Владимир Моисеев – Мудрецы и таз (страница 32)

               — Я уже говорил, — сказал Трофим мягко, — что мы хотим договориться. Рассчитываем на добровольное сотрудничество. Принуждать вас никто не собирается. Рано или поздно вы поймете, как вам посчастливилось. Наше предложение остается в силе. Не спешите с ответом. Тщательно все обдумайте. Мы вас не торопим.

               — Если мы откажемся, вы оставите нас в покое?

               — Конечно.

               — Так вот я вам говорю: «Проваливайте»! Это наш окончательный ответ.

               — Этого достаточно. Ваше поколение упустило свой шанс. Мы оставляем за собой право повторить наше предложение через сорок лет. Появятся новые люди, не сомневаюсь, что они будут умнее.

               — Мы будем готовы сопротивляться.

               Трофим засмеялся.

               — Для начала поговорите с людьми, которые получили пилюли долголетия. Ваш отказ договариваться уже сказался на них. К ним вернулись болезни и многие из них умрут уже сегодня. Придумайте, что вы скажите им!

               — Проваливайте, Трофим. Вам здесь не рады.

               Трофим исчез.

               И вот рассказ был закончен. Даже не разбирающийся в психологии человек заметил бы, какое облегчение испытывает Уилов. Он готовился произнести его сорок лет. Наверняка репетировал. Часто проговаривал, чтобы не забыть важные детали. И вот дождался долгожданных гостей, освободился от тяжелого груза и теперь свободен. Но эйфория длилась не долго. Несколько мгновений. Это ведь было не приятное воспоминание, а напоминание о тяжелой и опасной работе, которую рано или поздно придется сделать. И этот момент наступил. Делать надо было сейчас. Ип вернулся.

               — А давайте его поймаем, — сказал Горский.

               — Как же вы его поймаете? — удивился Уилов. — Его защитное поле обеспечивает полную безопасность. Нам сквозь него не пробиться.

               — Есть у нас методы против вашего Трофима! — сказал Зимин. — Мы многому научились за сорок лет.

               — Хорошо, — Уилов не стал спорить. — Предположим, что вы его поймаете. Но что вы с ним собираетесь сделать, пытать будете или сразу убьете?

               — Исследуем его. Собственно, в этом и состоит наша работа, — сказал Горский.

               — Получим ответы на вопросы: кто, почему, зачем и как, — уточнил Зимин.

               — Он будет выкручиваться, злобствовать и попытается вас обмануть!

               — Не думаю. Судя по вашему рассказу, он парень разговорчивый. Его задача — переговорить нас, так что беседа будет горячей.

               — Удачи вам. К сожалению, я помочь вам не смогу, староват я за гадами бегать, но в допросе поучаствовать могу. Рассчитывайте на меня. В конце концов, это и моя война. Отсидеться в окопе мне не удастся.

               — Будем держать вас в курсе дела, — сказал Горский.

               Быстро дошли до Благовещенского моста. Свежий ветер с залива добавил мозгу кислорода. А подумать было о чем. Информация, которой поделился Уилов, изменила представление об истинных намерениях инопланетянина. Дело оказалось серьезнее, чем можно было посчитать до разговора с Уиловым. Ипы оказались ближе, настойчивее и опаснее. Теоретическая проблема стала практической. Необходимо было немедленно принимать решение.

               — Как ты думаешь, Трофиму удастся уничтожить человечество? — спросил Горский.

               — Сомневаюсь. Во-первых, он не ставит перед собой такой цели. Он стремится к выгоде. Но нельзя нажиться на том, чего нет. Потеря человечества для него станет упущенной выгодой. Во-вторых, мы контролируем его фантазии и не допустим опасных действий, — ответил Зимин.

               — Все его возможные симуляции? Разве это возможно? В любой момент он придумает что-то оригинальное.

               — Сомневаюсь. Он использует для своих забав нашего клиента Филимонова и тщательно разработал мир вокруг этого персонажа. Я подсадил Филимонову маячок — крохотную программку, которая сообщает мне о начале любой симуляции ипа. Так что все действия Трофима вне базовой реальности нам будут известны, а это означает, что мы сможем их контролировать.

               — А если он найдет другого клиента и начнет другую симуляцию?

