Владимир Малый – Дозор свободного посещения (страница 6)
- …иначе завтра тебе будет очень плохо.
В ответ я, самодовольно и даже самоуверенно улыбаясь, отрицательно мотаю головой. От чего мир будто срывается с цепи и резко уходит куда-то вправо, а меня, вполне логично клонит влево настолько, что приходится даже стать на одно колено и опереться рукой об пол.
Дабы окончательно не потерять лицо я громогласно объявляю Анне, что она сегодня «просто сногсшибательна!».
Дальше – ничего связного.
7
«Утро» и «расплата» - определенно могут быть словами синонимами. Хотя, если просыпаться днем, а не утром, то данное утверждение можно оспорить. Но телефонный звонок раздался именно утром. Мелодияиграла долго и нудно, была незнакомой и громкой. Я раздраженно, боясь сделать лишнее движение раскалывающейся головой, на руках приподнялся с кровати, чтобы в пространство комнаты задать вопрос, кто оглох и не слышит свой телефон, как понял, что это подал голос мой охранный амулет.
- Да, - еле слышно, хриплым голосом ответил я незнакомому номеру.
- Это Сергей Петрович, - донеслось из трубки, - запиши этот номер. С сегодняшнего дня с девяти утра по будним дням ты официально будешь работать «на кафедру», посещать будешь только те занятия, которые сочтешь нужными. Все вопросы по обоим видам обучения задашь нашему кафедральному лаборанту. Этот номер впредь использовать только для экстренной связи. Отбой.
- Что? – вяло переспросил я. – Но Сергей Петрович уже завершил разговор.
Прислушавшись к себе, я нашел абсолютно все признаки похмелья. «Значит, вчера было вот прямо хорошо!» - мелькнула в голове язвительная мысль.
Ища глазами воду, я заодно пытался высмотреть и свои вчерашние штаны. В итоге, не нашел ни того, ни другого. Пришлось брать с полки последние (летние) чистые джинсы и уже в них идти пить и, заодно, умываться.
Поравнявшись по пути с дверью комнаты Ани, я, как будто, уперся в мягкую, но тугую стену. Чтобы не потерять равновесие, пришлось схватиться за дверную ручку. Ладонь тут же словно приросла к ней, а меня затрясло, как неосторожного электрика в трансформаторной будке. Ощущения, если и были приятнее, чем удар током, то не на много. Зато, когда все закончилось, и рука оказалась свободной, выяснилось, что мое похмелье по-английски покинуло и голову, и весь организм. Прислушиваясь к себе, я невольно затаил дыхание, потом, не обнаружив ни следа отравлений, облегченно выдохнул и бодрой уверенной походкой буквально долетел до туалета.
По пути я все ж успел отреагировать на писк нового телефона (а кто нынче ходит в туалет без него?!).
«Можешь не благодарить!» - писал мне в мессенджере очередной незнакомый номер с лицом Ани на аватарке.
«Хорошо, не буду!» - подумал я, кладя телефон в карман. Конечно же, я хотел завязать диалог, но помнил наставление Пушкина и старался сохранять сдержанность по отношению к Ане, уже хотя бы потому, что не известно еще, кто из местных красоток окажется со мной одной крови. Возможно, кое-кому предстоит славная охота!
Снова пропищал телефон:
«Гормоны заставляют тебя слишком громко думать, особенно, когда ты сжимаешь в руке амулет, - висело сообщение от Белого в чате нашего иного этажа, куда меня только что добавили, - на обратном пути заскочи ко мне – помогу на амулете выставить порог закрытости мыслей повыше».
Я тихо выругался.
Нашего кафедрального лаборанта я нашел в дальнем углу лаборатории за неизменной кружкой чая.
- Светлый Роман, - не поворачивая в мою сторону головы, произнес он, - Сергей Петрович меня предупредил. Вот тебе список ответов на часто задаваемые вопросы.
Лист он протянул мне, все так же, пристально разглядывая содержимое своей кружки.
Взяв в руки бумагу, я увидел на ней одинокий черный квадратик – QR-код. Поскольку дальше лаборант (не могу вспомнить его имя, как ни пытаюсь) продолжал упорно игнорировать мою скромную персону, я достал телефон и стал сканировать код.
- Что за малек пошел: один тупее другого! – отреагировал на мое движение этот любитель чая. – Амулетом пользуйся! Выкинь эту дрянь. От нее фонит примитивной темной магией: устройство теперь не починить, не почистить.
- Выбросить всегда успею, - буркнул я в ответ, - амулет как выдали, так и заберут, а этот телефон мой. И пока он включается, я его не выброшу.
- Или дурак, или Плюшкин, - наконец, удостоил меня взглядом собеседник, - даже и не знаю, что хуже.
- Хуже, - нахмурился я, - хамски вести себя с незнакомыми людьми.
