Владимир Мухин – Князь приграничья. Том 1 (страница 20)

Мария упиралась изо всех сил, задавая глупые вопросы, и с каждой секундой сильнее меня раздражая. В какой-то момент стало ясно, что мне не так уж и нужен алхимик-зельевар.

А Ростовой лучше скорее искать отель. Пока мы спорили ни о чем, закат почти догорел. От него остался лишь красный глаз, мерцающий где-то за дальними новостройками.

— Ладно. Только я сразу уйду, как только найду нормальную работу, — отчеканила Мария в какой-то момент, глядя на меня так, будто решалась на преступление.

— То есть, вы все же согласны, ваше величество? — улыбнулся, чувствуя несказанное облегчение. Самому уже надоел этот спор.

— Раз так, то чего же мы ждём!

Я резко поднялся с места, давая понять, что не хочу больше здесь оставаться. Конечно, это прекрасное заведение, но что-то мы засиделись.

Спустя какое-то время, нас бодро несло такси по ночной дороге. Девушка слишком устала от приключений. Она всю дорогу спала, используя в качестве подушки мое плечо.

Когда прибыли в усадьбу, Мария не задавала лишних вопросов. Тихо прошла во флигель, где я решил ее разместить, и сразу же легла спать. Не дожидаясь, пока слуги там уберутся и застелют кровать.

Впрочем, я тоже измотался. Едва вошёл в свою комнату, как веки превратились в свинцовые гири. С трудом успел снять одежду, отключаясь на ходу.

Дальше жизнь вошла в свое русло. Марии не особо понравилась моя усадьба. Все же тут надо многое изменить: постройки, сад и сам особняк находятся в большом запустении. Зато девушку поразила близость к Рубежу.

Усадьба Ветровых находилась к нему куда ближе, чем Каменск. Мария заявила, что тут все может быть аномальным. Начиная от простых с виду растений, заканчивая водой и воздухом. Ей есть что поизучать, а значит скучать не придется.

В подвале особняка завалялись основы для зелий, простые артефакты и алхимические препараты. Приказал это все достать, чтобы Мария оборудовала себе что-то вроде лаборатории.

Кстати, во время этого случился курьёзный случай. Я помогал Ростовой, чем мог. И в какой-то момент заметил, что предметы из подвала довольно пыльные. Хотел сказать, что сейчас пришлю горничную. Но потом решил промолчать, наблюдая за реакцией дамы.

— Боже, как много пыли! Те пробирки и саквояж… Они будто… — смутилась Маша, расставляя все на столе.

— Только что из подвала. Все верно, — перебил ее я.

Затем бросил взгляд в угол, где был уборочный инвентарь.

— Впрочем, пыль — это не кислота драгской кобры. Вы можете ее стереть. Вон, как раз подходящие тряпицы лежат, — добавил максимально простым тоном.

— То есть мне самой убираться? — спросила девушка и немного смутилась, поправляя длинное серое платье.

— А что? Для дамы из простой мещанской семьи это не составит труда. Ты сама говорила, как бедно вы жили. Наверняка не было лишней прислуги, — рассудил, глядя мимо Марии.

— Да! — выпалила она. — Просто я ещё не освоилась. Немного стесняюсь. А так… разумеется, я все сделаю.

В ее словах было не больше правды, чем в раскаянии разбойника, который всю жизнь мотался по тюрьмам. Забавно. Но я сделал вид, что поверил. Потом какое-то время следил за тем, как Мария наводит порядок.

Эти неумелые движения и неуклюжие действия. Будто первоклассница впервые решила помочь маме по дому. Ростова от меня что-то скрывает. При этом я не чувствую подлости или подвоха. Вряд-ли она хочет меня подставить. Скорей всего, это безобидный обман.

Но все же буду за ней следить. Уверен, рано или поздно все вскроется.

Если я не видел угрозы в новой знакомой, то кое-кто считал ее порождением зла. Горничная Мария сразу не возлюбила Ростову. Девушки вообще не любят, когда у них одинаковые наряды и украшения. А тут одинаковые имена.

Плюс ещё обе ко мне близки. В разных смыслах слова, но все же.

— Ваше сиятельство, прогоните эту девчонку! Уверена, ее специально подослали, чтобы вас отварить, — гневно, с трудом пытаясь скрыть ревность, говорила мне горничная, улучив удобный момент.

— Хм, с чего такие догадки? — повел бровью я.

— Посмотрите на нее. Волосы темные, а глаза голубые. Ведьмин признак, господин. От таких добра точно не жди! — тараторила Маша.

— Да, это явный признак предательства, — ответил, не в силах удержать смех.

Затем сделал серьезный вид и сказал, что на Марию положил глаз плотник Захар. Молодой сильный парень с дворянской внешностью. Встретишь, не скажешь, что простолюдин. По нему сохнет половина дам из моей прислуги. Отличный способ переключить внимание горничной.

К тому же, кто знает, может у них действительно что-то получится. Все же, я не могу дать служанке ничего кроме хорошего отношения и стабильного жалованья. Не стоит морочить девушке голову.

Спустя день после наших с Ростовой приключений, я начал заниматься развитием княжества.

Громко звучит. На самом деле просто вышел за пределы усадьбы да решил прогуляться. Разумеется, неофициально, без княжеского перстня и в старой одежде. Хотелось просто посмотреть, чем живет местный люд.

У рода Ветровых несколько деревень. Все сразу не обойдешь. Решил наведаться в ближайшее поселение, где была лесопилка. На неделе доберусь и до дальних рубежей, а пока начну с малого.

Я шел по грунтовой дороге, усыпанной мелким гравием. Не бог весть какое покрытие, но для разоренного княжества в самый раз. Может это не полноценный асфальт, зато нет грязи во время распутицы.

По бокам от меня расположились добротные домики. Небольшие терема из дерева, обитые пластиком или плоским шифером. Встречались бревенчатые и кирпичные постройки. Почти все дома неплохо ухожены: лужайки перед окнами выкошены, нет зарослей кустарника или бурьяна.

Конечно, встречаются и заброшки. Покосившиеся развалины, где никто не живёт, либо просто запущенные хозяйства, владельцы которых, что называется, на все забили.

Но в целом, народ ответственный. Чтят свои жилища и пытаются как могут их обустраивать. Значит не все потеряно.

Между домами растут деревья. Много стройных прямых стволов, как лиственных, так и хвойных. Немудрено, что тут находится лесопилка. Сырья хоть отбавляй. Можно распиливать это все «отсюда и до заката», и так сотню лет.

Погода сегодня радовала. Я щурился от яркого солнца, черпал магию из потоков ветра и радовался, что все не так плохо, как мне казалось.

Деревня вскоре закончилась. Я вышел к лесопилке, которая была за околицей и находилась в самом лесном месте, если можно так выразиться.

Здесь отборные деревья стояли рядами, будто солдаты моего времени в полном доспехе, которые выстроились на смотр. Я даже залюбовался. От леса веяло прохладой, запахом зелени и земли и какой-то неведомой тайной.

Слева было длинное дощатое здание с большими воротами. К нему вела широкая дорога. Это и есть лесопилка. Рядом лежат бревна. Судя по всему, уже весьма долго. Их мало для полноценного производства. К тому же нет готовой продукции.

На площадке для свежих досок растут сорняки. Лесопилка простаивает. Приказчик ранее говорил, что с ней какие-то проблемы. Сейчас разберусь.

Сначала кажется, что тут никого нет. Обхожу территорию и слышу болтовню нескольких мужиков. В укромном месте, в тени, чуть поодаль от главного цеха стоит небрежно сколоченный стол с двумя лавками.

За столом сидят несколько взрослых простолюдинов. Мужики лет тридцати пяти — срока. Все небритые, мятые, одетые во что попало. Ведут «светские беседы» и пьют какую-то дрянь из бутылок без этикеток.

Наверняка самопальный алкоголь, сделанный местным умельцем. От такого напитка можно легко ослепнуть. Но выпивох это вряд ли смущает. Интуиция подсказывает, что это работники лесопилки.

И вряд ли они присели отдохнуть в разгар рабочего дня, чтобы вскоре продолжить трудиться с удвоенной силой.

Сидят, травят байки, гогочут, размеренно смакуют «нектар» да наслаждаются летним деньком. Я даже усмехнулся такой наглости, не зная, как реагировать, и подошёл ближе. Тут меня заметили мужики, стали махать руками и громко кричать.

— Эу молодой, подь сюды! — крикнул кто-то.

— Парень, давай… дело есть, — прогорланил ещё один голос.

Разумеется, они меня не узнали. Что ж, подыграю. Подхожу к столу и делаю вид, что я простой деревенский подросток.

— Здорово, мужики, что хотели? — спрашиваю, как можно проще.

— Здорова, коль не шутишь, малой. Хочешь с нами? — тут же выдает жирный кабан с красной мордой.

— Да, вот тебе копейки, держи. Сходи к бабке Агафье да возьми ещё «горючего», — добавляет длинный, худой как жердь, работяга.

— И закусить чего-нибудь в лавке, — кричит ещё кто-то.

— А если не хватит грошей, свои добавишь. Все ясно? — говорит крепкий седоватый простолюдин в синей тельняшке.

Дожили. Родного князя за пойлом посылают; и смех, и грех. Я поднимаю бровь от такой наглости. Потом жду, когда все заткнутся и задаю вопрос:

— А ничего, что вам работать положено? Вон, лесопилка простаивает, а вы нажираетесь как свиньи средь бела дня.

Немая сцена. На меня смотрят так, будто я оскорбил важных господ. Кто-то начинает смеяться, вопя, что «пацан попутал». Но большинство работяг хмурят брови и, кажется, хотят меня проучить.

— Слышь, мелочь пузатая, может тебе уши надрать? — злобно хрипит длинный и медленно поднимается из-за стола, сверкая глазами.

— Ты кого учить вздумал, сопляк? — поддакивает крепыш в тельняшке.

— Так я вас и не учил. Таких учить бесполезно. Разве что кнутом по пятой точке, и то не поймете, — с презрительной усмешкой воскликнул я.