Владимир Моисеев – Астрономы идут (страница 41)

— Взаимовыгодный обмен. Вы — мне. Я — вам. А ведь не сговаривались! Хорошо получилось. По-человечески.

— Пожалуй, вы правы. Впрочем, я сомневаюсь, что вы расплатитесь со мной в ближайшие сто лет.

Глава 20

Арестованные

Конечно, Айрис говорила, что в плену Андрею ничего не будет грозить. Однако это была всего лишь догадка, основанная на разумном предположении. Якобы, он нужен королю Генриху и его людям живым, чтобы заниматься астрономией. Может быть, это действительно было так. Но Андрею от этого легче не было. На его счастье, в Монастыре не было тюремных казематов, так что поместили его в собственную келью, предварительно изъяв два ножа и небольшой топорик, которые Андрей использовал в хозяйстве. Если бы не стражник за дверью, можно было подумать, что ничего в его существовании не изменилось. Отличие было одно — ему не надо было по утрам ходить на работу в библиотечную келью. И никаких людей кроме стражника он больше не видел. Андрей даже не знал, что случилось с Айрис и другими бойцами.

И вот на третий день его заключения, дверь открылась и появилась Марфа. Она была очень довольна собой, без лишних слов бросилась к Андрею на шею и прошептала в ухо радостно:

— Живой! Как это здорово!

— Я тоже рад тебя видеть.

— Теперь все будет хорошо.

— Как тебя пропустили?

— Не поверишь, но я узнала о том, что тебя привезли в Монастырь от человека по имени Фрол. Он нашел меня и сообщил, что тебя держат в плену. Дальше все получилось само собой, ты же знаешь, что я умею пронзительно ныть противным голосом. Если дело пустяковое, то мне обычно удается добиться нужного результата.

— Что же ты ему сказала?

— Сказала, что ты весь запаршивел в своем долгом путешествии, тебе бы помыться, как следует, да и одежду сменить не помешает. А я твоя прачка, это моя работа, — следить, чтобы от тебя воняло не больше, чем от других. Сказала, что сам ты о таких вещах позаботиться не можешь, потому что образованный, тебе не до пустяков.

— Ты не резвись и выбирай слова, когда про астронома говоришь.

— Да я знаю. Я же так не думаю. Это я обманула врагов.

— Каких врагов?

— Люди, которые взяли тебя в плен — для меня враги. Проклятые негодяи.

— Это правильно. Но я до сих пор не знаю, кто меня захватил. Думал, что это люди из Замка. Но привезли меня в Монастырь. Ничего не понимаю.

— Неужели ты ничего не знаешь? — удивилась Марфа.

— Это я тебе и пытаюсь сказать.

— Сейчас я тебе все расскажу.

Сначала, как и подобает образованной женщине, она поведала о том, что проплакала весь день после отъезда отряда в экспедицию за книгой.

— Почему это? — удивился Андрей.

— Не случившееся иногда ранит сильнее.

— Перестань говорить загадками.

— У меня были причины печалиться. Ты отправился в опасное путешествие, тебя могли убить. А еще ты все время будешь рядом с высокочтимой Айрис. Я никогда раньше не думала, что способна ревновать так сильно.

— Да сколько можно, все уже обсудили десять раз.

— А мне мало. Она великая. Говорят, что в нее влюблен сам магистр.

— Ты перемудрила.

— Как будто я ничего не вижу. Иногда мне кажется, что ты все-таки влюбился в свою Айрис. Ты же на нее без восторга смотреть не можешь. Представляю, как вы там на лошадках разъезжали и языками трепали о всяких пустяках. Неужели ты думаешь, что она одна из прежних?

— Это я тебе сказал, или сама догадалась?

— Ты говорил.

Андрей внезапно понял, что если бы Айрис и в самом деле была из прежних, то это многое объясняло бы не только в ее поведении, но и в его отношении к ней.

— Ты знаешь, а я бы не удивился.

— Вон как обрадовался! — возмутилась Марфа. — Тебе приятно, что про твою Айрис разные красивые слова говорят?

— Есть вещи, которые мы пока еще не готовы понять.

— Зачем же ты оправдываешься, если у вас все так невинно?

— Прекрати. Не придумывай. Лучше расскажи, что произошло в Монастыре после того, как мы отправились в за книгой. Мне нужно знать, чтобы решить, как вести себя дальше.

— Так бы и сказал.

— Я так и говорю. Начни свой рассказ с того момента, когда ты перестала плакать.

— Лучшее успокоение — работа. Нам об этом еще в Резервации долго и нудно рассказывали наставники. А я запомнила. И знаешь — помогло. Так что я пропустила момент, когда наемники из Замка захватили Монастырь. Все произошло очень быстро.

— Разве д'Иванов не организовал сопротивления? Бои были? Монастырские люди сражались?

— Ни о каком сопротивлении мне ничего неизвестно. Потом подруги рассказали, что наемники проникли в Монастырь под видом торговцев. И когда начался штурм, они достали свои длинные мечи, и оказалось, что все важные объекты под их контролем. Наши славные бойцы не успели пошевелиться, а на них уже направили оружие. До крови дело так и не дошло. Даже магистра Захария захватили без боя. Он протестовал, но это не помогло.

