Владимир Мясоедов – Дружественные интриги (страница 47)

Говорил на русском языке владелец торгового дома с заметным акцентом, но довольно бегло, а вот обликом своим смахивал скорее на какого-то османского вельможу. Пухленький, смугленький, пахнущий какими-то благовониями и с таким количеством всевозможных украшениях на шее, пальцах, запястьях и ушах, что если бы их содрать, то хватило бы наполнить ещё парочку витрин в этом магазине.

— Недурно-недурно, — покивал Олег этому явному представителю всемирноизвестного народа, славящегося своей деловой хваткой, изучая как товары, так и ценники. Насчет художественной ценности первых он сказать мог не многое, ему катушку с золотым проводом казалась примерно столь же красивой, как и какая-нибудь цепочка, но вот вторые впечатляли.Количеством нулей. И хотя какое-то зачарование на этих вещицах присутствовало, но чародею оно вовсе не казалось сильным. Ранг второй, ну максимум третий…Он от одного из лучших магазинов Парижа как-то подсознательно ожидал большего…Или все же немного зажрался, привыкнув грабить сокровищницы высших магов и хранилища древних цивилизаций? — Анжела, тебе нравится что-нибудь? Доброслава?

— Хм…Ну симпатично конечно, но вряд ли все это останется целым, когда я меняю форму. Золото — мягкий металл, а тут во всех украшениях одно лишь чистое золото, никакими присадками даже и близко не пахнет. — Кащенитка-изгнанница в прямом смысле слова обнюхивала одну витрину за другой под безукоризненно вежливые улыбки продавцов, вероятно привыкших к самым разнообразным закидонам со стороны клиентов. Все-таки это заведение, как и весь центр Парижа, предназначалось для могущественных одаренных, а представителям этой группы было свойственно иметь те или иные психические отклонения. Во всяком случае, в своем собственном душевном здравии Олег достаточно обоснованно сомневался. — Есть что-нибудь способное растягиваться вместе со мной раз в пять-семь или десять?

— Вот эта коллекция колье создана специально для метаморфов! Даже если их все-таки ухитриться порвать, что совсем непросто, они быстро срастутся и совершенно точно станут как новенькие! — Не замедлился с ответом торговец, подсвечивая светом одну из витрин, и создавая заодно собственные иллюзорные копии, каждая из которых подскочила к какой-то из потенциальных покупательниц, пока сам оригинал оставался при парочке русских бояр. Созданные им фантомы заметно просвечивали и, кажется, были бесплотными и бесполезными в бою, но зато умели поддерживать беседу, пусть и тупили перед каждым ответом секунды по три-четыре, словно немного подвисающие компьютерные программы. — Кроме них есть ещё меняющие размер кольца и браслеты, а также намного большее количество артефактов, которые могут быть привязаны к хозяину, а потому никогда не затеряются, даже если расстанутся с ним…

— Сразу нет. Проклятье на тебя через такую побрякушку какому-нибудь придурку навести легче, чем в подол слишком длинного платья мимопроходящей дамы во время праздника высморкаться, — осадила интерес кащенитки Лили, подходя к владельцу магазина вместе с одной из сотрудниц данного заведения, двумя руками несущей бархатную подушку, на которой покоилась небольшая чуть подрагивающая крыльями бабочка, казавшая живой…Конечно, если бывают живые бабочки, чье тело сделано из чистого золота, а зеленые слегка светящиеся крылышки из тончайших пластинок изумруда состоят. — Это даже такая дилетантка в придворных забавах как я прекрасно понимает…Кстати, а на что способна вот эта брошка работы летних сидхе.

— Придать коже блеск и шелковистость, защитить от любой непогоды, жары или холода, а также боевых чар первого и второго ранга, сделать тело абсолютно невесомым и способным порхать в воздухе с непревзойденной скорость и грацией, оставлять за своим обладателям шлейф мерцающих искр, которые будут совершенно чудесно выделять его на общем фоне не только темной ночью, но и ясным днем! Хотя конечно в темное время суток или в слабо освещенном помещении эффект окажется больше, — с улыбкой поведал директор магазина, где продавались побрякушки, способные сделать счастливой выбравшуюся на бал юную провинциальную девушку…И задуматься её отца о том, чтобы заложить свое поместье, поскольку маленький кусок золота и зеленые камушки, обеспечивающие тот же эффект, что и комплект из обычного защитного амулета с поясом левитации, но только с косметическими добавками, стоил примерно как маленький летучий кораблик вроде «Котенка». По довоенным ценам, а также без пушек, припасов, парусов, зачарованного баллона с паром и экипажа, но все же… Олег знал это совершенно точно, причем даже без всякого ясновиденья. Ценник на подушечке, которую несла сотрудница заведения, буквально сам собою бросался в глаза чародея.

— Эгхм…Беремъ, — Святослав прекрасно углядел ту же самую непомерную сумму, но потом посмотрел на свою жену, что уже примеривала к себе это украшение и пришел к довольно однозначно выводу. — Токмо это у вас в какой, дык, валюте? Французских, стал быть, экю?

