Владимир Маяковский – Стихотворения (страница 3)

и до-о-о-о-лго хихикала чья-то голова, выдергиваясь из толпы, как старая редиска.

Нате!

Вокруг «Крокодила» компания ходила. Захотелось нэпам, так или иначе, получить на обед филей «Крокодилячий». Чтоб обед рассервизить тонко, решили:     Сначала измерим «Крокодилёнка»! — От хвоста до ноздри, с ноздрею даже, оказалось — без вершка 50 сажен. Перемерили «Крокодилину», и вдруг в ней — от хвоста до ноздри 90 саженей. Перемерили опять: до ноздри с хвоста саженей оказалось больше ста. «Крокодилище» перемерили     ну и делища! — 500 саженей! 750! 1000! Бегают, меряют. Не то что съесть, времени нет отдохнуть сесть. До 200 000 саженей дошли, тут сбились с ног, легли — и капут. Подняли другие шум и галдеж: «На что ж арифметика? Алгебра на что ж?» А дело простое. Даже из Готтентотии житель поймет. Ну чего впадать в раж?! Пока вы с аршином к ноздре бежите, у «Крокодила» с хвоста вырастает тираж. Мораль простая — проще и нету: Подписывайтесь на «Крокодила» и на «Рабочую газету».

А все-таки

Улица провалилась, как нос сифилитика. Река – сладострастье, растекшееся в слюни. Отбросив белье до последнего листика, сады похабно развалились в июне. Я вышел на площадь, выжженный квартал надел на голову, как рыжий парик. Людям страшно – у меня изо рта шевелит ногами непрожеванный крик. Но меня не осудят, но меня не облают, как пророку, цветами устелят мне след.