Владимир Малянкин – Тень в Белых ночах (страница 1)

Владимир Малянкин

Тень в Белых ночах

Глава 1. Премия и предупреждение

Приглашение пришло на бланке Императорского русского детективного клуба – организация столь же загадочная, сколь и почтенная. Варвара Петровна была номинирована на премию «За вклад в возрождение классического метода» за раскрытие дел в усадьбе Громова и в транссибирском экспрессе. Отказываться было невежливо, да и Татьяна Громова уговорила: «Тётя Варя, вам нужен пиар! Чтобы о ваших методах узнали, и вы могли помогать не только знакомым!».

Так она оказалась в Санкт-Петербурге, в дни белых ночей. Церемония должна была пройти в старинном особняке на Английской набережной. За день до неё Варвара Петровна, в сопровождении всё той же Тани (взявшей на себя роль секретаря и охранника), решила прогуляться по набережной Мойки.

Воздух был прозрачным и нереальным, свет – призрачным. У парапета у Певческого моста они заметили небольшую толпу и мигающие синие огни полиции. На гранитных ступенях, спускающихся к чёрной воде, лежало тело мужчины в дорогом костюме. Рядом с ним, аккуратно поставленный на камень, стоял крошечный горшочек с кактусом вида Astrophytum.

Ледяная рука сжала сердце Варвары Петровны. «Кактусовый рай». Первое дело.

– По предварительным данным, несчастный случай, – говорил молодой следователь, но в его глазах читалась неуверенность. – Господин Перепелкин, известный галерист, видимо, поскользнулся, ударился головой и упал в воду. Вытащили быстро, но…

– И кактус? – негромко спросила Варвара Петровна.

– А, это… странно. Он держал его в руке. Будто нёс кому-то в подарок. Или…

Варвара Петровна приблизилась, не обращая внимания на предостерегающий жест полицейского. Она наклонилась. В колючках кактуса был заткнут свёрнутый треугольником листок бумаги. Дрогнувшей рукой (впервые за долгое время) она извлекла его. Надпись была напечатана на принтере, строчкой из стихотворения Анны Ахматовой:

«Я пришла сюда, бездельница, // Мне ли весело цветенье // Этого острого кактуса…»

Под строчками – написанная от руки цифра «1».

– Это не несчастный случай, – сказала она так тихо, что услышала только Таня. – Это послание. Мне.

Вечером в её номер в гостинице «Астория» принесли конверт. Без марки, с надписью «Варваре Петровне Седовой – лично». Внутри – ещё один листок, с другой строкой, уже Блока: «Ночь, улица, фонарь, аптека…» И фотография. Старая, потрёпанная, из газетной статьи о деле в «Кактусовом раю». На ней был обведён красным кружком не её профиль, а лицо инспектора Прохорова, того самого, который вёл то первое дело.

Внизу фото была приписка: «Следующая остановка – аптека. Цена вопроса – память. Ждём у фонаря. №2».

Сердце Варвары Петровны бешено забилось. Это была не просто насмешка. Это была угроза по цепочке. Убийца брал за основу её старые дела, копировал их внешние атрибуты (кактус, шёлковый узел, минерал – что будет дальше?) и выводил на сцену второстепенных свидетелей тех историй. Инспектор Прохоров… кто следующий? Садовник Федот Игнатьевич? Проводник Максим? Анна из оранжереи?

Цель была ясна: игра. Игра с ней. Кто-то, кто знал все детали её расследований, возможно, имел доступ к архивам или… был их скрытым участником. Кто-то, кто хотел не просто убивать, а дразнить её, заставляя вновь и вновь переживать свои прошлые победы, превращая их в кошмар.

Звонок в номер заставил её вздрогнуть. Это был председатель детективного клуба, барон Тизенгаузен.

– Дорогая Варвара Петровна, – сказал его бархатный голос. – До меня дошли тревожные слухи. Вы в безопасности? Клуб предлагает вам свою защиту.

– Кто ещё знает детали моих дел? – прямо спросила она.

На том конце провода повисла пауза.

– Архивы клуба… они уязвимы. Мы изучаем утечку. Но есть и другой аспект. Ваша известность растёт. У вас появляются… поклонники. И не все они безобидны.

Поклонник. Маньяк-подражатель. Или… мститель? Кто-то, чью жизнь она разрушила, отправляя за решётку? Но её методы были тихими, она не выставляла себя героем. Кто мог так фанатично за ней следить?

В эту минуту Таня, бледная, показала ей экран ноутбука. В новостной ленте мелькнуло сообщение: «В Санкт-Петербурге разыскивают бывшего полицейского инспектора Павла Прохорова, пропавшего после дежурства. Его нашли час назад возле старой аптеки на улице Блока. В состоянии шока, без сознания. Рядом – шёлковый платок, туго завязанный сложным узлом».

Убийца не стал ждать. Он похитил и «вывел из игры» инспектора, исполнив свою угрозу. Номер «2» был «закрыт». Теперь очередь за номером три. И подсказка вела… куда? К «фонарю»? К «ночи»? Или к следующей строчке стихов?

Варвара Петровна встала. Страх ушёл, его сменила холодная, знакомая ярость. Кто-то посягнул не просто на неё, а на сам принцип справедливости, который она отстаивала. Превратил её труд в пародию, в кровавый спектакль.

– Таня, – сказала она твёрдо. – Нам нужны все материалы по моим делам. Всё, что публиковалось, все упоминания. И список всех, кто прямо или косвенно мог их изучить до мелочей. И… вызови, пожалуйста, ко мне того барона. И инспектора, который вёл дело на набережной. Игра началась. И мы будем играть по моим правилам.

За окном, в призрачном свете белой ночи, зажёгся одинокий фонарь. Где-то в этом городе теней и поэзии ходил человек, который считал себя режиссёром. Но он забыл, что Варвара Петровна Седова – не актриса. Она – драматург. И она пишет финалы.

Глава 2. Карта из стихов

Стратегия предугадывания была единственно верной. Убийца играл по заранее написанному сценарию, оставляя подсказки не просто так, а как часть своего спектакля. Надо было думать, как он.

Варвара Петровна закрылась в номере с Таней. На столе были разложены распечатанные строки, карта Петербурга и список всех второстепенных участников её прежних дел.

– Ахматова: «…весело цветенье этого острого кактуса». Место – набережная Мойки у Певческого моста. Первая жертва – галерист, к делам не относящийся. Но кактус – символ первого дела. Значит, убийца начинает с намёка на начало моей «карьеры».

– Блок: «Ночь, улица, фонарь, аптека…». Вторая жертва – инспектор Прохоров, найден у аптеки на улице Блока. Соответствует точно. Значит, следующая строчка укажет на место. Но какую строчку он выберет?

Она задумалась. Убийца явно был начитан, его театральность граничила с манией величия. Он не просто убивал – он цитировал. И шёл по хронологии её дел. Первое – «Кактусовый рай». Второе – «Шёлковый узел» (платок у Прохорова это подтверждал). Значит, третье будет связано с третьим делом – «Делом на высоте», поездом.

– Таня, найди стихи о поездах, путях, станциях. У Блока, у Пастернака, у Мандельштама.

– Варвара Петровна, – тихо сказала Таня, листая что-то на планшете. – А что если он не ограничивается серебряным веком? Первая строчка – Ахматова. