Владимир Малый – Великие Игры 3.0 (страница 7)
– Вот я не пойму, уважаемый Женя: то ли ты дурень, каким и выглядишь, но с гениальными эпизодическими просветлениями, то ли достаточно умный человек, на кого уж совсем не похож, чтобы только казаться дураком?
– И для чего же мне казаться дураком? – улыбнулся я, с интересом ожидая ответа.
– Чтобы спроса было меньше, чтобы занизить ожидания на свой счет, чтобы усыпить чью-то бдительность – вариантов масса!
– А, может, все вокруг просто плохие физиономисты, а я самый обычный человек?
– Женя… уважаемый Женя, совпадений ведь не бывает. Не появляется просто так перед самым началом Игр «обычный» человек, чьи идеи формируют фундамент для постройки новых институтов в самых разных сферах нашей ранее неспешной жизни. Если честно, я подумываю, что ты кем-то и как-то заброшен к нам, чтобы обеспечить безболезненный и быстрый переход общества от магии к науке. Или скажешь, что я не прав?
– Скажу, что, скорее всего, ты далек от истины. А с уверенностью могу заявить только одно: конкретно я против магии не имею ничего. И если будет шанс как-то повлиять на укрепление ее позиций, то я им постараюсь воспользоваться.
– Ох, Женя, что-то уж больно подозрительно ты все больше и больше становишься для меня «Уважаемым», – покачал головой Хрюн, – и весь мой жизненный опыт вкупе с интуицией подсказывает, что это еще далеко не конец…
– Дружище Хрюн, цыплят, как говорится, по осени считают; так что давай сначала победим в Великих Играх, выгодно женим Флина…
– И тебя! – быстро подсказал Хрюн продолжение фразы.
– … и меня, – не стал я перечить напарнику перед ответственным совместным мероприятием, – и тебя, и Гарра, и Стуна – всех женим, а потом уже будем спасать целый мир от засилья науки, которое я же сам и спровоцировал. Договорились?
– А почему: «по осени»? – уточнил Хрюн, пытливо заглядывая мне в лицо.
– Что? – не понял я.
– Почему цыплят по осени считают?!
Я задумался на несколько секунд, перебирая в голове версии ответов, стараясь выделить одну наиболее вероятную.
– А вот когда ты пытаешься думать, – прервал мои размышления Хрюн, – я вижу, что все мои опасения напрасны!
Сказал и тут же отскочил в сторону, опасаясь праведного подзатыльника.
Так и мы дружески и переругивались до самой стены, где нас ждали уже готовые к выходу спецназеры. И было их ровно в два раза больше, чем мы изначально договаривались.
– Мне кажется, что чем больше толпа, тем проще ее заметить, – тихо поделился я своими опасениями с Хрюном.
– Да это я просто забыл тебе передать сообщение от Флина, – признался библиотекарь, – часть ребят просто выйдут с нами, а дальше уже пойдут по своему заданию, о котором кроме них никто не знает, на случай попадания в плен тебя, меня или любого члена отряда, что пойдет прикрывать нас.
– Хорошо, – кивнул я, – ты не забыл взять у Флина маскировочный амулет?
– Ха! Мне Гарр сделал именной! Он и меня скрывает и весь мой арсенал!
Вот оно как: пока я либо помогал женщинам украшать улицу или просто слонялся без дела, все работали в поте лица. Так из меня скоро получится идеальный руководитель: нарежу всем задач, а сам буду сидеть и глубокомысленно ковырять в носу!
Пока командир инструктировал сначала одну, потом другую группу (так, чтобы никто посторонний не слышал) со стены постепенно спускались стражники и устраивались дремать где-нибудь неподалеку.
Никого это не удивляло, так как все происходило по плану. Враг из своего лагеря должен был видеть, что часть людей понемногу, незаметно покидает стену.
Тем временем на противоположной стене, что выходила на обрывистый берег реки, наоборот понемногу возрастала полускрытая активность.
С минуты на минуту представитель нашего Города потребует от представителей третьей силы присутствия на проведении публичного испытания нового оружия массового поражения живой силы противника.
Поскольку все уже и так на ушах от наших нововведений, то проблем с организацией наших показательных выступлений не будет.
А как только они закончатся, а произойдет это почти на закате, за дело примемся мы и наши товарищи на другом конце города.
О! А вот и стрела, говорящая представителям третьей стороны во вражеском лагере, что сейчас к ним прилетит почта.
Думаю, что минут через пять мы все увидим ответный выстрел – знак согласия.
Но на деле не понадобилось даже и пяти минут. Стрела над вражеским лагерем, а потом и звук горнов и барабанов с обеих сторон, извещающий о кратковременном перемирии и быстром сборе групп представителей.
