Владимир Мухин – Князь приграничья. Том 2 (страница 44)

— Кхе-кхе, какого черта? Что ты задумал, скотина, — орет Лазарев, теряя магическую концентрацию и отступая.

— Ничего такого. Просто хочу проветрить тебе мозги, — отвечаю ему и взлетаю на пару метров.

Затем создаю прочное воздушное копье. Напитываю его магией, насколько это возможно и бросаю в противника.

Тот судорожно пытается выставить защитное поле. Но он слишком истощен своей атакой. Наверняка не экономил силы, решив убить меня во что бы то ни стало. Теперь у него мало магии, что играет мне на руку.

Копье летит с бешеной скоростью, пробивая защиту и прошивая ублюдка насквозь, словно игла мелкое насекомое.

Еще несколько мощных практик, и рядовые наемники тоже отправляются к праотцам.

— Кажется, моя сила начала возвращаться. Уже другое дело! — усмехаюсь, чувствуя, что выхожу за рамки обычного мага этого мира и могу тягаться с более сильными противниками.

Сверху видно, как Потап с дружинниками добивают врагов и берут в плен наемников. Конечно, усадьба повреждена. Придется хорошо постараться, чтобы ее восстановить.

Но это не самое главное. Куда важнее, что мы победили, отбив внезапную атаку сильного влиятельного князя. Стоп, или нет.

Внезапно получаю тревожный сигнал от своего фамильяра. Кажется, только зря радовался.

Поднимаюсь на потоках воздуха чуть повыше, осматриваюсь и вижу, что возле дороги разворачивается настоящая драма.

Какой-то странный тип, кажется, сам Глеб Сокольский, стоит над раненной Иридией и хочет ее добить. А рядом валяется коршун, посылающий мне сигнал бедствия.

— Совсем забыл про глав. гада, — выпалил я, понимая, что надо спешить.

Я не могу висеть в воздухе слишком долго. Приходится спуститься на землю, оттолкнуться и совершить длинный прыжок.

В меня летят несколько магических залпов. Чувствую себя самолетом, по которому стреляют из установок ПВО.

Удается увернуться и спокойно преодолеть расстояние. Приземляюсь в нужном месте, но, кажется, уже слишком поздно.

Крок не подает признаков жизни, распластав на земле свои черные крылья. Иридия на последнем издыхании. Над ней стоит чертов Сокольский, у которого из руки тянется какое-то щупальце, кажется, сделанное из черной энергии.

— Эй! — резко бросаю ему и сразу пускаю несколько воздушных серпов.

Те рассыпаются прахом, не долетая до цели, но враг все же чувствует попадания.

— Ты? — выкрикивает он, оставляя в покое девушку. — Опять Лазарев облажался! В этот раз я его закопаю.

— Поздно, дружище. Ты тоже отправишься вслед за ним, — с усмешкой бросаю ему и атакую как следует.

Создаю сильнейший ураган, в котором крутятся поражающие воздушные элементы. Закручиваю воздух вокруг противника и пытаются перемолоть его, словно в блендере.

— Говорят, ты силен, скотина! Но против стихии не попрешь, — хриплю, выжимая все силы.

Лазарев громко орет, подвергаясь атаке десятков серпов, копий, воздушных кинжалов, которые раскручиваются и лупят его с разных сторон.

Я чувствую, что враг слабеет. Остается совсем немного. Но тут из торнадо вылетает щупальце, которое чуть не попадает в меня. Приходится уворачиваться, теряя концентрацию. Мое заклинание пропадает, а потрепанный и разозленный противник идет в атаку.

Одежда на нем разорвана, лицо окровавлено, а волосы сильно растрепаны. Теперь он больше напоминает бездомного, чем главного врага моего семейства.

— Твой род меня кинул. Я поклялся отомстить во что бы то ни стало, — зачем-то орет на всю округу, размахивая руками.

И к чему эта высокопарная болтовня? Он что фильмов пересмотрел?

Я решаю, что поболтать можно после. Потому просто пускаю несколько ветровых игл как тогда на дуэли. Они легко прошивают тело противника. Тот орет не своим голосом и швыряет в меня какие-то темные сгустки.

Тут становится ясно, что я слегка выдохся. Все же полеты и битва дают о себе знать. А тут еще в атаку на Глеба вложил слишком много энергии.

Из-за этого не выходит хорошо уклониться. Быстролетящие шары меня задевают, заставив развернуться на месте и свалиться на землю.