               — Да. Это возможно. Нам придется подружиться с монахами Новой церкви и чаще с ними общаться. Люди так устроены, что, столкнувшись со страшным или непонятным, они хотят пожаловаться или посоветоваться. Так что про новые проекты Трофима мы обязательно узнаем от пострадавших. Как узнали о виртуальных приключениях Филимонова.

               — Правильнее всего было бы поставить Трофиму программную заглушку, запрещающую ему появляться на Земле, — сказал Горский.

               — Хорошая идея. Сделай.

               Во вторник пришел сигнал из Туманности Андромеды о том, что Трофим снова воспользовался Филимоновым.

               — Как так получается, что сигнал из Туманности Андромеды приходит к нам мгновенно? — спросил Горский.

               — Мы получаем сигнал из мозга Филимонова, а он сейчас находится в столовой нашего Института, — ответил Зимин.

               — Да, конечно. Я знаю. Но к этому трудно привыкнуть. Мы навестим наших путешественников?

               — Обязательно.

               Не было ничего удивительного в том, что они оказались в самом известном Трофиму месте Туманности Андромеды: в большом зале Столичного Хранилища предметов искусства и культа планетки, придуманной однажды им для своих текущих дел. Инопланетян, бродящих по залу с экспонатами в руках, на этот раз было немного. Обнаружить Трофима и Филимонова оказалось нетрудно. Они стояли возле огромной статуи Микроба освободителя и разговаривали о своих секретных делах. Трофим успешно изображал дядю Федора.

               — Я принес вам деньги, — сказал дядя Федор.

               — Какие деньги? — испугался Филимонов.

               — Это оплата за передачу нашей секретной службе важных сведений о развитии человеческой цивилизации.

               — Но я ничего не передавал.

               — Это потому, что пока не верили, что предательство будет хорошо оплачено.

               — Мне ваши деньги не нужны!

               — Я думал об этом. Действительно, деньги — это не надежно. Но на этот раз я приготовил кучку бриллиантов и кусочки золота.

               Разговор продолжался довольно долго. Трофим был хорошим психологом. И вот наступил момент, когда Филимонов стал убеждать дядю Федора в том, что он не знает никаких секретов. Ну, чтобы тот от него отстал. Но это только придало беседе новую динамику.

               — А давайте, я сам буду решать, знаете ли вы что-нибудь важное или нет, — настойчиво повторял дядя Федор и ласково улыбался. — Вы говорите, рассказывайте, а уж за что вам заплатить, я решу сам.

               Зимин и Горский наблюдали за славной парочкой с большим интересом.

               — Похоже на свидание двух сумасшедших, не правда ли? — спросил Горский.

               — Такое поведение многое объясняет.

               — Например?

               — Ты уверен, что дядя Федор — это тот самый Трофим, о котором нам рассказывал Уилов? — спросил Зимин.

               — Да. Думаю и Иван Петров это он. Кто же еще?

               Они переглянулись и засмеялись.

               — Он похож на инопланетянина? — спросил Зимин.

               — Нет.

               — Получается, что мы сейчас наблюдаем за примером любительского психопрограммирования. Использование точечной ложной памяти в личных целях.

               — Самородок, значит. Как же он это делает?

               — Мне кажется, что его метод — дальнейшее развитие традиционного гипноза. Трофим научился внушать людям мгновенные ощущения. Скажем, создает у объекта ощущение, что его защищает мощное силовое поле, что его пилюли дарят людям долголетие и избавляют от всех болезней. Еще какие-то подобные эффектные штучки. Его главное достижение — умение проникать в чужие сны и способность управлять ими. А еще, конечно, заставлять людей видеть сны наяву.

               — Парень — молодец, столько лет водил за нос наших мудрецов.

               — Я уверен, что все это время он сочинял главный труд своей жизни, книжку под броским названием «Теория абсолютного зла». Обязательно надо будет ее прочитать, книга может получиться забавной, — Зимин улыбнулся.

               — Мы сейчас прекратим это безобразие, и лишим его возможности закончить работу над текстом, — сказал Горский с иронией.

               — Придется ему придумывать окончание самому, это прибавит тексту правдоподобия.

               Славная парочка продолжала ворковать. Дядя Федор умело вовлекал несчастного Филимонова в шпионские сети, отдавая за любой произнесенный звук маленькие кусочки золота. Прикармливал.

               — А вдруг мы ошибаемся, и он — на самом деле инопланетянин? — спросил Горский.

               — Сейчас проверим.

               Они подошли к переговорщикам.