Владимир Муравьёв – Натурщица и художник (страница 8)

Осматривая деревенский быт, лёгкий ветер донёс до него запах свежего сена, ноги сами пошли на запах, и он вдохнул полной грудью. Сразу, как только закончились жалкие домики, на широком лугу появились копны собранного сена, за последними копнами вдали блеснула река. Узнав это место, Андре улыбнулся, здесь когда-то купал его мастер. Всё ближе и ближе шёл он к реке, становилось чуть-чуть прохладней и пахло водой. В последней копне, что почти у реки художник решил отдохнуть. Достав не докушанный хлеб, он вкусил с наслажденьем и сейчас был счастлив без меры. Его уединённую идиллию нарушил звонкий гогот и смех молодых девчонок. Выглянув из-за копны, он увидел, как несколько молодых девушек бегут по направлению к реке. Возле густого кустарника они дружно снимают платья, бросив их на кусты, и нагишом побежали купаться, сверкая нежными попами. Речка здесь была мелкая, они стояли по колено в воде и плескали друг друга, столько натурщиц, да ещё на халяву, художник ни разу не видел. Андре забыл про свой полдник, рука потянулась к котомке, там есть карандаш и бумага. Скрываясь в ещё нескошенной траве, он подполз ближе. Девы были прекрасны словно русалки, кожа белая, груди размером с кулак и тугие как яблок, большой ореол вокруг сосков придавал им контраст. Рука художника судорожно дергалась, оставляя карандашом очертания обнажённых натур. Девушки подпрыгивали, толкались, падали, Андре спешно старался запечатлеть все фигуры, которые они создавали.

А сзади него осторожно вступая, подкрался крестьянин, в руке он держал длинный хлыст наготове. Неожиданно для художника его увлечённую работу прервал сильный удар по спине.

«Ай», – взревел от боли Андре.

И мгновенно развернувшись на спину, он увидел, как старый крестьянин вновь заносит над ним длинный хлыст. Художник мызнул у него под ногами словно ящерица, кнут опять просвистел, но удар пришёлся уже по траве. Пустившись наутёк, сзади он слышал визг напуганных девиц. Крестьянин пытался погнаться за ним, но где там, художник так ловко петлял между копнами, что непонятно было в какую сторону за ним бежать.

Глава 8.

Не помня, как он оказался дома, Андре снял одежду и осмотрел со спины, рубашка и жилетка не пострадали, облегчённо вздохнув, он сел на кушетку. Место, где кнут приложился к спине, ещё обжигало. И только сейчас он заметил, что хлеб и котомку оставил, но радость сильней огорченья потому как набросок натуры был с ним. Не обращая внимания на боль в спине, художник принялся за работу, дабы завершить графический рисунок купающихся девушек. Прорисовывая каждый штрих девственно красивых тел, он непроизвольно сравнивал их с такой же прекрасной фигурой девушки в золочёной ладье.

Какой разный у них образ жизни, рассуждая, подумал он, и те и другие девушки одинаково хороши. Одной достаток и роскошь другим нищета и тяжёлый труд, вопрос, наверное, был преждевременный и слишком сложный, поэтому он ответ для себя не нашёл.

Тем временем в мастерской стало смеркаться, заметив это, Андре отложил работу и стал собираться, но куда положить всё что нужно, тут он вдруг вспомнил, у мастера сумка была. И точно в комнате скрывшись за шкафом, висела квадратная сумка с длинным ремнём. Вспомнил, как тяжело её было носить, когда ещё был мальчишкой, примерил, закинув ремень на плечо, теперь в самый раз. На улице догорал закат, становилось темней и прохладней, зато дышать стало гораздо легче. Энергично шагая, Андре прошёл один поворот и вот уж второй впереди. Последний поворот выводит его к нужному месту, но уже сейчас он услышал звук вечерней жизни на улице развлечений. Вновь раздаётся знакомый ему шум моторов и дребезг колёс по булыжникам на мостовой. Последние несколько шагов и улица встретила его таким же ярким светом из всех окон как в прошлый раз. Беспорядочно двигающаяся масса людей больше не пугала его, Андре даже почувствовал подъём настроения и понял, что ему начинает нравиться приходить сюда в это время. Теперь обилие света не удивляло его, а манило и приглашало вновь и вновь приходить сюда.

Трое мужчин, идущие навстречу художнику вошли в клуб «Сфинкс» прямо перед его носом, он последовал сразу за ними. Сильный запах табачного дыма сразу ударил в нос. В зале было много девиц и мужчин, они располагались по-разному. Те, что сидели за столиками пили алкоголь и беседовали с рядом сидящими девушками, а те, что сидели на мягких диванах держали девиц на коленях и тискали их везде. Девушки не скромничали и некоторые части тела у них были оголены. Незанятые девушки располагались ближе к входу, и вновь прибывшие посетители выбирали из них для себя забаву. В знакомой ему ладье, как и днем, сидела очередная путана, она всех встречала приятной улыбкой, Андре тоже в ответ улыбнулся и к ней подошёл. А так как в салоне было довольно шумно, он наклонился ближе и громко спросил:

- Где мне найти мадам Дориан.