— В них, конечно! Но мы примем деньги любой известной страны мира, и даже неизвестной тоже, в конце-то концов, золото есть золото. — С радостной улыбкой оповестил глава торгового дома, скромно умолчав об обменном курсе, который у них наверняка изрядно отличался от официального. И Олег был готов поклясться собственным даром оракула, что объявленные им специальные двадцатипятипроцентные скидки применялись уже после изначальной торговой наценки, которая составляла куда больше.

После первого салона дамы, ради такого случая решившие отложить в сторону любые возможные разногласия и выступающие единым фронтом, решили заглянуть во второй. Потом в третий. Прошлись по магазинам готового платья, по совместительству являющимися ателье, кое-чего прикупив и оставив несколько заказов, что должны были оказаться сшиты строго по их фигурам. Посетили выставку сумочек. Уделили внимание тончайшим шалям…И, если не считать непомерных расходов, пока Олегу эта прогулка очень даже нравилась. На чистых, широких и хорошо освещенным улицах просыпающего города ходило не так уж много народа, а те кто все-таки вели себя в высшей степени достойно и не доставляли проблем их компании, которая состояла в том числе и из детей, которые иногда вели себя тихо и прилежно, но гораздо чаще бесились, носились, кричали, чего-нибудь ковыряли…Ну или же летали вокруг родителей сами по себе или на какой-нибудь мебели. То ли дело было в местном менталитете, то ли в стоящих на каждом перекрестке жандармах, вытянувшихся во фрунт и бдительно наблюдающих за порядком, то ли в том, что все одаренные сразу же замечали ауру архимагистра, который скрывать себя даже не думал. И замечаний одаренному седьмого ранга они бы точно делать не стали раньше, чем один из сильнейших магов планеты начнет устраивать посреди улицы кровавые оргии. Да и тогда бы, скорее всего, предпочли промолчать. Максимум в крайне вежливых выражениях осмелились бы попросить его перенести свои развлечения в какое-нибудь специально предназначенное для этого помещение.

— Девочки, девочки, пора сделать перекур! — На улыбающемся лице Стефана, старательно скрывающем легкий нервный тик, скрестилось столько недовольных женских взглядов, что Олег не удивился бы, если бы его друг прямо здесь и сейчас взял и освоил телепортацию, несмотря на то, что раньше ей не владел. — Времени уже почти полдень, детишки уже наверняка успели устать и проголодаться, а вон то открытое кафе-мороженное на углу выглядит очень даже привлекательно!

— Да! Да! Давайте, стал быть, перекур сделаем! — Ломанулся в сторону спасительного оазиса из легких плетенных сидений, столиков и зоны магически созданной тени архимагистр, который то ли возжаждал сладчайшего мороженного, то ли пребывал в состоянии легкого шока от местных цен. И какое-то лакомство определенно не должно было стоить столько же, сколько и остальные товары, а занять женщин обещало на столько же времени, если не дольше. — Официантка! Официантка! Эээ…Или не официантка? Стефан, дык, а как тута должны называться продажные женщины?

— Продавщицами, полагаю, — пожал плечами сибирский татарин, что безоговорочно признавался своими друзьями как великий эксперт по женщинам всех сортов, включая продажные. — Только вот я что-то никого тут не вижу, наверное, надо быстренько поискать…

— Пардон, господа! Пардон, дамы! Никого искать не надо, я уже здесь, — поправляя слегка сбившееся платье, вышла из расположенной по соседству со столами и плетеными креслицами пристройка очень красивая рыжеволосая девушка, чем-то похожая на Доброславу. Только ещё более фигуристая, чем способная менять свой облик кащенитка-изгнанница. И ещё более рыжая, едва ли полыхающая пламенем вместо волос. Мысленно Олег признал, что шикарной обстановке делового центра Парижа такая сотрудница общепита соответствовала на все сто процентов, и какой-нибудь конкурс красоты она могла бы выиграть легко и непринужденно. — И я готова исполнить абсолютно все ваши желания…

Сотрудница кафе беспрестанно извиняясь за свое пятисекундное опоздание вилась вокруг посетителей подобно трудолюбивой пчелке, расставляя десятки вазочек с разными сортами мороженного, какие-то напитки и легкие десерты. Как-то незаметно и сама собой её речь перескочила с оправданий своей совершенно непростительной задержки на описание каждого предлогаемого лакомства, его происхождения, вкуса, состава, того с чем оно лучше всего сочетается…Притом это не выглядело навязчивым, наоборот, казалось милым. Девушку хотелось слушать ещё и ещё, ну и посмотреть на неё было очень даже приятно, причем и детям, и их родителям, Стефан так и вовсе начал порываться помочь сей милашке с обслуживанием своего многочисленного семейства, а его спутницы хоть и шипели как на супруга, так и на потенциальную конкурентку, но как-то беззлобно, больше для порядка…И очень удивились, когда Олег вдруг без замаха ударил француженку в грудную клетку, мгновенно ту проломив и схватившись пальцами за её бьющееся сердце.