Владимир Малыгин – Небо на руках (страница 22)

— Смотрю, для вас никаких авторитетов не существует, Николай Дмитриевич? Не так ли? — полковнику надоело меня разглядывать. И очередной вопрос он уже задал совсем другим тоном, в его голосе звучало явное любопытство.

Резкий поворот в разговоре меня не смутил и не сбил с толку:

— Почему же, существует. Когда они действительно авторитеты, а не Бог знает что, — вздохнул.

— Значит, вы считаете, что Корпус и мои погоны Бог знает что? — сделанное полковником заключение меня не удивило. Ждал чего-то подобного. Не получилось мытьём, попытается катанием на своём настоять и меня виновным во всех смертных грехах выставить.

— Передёргиваете, Константин Романович, — укоризненно посмотрел на полковника. — При чём тут Корпус и вы? И вообще, не довольно ли пустых разговоров? Меня, между прочим, великий князь с супругой ожидает.

— Хорошо, вы правы, не стоит заставлять ждать их высочества, — согласился полковник. — Но к этому разговору мы ещё вернёмся.

— Вернёмся, вернёмся, — согласился. — Потом…

И уже про себя добавил — «может быть…»

Ожидаемым результатом этих воздушных покатушек стало неудержимое желание Николая Константиновича в обязательном порядке заиметь для своих нужд точно такой же летательный аппарат, как и у меня.

— Да поймите же, Николай Дмитриевич, — заметно горячился обычно спокойный великий князь. — Вы же сами видели, какие здесь огромные и безлюдные просторы. Порой за целый день пути никого не встретишь. Железную дорогу только-только до Самарканда довели. А как ваши люди добирались от железнодорожной станции до Душанбе? Они вам рассказывали? Нет? Не захотели, выходит, расстраивать. Поверьте, это то ещё приключение. Ведь здесь к бездорожью добавляются жаркое солнце и практически полное отсутствие воды. Нет, без самолёта мне никак нельзя.

Скажем откровенно, я и не сопротивлялся особо такому желанию. Деньги мне никогда лишними не будут. Опять же, понравился мне Николай Константинович своей целеустремлённостью. И всем тем, что он для этого города и края сделал. И, надеюсь, сделает ещё и ещё. С моей скромной помощью.

— Понимаю и не противлюсь вашему замечательному желанию, — улыбаюсь Надежде Александровне и её супругу. Чем больше улыбаюсь, тем разговор у нас с великим князем легче идёт. — Есть лишь одно «но». Каким образом ваш самолёт доставить сюда из столицы?

— Да точно так же, как вы сюда добирались, — подливает себе охлаждённого белого вина в высокий хрустальный бокал великий князь. Мне тоже предлагал, да я сразу отказался. И не люблю это дело, и мало ли, вдруг куда-нибудь потребуется лететь?

— А кто будет сопровождать груз? Без сопровождения не гарантирую его целостность, знаете ли.

— Да, с сопровождением у нас беда, — нахмурился Николай Константинович. — Но я что-нибудь обязательно придумаю.

— А управлять? — задаю ещё один важный вопрос. — Управлять самолётом кто будет?

— Управлять? — переспрашивает князь, переглядывается с супругой и задумывается.

Надежда Александровна в разговор мужчин не вмешивается, больше помалкивает, лишь переводит взгляд с мужа на меня и обратно. А тут не выдержала, воспользовалась моментом, пока муж думу думал:

— Николай Дмитриевич, а почему бы вам не научить Николая Константиновича управлять этим вашим самолётом? С автомобилем же он отлично справляется?

— А действительно, почему? — переспросил еле слышно сам себя и задумался. Ведь ничего не мешает, кроме непонятного поведения нашего полковника. Впрочем, если генерал не будет противиться, то Изотов и слова не скажет супротив.

Так и сказал, и про Изотова не забыл, и про обязательную учёбу в свободное от заданий Ионова время. Напрасно я думал, что мои новые знакомые, друзьями их называть несколько опрометчиво, упрутся и начнут «качать права». Нет, согласились с моими доводами и тут же пообещали утрясти все эти мелочи. Так и сказали:

— Полноте, Николай Дмитриевич, не забивайте свою голову подобными мелочами, они того не стоят. Мы всё решим…

И они решили!

До приезда нашего отряда из Душанбе я все дни посвящал обучению великого князя. Сначала теоретическому, а потом и практическому, в кабине. Быстро? Ничуть. Ни в какую аэродинамику, теорию полёта или ещё какую премудрость мы не углублялись. Просто основы. И всё. Если скажу, что вводная лекция по основам заняла у меня чуть больше часа, вы поверите? Нет? А зря!

Вот в кабине и просидели значительно большую часть отпущенного нам до приезда отряда времени. Николай Константинович отрабатывал до автоматизма действия рулями по моим командам. Вверх — тянул ручку на себя, вниз — отдавал её от себя. Ну и так далее.

