Владимир Мухин – Князь приграничья. Том 2 (страница 35)

— Отставить самосуд, господа! Согласно законам, я должен лично во всем разобраться, — грозно воскликнул я, выходя на поляну.

— Княже, здравия желаю, — испуганно сказал кто-то.

— Ой да мы и так ничего. Просто вас ожидали, — простонал один из тех, кого я только что повалил.

— Ну, считайте, что вы дождались. Теперь отвяжите парня от дерева. Он поедет со мной в усадьбу. Для следственных действий, — провозгласил, показывая, что шутки кончились.

Кто-то пытался мне возразить, но без особого напора. Работяги прекрасно знали, что я могу выдать нечто похлеще, чем простой ветерок. Так что большого сопротивления не было.

Единственное меня попросили быть «с пацаном пожёстче», на что дал положительный ответ, обещая, что справедливость обязательно восторжествует.

Я действительно решил быть с Прошкой пожёстче. И уже минут через сорок жестко закармливал того жаренным кроликом.

Просто пригласил техномага к себе в качестве ответного визита. Но в отличие от него, все же поставил на стол угощения.

Думал, что парень начнет мучиться от уколов совести. Но этот странный изобретатель не имел тонкой душевной организации. Просто принялся уплетать аппетитные куски сытного диетического мяса за обе щеки, запивая холодным компотом.

Держался за столом Прохор, кстати, неплохо. Видно, его с ранних лет обучили манерам, еще до попадания в Болотиху.

— Умм вкусно как! Вы это сами сготовили? — спросил меня недавний пленник, когда немного наелся.

— Эмм сударь, вообще-то я князь, если что, — снисходительно улыбнулся ему.

— Ааа значит сами. Хорошо у вас получилось. Прям пряный вкус такой умм, — похвалил молодой техномаг.

Потом поймал не себе мой тяжелый взгляд и понял, что пора объясниться.

— Простите меня, ваше сиятельство. Я действительно вас подвел, — внезапно стал оправдываться он, став грустным. — Давайте вы меня в другую деревню переведете. Могу пойти подмастерьем, к кому угодно. Хоть мешки таскать, а хоть землю копать.

Прохор рассказал мне, что устал от нападок. В последнее время он очень в себе усомнился и решил не противиться судьбе. А новые пугалки для монстров создал по большой просьбе. Лучше бы не создавал и даже за это не брался.

Я выслушал нытье насколько хватало терпения. Не люблю, когда люди расклеиваются. Хотя парня тоже можно понять. Его только что чуть на шампур не надели…

— Ладно, я тебя переведу. В усадьбе у меня будешь, — оборвал нытье Прошки, и тоже принялся есть жаркое. А то что-то совсем отстал от гостя с его болтовней.

— Круто! — не сдержал эмоций парнишка. — Могу деревья пилить или траву косить. Могу складывать что-нибудь, убираться. Да вообще что угодно.

— Постой. Ты будешь у меня техномагом. Рабочих и так хватает.

— Но как же, ваше сиятельство? У меня пугалки для монстров совсем не выходят, — удивился Прошка и вытаращил на меня глаза.

— Пугалки, говоришь? А что, если, это просто не твоя сфера? — пристально посмотрел на парня, ковыряясь зубочисткой в зубах.

— Да? А какая ж тогда моя?

— Потом скажу. Ешь давай. Тебе еще на новом месте обустраиваться придется.

Бывшая секретарша Сокольского сидела в гостиничном номере Каменска и наблюдала с высоты третьего этажа за снующей взад-вперед людской массой. Дети, старухи, юнцы; клерки, вояки и дамы.

Все они куда-то спешили, толкались и дергались. Кто-то стоял в пробке, отчаянно сигналя другим. Кто-то впихивался в переполненный автобус. И все они были жалкими, ничтожными муравьями с точки зрения умудренной опытом леди.

— Рубеж сильно преобразился, но люди не изменились. Все такие же ничтожества, как и раньше, — произнесла дамочка, отпив черный кофе из белоснежной чашки и наблюдая за тем, как скупое осеннее солнце покрывает рыжим сиянием город, медленно выползая из-за высоток.

Елена не просто так сидела возле окна. Конечно она отдыха, радуясь тому, что может быть вновь живой, полностью контролируя тело. Но это еще не все.

Девушка пыталась понять, что ей делать. Как обустроиться в новом мире и куда идти дальше. Все же в прошлом было немного попроще. Сейчас жизнь какая-то сложная. За две недели в новом теле она кое-что поняла, но все же этого слишком мало.

Вчера Елена посетила свой дом. Там было все перевернуто. Видно люди Сокольского туда наведались. И наверняка были в ярости, оставшись ни с чем.

