничуть не походили на привычную ей мебель. Да и Олег, разглядывая фонящие силой артефакты, несколько растерялся. Выгнутые блестящие панели, развешанные по стенам, какие-то граненые столбики, висящее в воздухе ажурное нечто, больше всего напоминающее клубок хрустальных ниток, с которым в невесомости игралась бы стая котят. Понятно было, что перед ним бытовая техника в магическом исполнении. Но пользоваться-то ей как?! В его родном мире даже если надписи оказывались на китайском, то по крайней мере имелись схематичные рисунки. Ну или можно было покрутить регуляторы наудачу и понравившиеся кнопки понажимать. Рано или поздно методом научного тыка приручался любой аппарат. Увы, в отношении их волшебных аналогов действовать столь же решительно было слегка страшновато. Вдруг взорвутся или руку оттяпают? Энергии в них на такое точно хватит. Лишь очень внимательно изучив конструкции магическим зрением, Олег обнаружил нечто вроде едва заметно мерцающих точек, не содержащих в себе ни грана материи. Скорее всего, предполагалось, что обитатели такого номера по умолчанию способны пользоваться подобными устройствами, требующими довольно развитого магического восприятия. И даже их слуги, видимо, обязаны были иметь весьма высокий уровень способностей в соответствии с мерками древних гиперборейцев, на которых старался ориентировать свою державу Кащей.

Олег осторожно тронул энергетическим щупом одну из этих «клавиш», расположенную на нижней части стоящей у стены пластины. И едва успел отскочить в сторону, когда воздух сформировался в… диван. Самый обычный диван, только сделанный из чистого волшебства и больше напоминающий своим цветом и клубящимися формами маленькое белоснежное облачко. Несмотря на всю свою авангардность, мебель оказалась довольно удобной. Боевой маг обязательно бы на ней повалялся всласть, если бы интерес не толкнул его изучить следующие артефакты.

Номером два стал почти обычный холодильник, основанный на технологиях свертки пространства. Со стороны он казался прикрепленной на стене доской, в которую, однако, можно было засунуть руку по локоть. И внутри даже имелись продукты. Хлеб, мясо, фрукты, кастрюля с супом, какое-то пирожное… Надкусанное, но все еще не засохшее, несмотря на то, что гости у Бессмертного явно бывали даже не каждое десятилетие. То ли пищевые добавки гиперборейцев обладали феноменальными свойствами, делающими всю еду в принципе недоступной для микробов, то ли кухонная утварь существовала не только вне пространства, но и вне времени.

Третьей изучения удостоилась висящая на стене выпуклая пластина. По виду она была сделана из полированной темной бронзы и напоминала то ли чересчур большой щит, то ли слишком маленькую крышку от цистерны. Однако ее расположение навело чародея на мысль о домашних кинотеатрах, распространенных в его родном мире. На такую штуку было бы удобно смотреть с пола. Или с кровати… Если предположить, что те стоящие у дальней стены авангардные конструкции способны трансформироваться в более-менее приспособленное под человека ложе.

Изображение не возникло на бронзовой пластине. Вместо этого из нее ударили лучи света, сформировавшие на высоком потолке весьма детальную картинку. Вот только не слишком примечательную. Несколько дюжин каких-то стилизованных цветков, под каждым из которых красовалась длинная подпись гиперборейским шрифтом.

— Сражение при Ирките. Казнь Амбидала. Прогулка по Мемфису. Наказание илотов. — Доброслава без подсказок догадалась начать озвучивать текст, скорее всего являющийся названиями фильмов. Слишком сильно уж походил этот артефакт на обычный видеопроигрыватель. — Великая оргия у храма Иштар. Жертвоприношение первого сына Арвиния Гордого на Карфагенском алтаре Ваала. Битва при Каннах. Исход евреев из Египта…

— Что ж, оценим древние блокбастеры… — Олег осторожными манипуляциями с другими сенсорами добился того, чтобы иллюзия начала показывать то самое сражение при Ирките. Все остальное он или более-менее себе представлял или банально не желал сейчас видеть. Сцены жертвоприношений или казней, по его личному мнению, были глубоко омерзительны, а порно с участием жриц то ли шумерской, то ли египетской богини следовало смотреть вместе с женой. — М-да, я ожидал лучшего качества. Впрочем, это же не постановка, а явная документальная хроника…

Нет, изображение-то после его манипуляций появилось. Да еще и со звуком, который шел вообще непонятно откуда. Вот только зрелищность у иллюзии оказалась не ахти. Снимали откуда-то с высоты, камера тряслась и дергалась, а еще в поле зрения периодически попадал пернатый бок твари, на спине которой и засел оператор. В общем, по сравнению с идущими в кинотеатрах родного измерения лентами — так себе экранка. Периодически, правда, владелец записывающего артефакта наводил фокус на то или иное место, приближая его и получая неплохую четкость, однако положение это спасало не сильно. Сотни, а то и тысячи мелких человеческих фигурок, различающихся одеждой и вооружением, вовсю дрались на поле брани рядом с какой-то речкой. Орда почти голых оборванцев в пыльных тряпках и со странными мечами, напоминающими вопросительный знак, наседала на выстроившуюся правильным квадратом линию бойцов с большими щитами и копьями, что упорно сдерживали натиск превосходящих сил противника. По реалистичности, с которой иллюзия при максимальном увеличении обрисовывала вываливавшиеся из распоротых животов кишки, сразу становилось ясно: не монтаж. Уж в этом боевой маг со специализацией целителя, видевший немало распотрошенных трупов в реальной жизни, был готов поклясться. В выстроившихся «черепахой» бойцах Олег после легких колебаний все же опознал римлян — по вздымающейся из центра построения палке с золоченым орлом. Этим солдатам было далеко до облаченных в кольчуги образцовых легионеров с короткими гладиусами и ровными прямоугольными щитами, но, видимо, запись просто показывала не самую лучшую часть давно исчезнувшей империи. Или же очень раннюю, когда соответствующие стандарты качества еще не были выработаны предками современных итальянцев.

В правильный строй бойцов принялись врезаться один за другим огненные шары, разламывающие их построение и позволяющие оборванцам миновать колышущуюся стену копий и навязать римлянам рукопашную. Не замеченные поначалу фигуры в накидках из шкур были относительно немногочисленны, их всего-то виднелось восемь или девять. Но это были опытные боевые маги, которые вполне могли заменить собой легкое полевое орудие. Первые ряды легионеров полегли практически полностью, и в дело вступили солдаты второго эшелона, оказавшиеся уже значительно ближе к тому, что Олег видел в учебниках истории. Во всяком случае, более-менее однообразное обмундирование у них имелось, равно как и прикрывающие головы каски, и короткие мечи, удобные для резни в толчее. Они смогли сдержать натиск численно превосходящего врага, не допустив окончательного развала строя, и продержались достаточно долго, чтобы в дело вступили чародеи Вечного города. Заснять их оператор так и не сумел, но они точно были на поле боя, ведь результаты их работы оказались прекрасно видны даже с огромной высоты.