— Твою бездну! — успеваю выкрикнуть я, как получаю еще несколько мощных энергетических ударов.

Кажется, иглы не особо сработали, противник все еще слишком силен.

— Аха-ха, ты не знаешь, с кем ты связался! Меня питает сила самого Рубежа! Когда он откроется, я обрету могущество! — орет не своим голосом Глеб Сокольский, идя на меня.

— Если Рубеж откроется, то все сдохнут, в том числе и ты, недоносок! — говорю, пытаясь поняться на ноги.

Но меня придавливают к земле щупальца черной энергии и высасывают мою магию.

— Вы все слишком пугливы. Вам страшно прикоснуться к тьме. Проще прятаться под одеялом и быть слабаками! — насмешливо бросает Сокольский, продолжая меня давить.

— Руки коротки, сволочь! — отрезаю щупалец ветровым мечом, но чувствую сильное истощение.

Встаю на ватных ногах. Голова сильно кружится. Мне нужно время, чтобы хоть немного восстановиться. Но его катастрофически не хватает.

— Твой род был слишком высокомерен. Теперь он отправится в небытие. Давай последнее слово, и я закончу весь этот цирк, — хрипит Сокольский, крутя в руках черную магию. Видно готовится нанести по мне решающий удар. И это как раз хорошо!

Тут самое главное не рассмеяться, чтобы все было естественно.

— Ты всю магию вложил в эту хрень, или еще осталось? — не выдержав спросил я.

— Не пытайся заговаривать зубы, сопляк! — прогремел Сокольский, создавая вокруг себя зловещее, черное облако.

— Так я и не пытаюсь. А вот она… — подмигнул, видя за спиной противника странную картину.

Марина с неестественно накачанными руками, которые разрывают платье, бежит на Глеба Сокольского, размахивая моей секирой.

— Что? — Глеб заподозрил что-то неладное, развернулся и получил сильнейший удар секирой в грудь.

Топор вошел где-то наполовину. Марина вскрикнула и отскочила назад. Облака тьмы резко рассеялись, а изо рта Сокольского потекла тонкая струйка крови.

При этом выродок не спешил умирать и даже не упал от удара. Я думал, он выпустил всю свою магию, но, видно, резервы еще оставались.

— Слишком слабо. Надо было в голову, — ухмыльнулся противник, схватился за топор и попытался из себя его вытянуть.

— Как скажешь, ублюдок, — хмыкнул я, пуская простейший воздушный диск.

Вжи-х, и голова Сокольского отделилась от туловища, затем упала на землю, словно кочан капусты. Тело рухнуло следом, извергая фонтаны крови.

Я понял, что Глеб окончательно истощен и больше не сможет сопротивляться или восстанавливать повреждения с помощью магии. Успел применить простейшую атаку, которая безупречно сработала.

Как-то так надо убивать местных глав. гадов. Жаль, топор кровью заляпал.

Марина вскрикнула и отвернулась. Какое-то время она боялась смотреть на убитого выродка. Потом подошла ко мне и сказала, что приняла специальное зелье для усиления физической силы, чтобы хоть как-то помочь.

Оно, правда, сработало слишком странно. Вместо усиления тела, раздуло мускулатуру, превратив некогда тонкую девушку в здоровенного бодибилдера.

— Вот это я понимаю, настоящая сила науки! — усмехнулся, когда первый шок слегка спал.

— Не смешно! Надеюсь, это скоро пройдет. Не хотелось бы ходить с такими банками постоянно, — проворчала Ростоцкая.

— Кто-то умирает в спортзалах ради таких форм, а кто-то еще возмущается! Вы женщины вечно всем недовольны, — пошутил я, видя, как Иридия медленно поднимается на ноги, не понимая, что происходит.

Со стороны усадьбы бежит Потап с несколькими потрепанными, о довольными с виду дружинниками. А над телом моего мертвого фамильяра кружится странная синяя энергия.

Похоже, теперь я смело могу считать себя настоящим князем. Но выиграть одно сражение — недостаточно. Моя главная цель все еще далека.

От автора

Привет, ребята. Добрый день. Правда, не для меня.

Начну с самого главного. Мне придется выложить ниже краткое содержание того, что могло бы быть в серии, но не будет. Потому что читатели решили свернуть проект (

Заметьте, не я решил. Именно аудитория.

Знаю, что вы смотрите на нас авторов, как на сказочных персонажей. И многие мои коллеги поддерживают этот идиотский миф. Придется спустить вас с небес на землю.