Но это всё просто, всё основное и главное покажет только практика. Именно тогда станет понятно, смогу ли я за столь короткое время чему-то научить великого князя…

Кстати, всё это время рядом с мужем непрерывно находилась его супруга. И прилежно выполняла все мои команды наравне с мужем. Правда, порой то и дело поглядывала на потолок и внимательно рассматривала пробоину.

Куда этот мир катится, если жена великого, пусть и опального, князя, собирается самостоятельно садиться за штурвал самолёта?

Изотов периодически наведывался на лётное поле. Возникал словно из ниоткуда, подходил к самолёту, приветствовал княжескую чету, внимательно наблюдал со стороны на проводимыми мной занятиями и так же незаметно испарялся. К продолжению памятного разговора со мной пока не стремился, ну и ладно.

После ставшего обязательным обеда в княжеском дворце возвращались к самолёту и продолжали тренинги. Вот вроде бы и времени всё это немного заняло, а вымотался я морально очень сильно. И в один прекрасный момент предложил на какое-то время сделать перерыв. Переключиться на другое. Например, прокатиться по городу, посмотреть на достопримечательности. Надежда Александровна отказалась, а Николай Константинович воспринял моё предложение с энтузиазмом и лично пообещал показать мне свой любимый город.

И уже в самом конце поездки, когда солнце клонилось к закату, я углядел нечто необычное.

— Николай Константинович, а это что? — указал на заинтересовавшее меня здание с примечательной вывеской над входом. — «У бабуленьки». Как интересно. Магазин какой-нибудь, наверное, с пряжей, тканями и мехами. Не так ли?

— Ах, это, — отмахнулся с пренебрежением его высочество. — Не обращайте внимания, оно вам не нужно.

— И всё-таки, что это такое? — заинтересовался, когда углядел выходящих из дома весьма симпатичных на мой взгляд барышень.

— Это? — переспросил Николай Константинович. Помолчал и всё-таки соизволил ответить. — Это тоже одно из тех дел, к которому пришлось приложить руку. Каюсь, без моего непосредственного участия здесь вряд ли появилось бы что-то подобное. Пришлось лично озаботиться здоровьем мужской части местного населения.

Великий князь обратил внимание на парочку выходящих офицеров и добавил:

— И молодых офицеров в том числе. Это дом терпимости…

Заметил мою заинтересованность и по-отечески посоветовал:

— Не советую, Николай Дмитриевич.

— Простите, что? — не расслышал я.

— Смотрю, вы заинтересовались? Так я не советую вам посещать это заведение.

— Почему? — не удержался от вопроса.

— Заведение в городе одно, а охочих до женской ласки мужчин в городе, да и не только в городе, много. Со всей округи приезжают.

— Да, вы правы, — отвернулся я. — Придётся воздержаться от посещения данного заведения, коли так.

— Да вы и впрямь огорчились, Николай Дмитриевич, — посочувствовал мне великий князь. — Не огорчайтесь. Устрою-ка я приём по поводу появления первого самолёта в наших краях. И вас приглашаю.

Улыбнулся мечтательно, вздохнул по каким-то своим, явно приятным воспоминаниям, и цинично договорил:

— На приёме познакомитесь с кем-нибудь, там будет из кого выбирать…

Казалось бы, времени до приезда отряда всего неделя была, а сколько событий успело произойти. И даже приём состоялся, и выбор на самом деле оказался богатый. Как мне чуть позже объяснил его высочество, в городе много вдовушек. И если соблюдать определённые условия, не афишировать и всячески держать в тайне закрутившиеся отношения, то можно подобрать подходящий для себя вариант и вполне неплохо проводить время.

А ведь князь большой ходок, подумал я…

К сожалению, времени уже не оставалось совсем. Прибыл отряд, и пришлось в срочном порядке быстрыми темпами доделывать ремонт самолёта. Причём основную часть людей вместе с имуществом гражданским и военным сразу же отправили дальше, в Фергану, пополнив предварительно запасы топлива, а со мной остались техники. Но и они почти все уехали буквально через день, благополучно завершив все работы. Остались двое, на всякий случай. А я пошёл на доклад к Ионову…

На следующий же день мы с Изотовым вылетели в Фергану. Лететь нам по времени чуть больше двух часов, поэтому дополнительные баки полностью не заправляли. Так, плеснули в них немного, чтобы на дне что-то плескалось из расчёта расхода на обратный маршрут. Ну а поскольку взлётный вес позволял, то мной лично было решено взять пассажиром одного из техников. Пусть прочувствует, что это такое, летать. При случае похвастается перед девушками.

Ну и ещё одну, свою, цель этим преследовал. Просьба великого князя обучить его лётной науке натолкнула на мысль — мне тоже нужны собственные пилоты. Не дело, когда кроме меня больше некому управлять самолётом. Поэтому выбор пассажира по этой же причине был вполне осознанный…