Девица, в нижнем красивом белье, вытянув руку ему подсказала:

- Там за колонной есть дверь, постучите.

Благодарно кивнув, художник отправился, как указали. Декоративная штора за колонной отделяла небольшое пространство, свет там был приглушённый, но дверь отчётливо выделялась, стукнув несколько раз, сразу услышал в ответ:

- Войдите.

Мадам развалившись, сидела в широком кресле в руке держала мундштук с папиросой, увидев знакомую личность, она улыбнулась:

- Мой юный друг, я рада, что вы пришли.

- Я хотел бы, – начал Андре.

- Помню-помню, – прервала его Дориан.

Она встала, не сводя глаз с художника, вышла из комнаты, он тоже за ней:

- В седьмом номере кто-нибудь есть, – спросила мадам у девушки в ладье.

- Только что Лола пошла туда.

- Вам повезло милый друг, ждать не придётся, – с улыбкой сказала хозяйка и поманила Андре за собою пальцем.

Возле её кабинета в тёмном углу винтовая лестница вела на второй этаж. Звонко цокая каблуками по металлическим ступеням, мадам поднялась и отдёрнула шторку, перед ними открылся узкий маленький коридор с одной дверью:

- Прошу вас, – Дориан указала на неё художнику.

Андре шагнул в тёмный проход, открыв дверь, оказался в такой же маленькой и тёмной комнате.

Прямо перед ним на уровне глаз светились две круглые дырочки, он шагнул и наклонился к ним. В комнате, куда смотрел художник, хорошее освещение, представление уже началось. Но опоздавшим к началу, можно было не обижаться. Судя о том, как уже развивались события, начало интереса не представляло. Путана была в одежде, Андре сразу расстроился потому, что у многих в салоне хоть груди открыты, а тут она только сняла панталоны и лежала, раскинув ноги на широкой кровати. По выражению её лица предполагалось, что она просто ожидает финал. Мужчина, приспустив штаны до колена, лежал на ней и быстро двигал задом.

Недовольный художник бубнил, как это происходит, я догадывался, мне нужно видеть тела, в голове Андре бурлило негодование. Ждать было нечего, но на авось надеясь, он всё же решил досмотреть до конца эту пьесу. Получив удовольствие, мужчина свалился с партнёрши и перекатившись на спину, фыркал восстанавливая дыхание. Путана, не стала его ожидать, встала, оделась и вышла. Сплюнув, художник покинул комнату.

Внизу у резной колонны в ожидании Андре стояла мадам Дориан, она не спеша докуривала сигарету.

- Ну, вы удовлетворили свою потребность, – вежливо поинтересовалась.

Не находя слов, художник начал смущённо:

- Понимаете, я рисую картины, мне нужно видеть тела, а они были в одежде.

Чувствуя себя неловко, он смотрел на мадам в надежде на понимание:

- Бог мой художник будет нас рисовать, – лицо мадам излучало восторг и удивление.

- Вообще нас часто посещают люди вашего круга, но все с другой целью, а вы хотите такое нарисовать.

Не дожидаясь ответа, она опять подошла к ладье, переговорив с девушкой, вернулась к Андре:

- Поднимайтесь обратно, только вам придётся чуть-чуть подождать.

Сделав шаг в сторону лестницы, художник задержался, он вспомнил, что в комнате слишком темно:

- Нельзя ли в комнате мне зажечь свечу? Иначе не будет видно, что я рисую.

Дориан зашла в кабинет и вернулась с горящей свечой на подсвечнике. Поблагодарив, Андре поспешил наверх. Работать при слабом свете свечи ему приходилось не раз, поэтому неудобства он не испытывал. А пока в комнате для посетителей никого не было, он приготовил всё необходимое. Старая сумка его наставника очень пришлась кстати, сейчас она послужит ему вместо мольберта. За стеной с дырками для глаз хлопнула дверь, хихикнув, в комнату вошла девушка и сразу за ней мужчина, развернувшись к нему лицом, она стала расстёгивать ему костюм и жилет. Аккуратно повесив одежду на вешалку, путана собиралась помочь мужчине с рубашкой, он берёт её за руки и останавливает, дальше раздевались самостоятельно. Бретельки платья у девушки были на бантах, она дёрнула их, и платье упало к её ногам, мужчина раздевался менее зрелищно. Этот процесс не привлекал Андре, он изредка бросал взгляд в прорези и продолжал готовиться к работе. Наконец послышался глухой звук шевеления на постели, художник прильнул к глазкам. Обнажённая девушка тянула руки, приглашая к себе мужчину. Сняв с себя последнее белье, он встал на кровать коленям, она, широко раскинув ноги, продолжала его манить. Мужчина продвинулся к ней вплотную и накрыл её телом, руки путаны обнимали его со спины, он поддерживал себя на локтях, ноги держал вместе. Художник работал быстро как маятник, часто глядел в глазки и на бумагу, делая штрих один за другим.