Все, кто имел непосредственное отношение к операции, были предупреждены о таком возможном развитии событий. Остальные жители догадывались, что будет происходить что-то значительное, но полной картины в мельчайших деталях уже не знал даже я. Поскольку все мелочи в планах обычно летят к чертям еще даже до начала операции.
Я же сейчас был, пускай и очень важным, но, все же, только одним из многих механизмов, запущенной и уже во всю работающей махины.
Группы представителей еще только начали общаться посредине поля между Городом и вражеским лагерем, а место испытания нового оружия уже огораживалось при помощи кольев и выкрашенной в ядовито-оранжевый цвет веревки.
Делалось это нашими представителями, но им на помощь тут же поспешили жители города научников. Они уже готовы были проиграть Игры, лишь бы увидеть побольше нового и дождаться момента, когда победители поделятся с ними этими технологиями.
Наши ребята здорово обрадовались помощи, так как площадка была серьезно загрязнена продуктами жизнедеятельности степных лошадей.
Сами же кочевники явно нервничали. Несколько их разъездов без всякой видимой цели скакали то в одну, то в другую сторону, поднимая клубы пыли с утоптанной, уже лишенной всякой растительности земли.
– Нервничают! – услышал я из-за спины хорошо знакомый голос. – Они же, между нами говоря, совсем дремучие: кроме своих лошадей и луков ничего нового не признают!
– Привет Стинк! Рад видеть тебя в добром здравии! – улыбнулся я начальнику караула. – А как же их новые стрелы? Я слышал, что это прямо-таки новинка из новинок, еще и без магии там не обошлось.
– Так в нее они тоже верят. Видать, нашли какую-то лазейку. Может, у них там в степях, какой источник энергии открылся, вот они и подготовились к Играм. А так кочевник всегда надеется, что лук не подведет, да лошадь вывезет. На то, я краем уха слыхал, у нас и расчет!?
В голосе стражника прозвучал едва различимый вопрос.
– А вот сейчас все сами и увидим! – заговорщически подмигивая, ответил я ему.
– Увидим, как же! – рассмеялся Стинк. – Как обычно все ночью будет! Потом столько денег потратишь, слушая россказни в кабаке от непосредственных участников, что и рад уже не будешь!
Я уж было хотел ответить, но голос перекрыл уже знакомый всем пронзительный звук, издаваемый десятками детских свистулек!
Глава 5. Понеслась!
Первыми на этот звук отреагировали конные разъезды: хитрые кочевники использовали наши показательные выступления, как возможность проведения тренировки в условиях, близких к игровым. Как только группа всадников слышала пронзительный свист, конный отряд тут же рассыпался – каждый всадник старался в кратчайшее время оказаться как можно дальше от любого из своих товарищей.
А что, не самый плохой вариант противодействия потенциальному оружию массового поражения, которое мы сейчас и начнем демонстрировать во всей красе.
В этот раз конкретной цели у нас не было – работали просто по площади.
В этот раз налет был организован при участии двух имеющихся у Города магов-погодников. Эти ребята сегодня вообще правили бал, потому что на их умение было поставлено, если не все, то многое.
Первыми пошли два шумовых планера, которые к всеобщему изумлению не скрылись в направлении леса, а, дав большой круг, вернулись в пределы городских стен.
– А я видел, как на главной площади растягивали рыболовные сети, – шепнул мне Стинк, – теперь понятно, что они ловить собирались, а то я уж подумал, что наши погодники перетрудились.
Но отвечать было некогда – дальше пошло настоящее шоу.
Теперь к периметры вытоптанной земли, обозначенному лентами, тяжело планировали два груженных мукой бомбардировщика.
Мельникам при изготовлении муки пришлось постараться, чтобы она была мелкой как пыль. Но они сделали все, что требовалось.
Потом, не особо доверяя мелким местным испытаниям и моим не самым убедительным заверениям, что «и так должно рвануть…», молодой городской маг, заигрывающий со стихией огня, поколдовал над каждым из кулей. И вот сейчас эти мешочки начинали расползаться, а мука – постепенно высыпаться из них, формируя двухполосное плотное густое облако.
Как только полегчавшие планеры отлетели на достаточное расстояние и, ведомые погодниками, начали поворот к Городу, со стены пустили несколько зажигательных стрел.
Я, конечно, как дитя своей эпохи, скорее обрадовался, чем удивился, а вот местные ребята, слышавшие про подобное только в байках про старых волшебников, были в шоке и священном ужасе. Подвешенная в воздухе, да еще вдобавок и обработанная магом-пироманом мука горела так стремительно, что это действительно можно было засчитать, как взрыв. К черту неуверенность: это был самый настоящий взрыв. Даже волна взрывная была! Да и визуальные эффекты были ошеломительными сверх всяких ожиданий. Ослепительное пламя резало глаза, вмиг раскалившийся воздух дрожал, весь мир, казалось, содрогнулся от ярости стихии…