— А этот старый хрен очень живучий. Я ж ему артерию вскрыла, — сказала сама себе девушка, поправив белый халат, и криво улыбнувшись, вспоминая тот вечер.

Теперь придется разделаться с шестерками Сокольского, что идут за ней по пятам. Для этого нужно вернуть прежнюю силу. Вот и приходится пока прятаться.

Кстати, с последним проблем не возникло. Людишки за последнее время придумали много полезных вещей для женского пола.

Больше не нужно применять магию, чтобы поменять внешность. Достаточно сменить макияж и прическу, надеть другую одежду. И все, тебя попросту никто не узнает.

Елена этим воспользовалась. Теперь вместо милой скромной и загадочной секретарши была роковая красотка с агрессивным макияжем и небрежной прической. Казалось, даже черты лица поменялись. Сам бы Сокольский и то не узнал.

Но маскировка — это еще ерунда. В этом времени власть женщин значительно возросла. Мужики готовы отдать последнее, лишь бы иметь сумрачный шанс затащить в койку красивую даму.

Не то что этого не было раньше. Но сейчас просто другие масштабы. Не бывалые масштабы, если быть совсем точным.

Телефон Елены подал сигнал. Девушка небрежно его взяла и увидела перевод на сумму двести рублей от того незнакомого парня.

Красотка закатила глаза, затем небрежно открыла соц. сеть, хмыкнула и почти что, не глядя написала сообщение:

— Спасибо, мой милый котик (смайл поцелуя). На ноготочки теперь точно есть. С меня те самые фоточки, позже скину.

В ответ сразу полетели пошлые сообщения. И смайлики. И не только они.

— Он что вообще не выходит оттуда? Никчемный глупец, — проворчала Елена, затем переключилась на другого «котика», который ночью скинул ей деньги «на брови».

— Я могу стать королевой всего континента. И мне даже не придется выходить из этого постоялого двора, — усмехнулась дамочка, убрав телефон.

Ей представилось, как сотни, нет тысячи таких «котиков» перечисляют ей деньги, создавая капитал для будущих великих свершений.

Впрочем, это так не работает. Елена это сама понимала. Но все же получить неплохую сумму на первое время возможно, а большего пока ей не нужно.

— Ох, это время полно комфорта. Пора бы мне посетить купальню. Проводить омовения без помощи горничных девок… В этом определенно что-то есть, — сказала бывшая секретарша

Она уже хотела отправиться в душ, но тут в дверь настойчиво постучали. Сначала девушка думала, что это обслуга. Уже хотела послать незваных гостей на три буквы.

Но слуга не станет долбить со всей дури. Такое чувство, что незваные гости хотели выломать дверь.

Бах, бах, бах… Стук не прекращался ни на секунду, взрывая мозги и ломая нервную систему. Елена чуть не опрокинула кофе. Потом резко вскочила на ноги и стала думать.

Не прошло пары секунд, как девушка улыбнулась и тихо хмыкнула. Потом громко закричала, что сейчас подойдет, пытаясь изобразить напуганный голос.

— Не надо стучать, я же сплю! Что вы в самом деле… Господи, да сколько можно уже, — завопила дамочка, шаркая по полу мягкими тапочками.

Она быстро открыла дверь и увидела на пороге двух квадратных амбалов в черных куртках с недобрыми лицами.

Мужики посмотрели на девушку, выдержав паузу, потом переглянулись между собой и как бы что-то согласовали без слов.

— Что вам надо, я отдыхаю, — взволнованно сказала молодая красотка.

— Ты родственница Елены Антоновой, верно? — сухо спросил один здоровяк.

— Да, сестрой двоюродной прихожусь, — растерянно произнесла девушка, стараясь не рассмеяться.

Неужели смена имиджа уже сбила с толку этих придурков? Ладно, теперь они сыграют по ее сценарию.

— Ясно. Где она? — холодно спросил второй дядька, пожирая дамочку взглядом.

— Не поняла, а вы кто такие? Почему я должна говорить? — возмутилась девчонка.

— Потому что к ней есть серьезное дело. Елене угрожает опасность, и только мы можем ей помочь. Надеюсь, это понятно? — с каменным видом отчеканил лысый мужик.

— Да? То есть, у нее были проблемы с господином Соколовским, вроде бы. Но я не думала, что они настолько серьезные, — включила дуру Елена.

— Очень серьёзные, дорогуша, — ответил второй дуболом. — И времени для их решения мало.

— Ой, то-то думаю, почему она такая взволнованная была. Что же мне теперь делать? — запричитала Елена.

— Дай пройти. Сядешь в номере, все расскажешь.

— Нет! — бурно отреагировала Лена. — Я боюсь здесь с кем-то общаться. Стены тонкие, могут услышать. Мне страшно.