- Во-первых, ты не Человек, - закатил глаза лаборант, - во-вторых, привыкай, что собеседники не станут впредь пасовать перед твоей физической силой и молчать в ответ на явную, хоть и не высказанную, угрозу, потому что в нашей среде ты тот еще задохлик. Мне, чтобы обойти действие твоего охранного амулета, потребуется не больше секунды!
- Мне, - сделал я шаг, приближаясь к нему на расстояние вытянутой руки, - потребуется вдвое меньше времени, чтобы сейчас выключить тебе свет. Посоревнуемся?..
- АлОм! – глядя мне в глаза, произнес лаборант непонятное слово, ставя ударение на второй слог.
- Что? – несколько растерялся я.
- Альфа и Омега в одном лице, - пояснил мой визави, - АлОм! Это очень хорошо, для такого свежего светлого, есть вероятность, что ты обойдешься без соплей и сразу примешься за учебу и работу.
- А что хоть за работа? – уточнил я.
Но лаборант лишь молча ткнул пальцем в QR-код и вернулся к своей чайной кружке, полностью перестав обращать на меня внимание.
Уяснив, что больше вводных мне не дождаться, я вышел в коридор, уселся на ближайший свободный подоконник и углубился в чтение ответов, на часто задаваемые вопросы. Вопросов было много.
Много наивных и даже откровенно глупых вопросов с очень многословными ответами. Поэтому читать пришлось выборочно. Несмотря на обилие «воды», чтение оказалось увлекательным, я и сам не заметил, как досидел до окончания пары. Коридор наполнился голосами и, собственно, персонами студентов. Переждав перемену, я быстро нашел свободную незапертую аудиторию и принялся за чтение уже куда более основательно.
С детства любил сказки! И вот, пожалуйста, с головой окунулся в одну из них: передо мной радуга из сладкой ваты на все небо! Правда, у всех окружающих есть опасения, что у меня вот-вот зубы разболятся… но мнение окружающих – буде оно не совпадает с моим – всегда мало меня беспокоило!
Пробежавшись исключительно по интересующим меня вопросам, я узнал, что, если пожелаю, смогу перейти на режим свободного посещения занятий (там была заметка, что если я отчислен, то меня без проблем восстановят; видимо, фокус с отчислением здесь довольно распространен), буду допущен к сдаче всех предметов экстерном вплоть до получения диплома.
«Однако! – подумал я. – Народ тут явно не хочет, чтобы инициированные долго раскачивались, живя нормальной человеческой жизнью. Видимо, эксперимент, проводимый под девизом: «Ребята, давайте жить дружно!» обязан быстро набирать обороты».
Выходило, что всей правды не писали и в ответах на вопросы. Из них косвенно, но ясно следовало, что, пройдя инициацию, Иной из массы марионеток переходит в группу кукловодов.
Но, если исходить из моих кратковременных наблюдений, лично я перешел из стана марионеток обычных в толпу марионеток просвещенных. Меня ведь аккуратно, но требовательно ведут по конкретной много раз обкатанной схеме, порционно выдавая знания, умения, материальные блага. И я, как ослик, у которого машут морковкой перед носом, трушу себе в выбранном кем-то направлении…
Стоп! Что это я? Неужели, это я все-таки рефлексирую? Причем, в беспросветно негативном ключе. Выходит, правда, что, если человеку сто раз сказать, что он свинья, на сто первый раз он захрюкает.
Все-все-все, нужно с этим заканчивать! Надо больше действовать, чтобы на упаднические мысли оставалось меньше времени! На школьные занятия я уже минут двадцать, как опоздал, значит, сегодня они пройдут без меня, ибо некрасиво начинать учебу с опоздания! А пойду я в деканат и посмотрю, как и по какому шаблону меня там восстанавливают.
8
Но туда я тоже не попал: чуть ли, не у самих его дверей меня перехватил сосед Серега.
- С-е-е-е-ры-ы-й! – выпучив глаза и тряся меня за плечи, громогласным шепотом возопил он. – Ты не отчислен! Это был проект приказа! В оригинале тебя не-е-е-т!!!
Изобразить удивление и восторг было несложно, потому что я, правда, обрадовался и новости, и тому как воспринял все это мой товарищ.
- Ну, дружище, - отреагировал я, - с меня персональная поляна для тебя, как для гонца, принесшего благую весть!
- Да, глупости все это! – возразил Серега. – Ты мне лучше вот что скажи: деньги же, которые ты планировал на восстановление тратить, теперь, получается, подзависли?
Я сразу понял, куда ветер дует. Сергей был активным участником одной из местных агитколонн в части оказания помощи нашим бойцам, как на передовой, так и в госпиталях. Он постоянно был на связи с разными группами, фондами и одиночками, оказывающими разнообразную поддержку военным и мирному населению. Парень постоянно собирал то деньги, то вещи, то отчеты по всему уже собранному и переданному…
Он и сам собирался идти добровольцем, но в деканате (в коем-то веке) подумали и предложили альтернативу. Вместо академического отпуска – трудоустройство на четверть ставки в местном НИИ, где, по слухам, полным ходом шла разработка необходимого фронту образца военной техники.