— Магистр Захарий попал в плен?

— Это я могу подтвердить. Об этом объявили.

— А что д'Иванов?

— С ним все в порядке. Жив-здоров. Готовится стать новым магистром.

— Как это?

— Вот и мне это показалось странным. Наверное, его били и принуждали. Но почему он сразу согласился? Мог бы для порядка прикинуться обиженным и пострадавшим. Но он, вроде бы, даже обрадовался.

— Наговариваешь!

— А вот и нет! Он уже приходил на общее собрание прачек, сообщил, что под его руководством жизнь наша изменится самым чудесным образом. Никто из наших ему не поверил. Девчонки прозвали его сказочником. А я бы назвала пустым болтуном.

Стражник объявил, что свидание окончено. Пришлось Марфе уйти, но она обещала вернуться. Андрей загрустил. Ему хотелось верить, что ничего страшного в том, что его задержали, нет. Наверное, сначала так и было. Честно говоря, Фрол, которому они с такой готовностью сдались, был мало похож на варвара и агрессора. Он был странным и заносчивым, можно было подумать, что он играет в какую-то игру, смысл которой понять непосвященному в детали человеку трудно. Но теперь выясняется, что он действовал в интересах Замка, поскольку знал, что монастырская Обсерватория будет захвачена. Но зачем? С какой целью? Непонятно.

Предположим, король Генрих вдруг пожелал, чтобы в дальнейшем астрономия развивалась исключительно в Обсерватории Замка. В таком случае Андрей должен был заниматься звездным каталогом и читать пресловутую книгу под контролем людей из Замка, чтобы каждое его успешное действие приносило пользу исключительно династии Наблюдателей. Поиски покровителей еще никто не отменял. А вместо этого его привезли в Монастырь. Получается, что и книгу доставили в Монастырь? Это бессмысленно. Если бы отряд оставили в покое, книга бы все равно оказалась в Монастыре. Но произошло то, что произошло. Картинка не складывается, но, очевидно, что все происходящее совершается по четкому плану. Точнее, по нескольким планам. Получается, что людей, которые решают свои задачи, много. И цели у всех разные. Вот и выходит так криво.

Неприятно было думать, что и сам Андрей ввязался в эту историю со своим планом и своей целью. Ну да. Ему понадобился звездный каталог и астрономия. Вот такая у него игра. И, если знать правила, которые он для себя однажды придумал, оказывается, любые его дальнейшие действия довольно легко предсказать. Легко. Если заранее знать про каталог и астрономию. О себе Андрей знал, а о других — нет. Вот, например, Фрол. Что за человек?

До тех пор пока Фрол изображал из себя образованного странника, с ним было интересно разговаривать. А вот когда выяснилось, что его работа — тупо отстаивать интересы династии Наблюдателей, Андрею немедленно расхотелось с ним общаться. После пленения они больше не разговаривали. Единственное, что Фрол сказал уже в Монастыре: «Готовьтесь, я еще вами займусь».

Была ли это угроза, предупреждение или своеобразное проявление доброго отношения понять было сложно. Эти слова можно было понять по-разному. Честно говоря, этот непонятный Фрол Андрею нравился. Он знал о книге, даже помнил ее точное название: «Справочник любителя астрономии», понимал, как изменится все вокруг, когда наблюдения за небом станут наукой астрономией. Догадывался, что наука, распространение которой на все стороны жизни нельзя будет остановить, не всегда пироги и плюшки, а иногда беды и испытания. Наверное, думал и о том времени, когда объявятся, наконец, прежние люди, которые почти наверняка и есть предполагаемые покровители. Андрей не сомневался в том, что Фрол очень серьезно относится к «Обещанию святого Иеронима». И готовится не только к наступлению прекрасной новой жизни, но и неминуемым проблемам, которые принесут с собой прежние люди. Обсудить с ним эти проблемы было бы интересно. Но Фрол не исключал, что естественное развитие астрономии как науки может быть запрещено. Именно поэтому Замок и решился захватить Монастырь. Не всем нравится, что наука будет развиваться свободно и безнадзорно.

Вот если бы удалось узнать, о чем Фрол думает? Но как это сделать, не общаясь с ним? Проще всего посчитать его врагом. Но что-то подсказывало Андрею, что это не так или не совсем так. Его удивляло то, что Фрол никогда не говорил о будущем Монастыря и Замка. Как будто его это совсем не интересовало. Заниматься текущей политикой он явно не собирался.

В обнаруженных на месте раскопок листках иногда упоминалась редкая даже для прежних людей способность читать чужие мысли. Называли это умение телепатией. Считалось, что у некоторых людей мозги работают слажено, особенно, если они думают об одном и том же. Они даже могут изредка передавать друг другу важную информацию. Все это Андрей вспомнил, когда дверь в его келью открылась, и на пороге появился Фрол. Будто бы почувствовал, что Андрей о нем задумался.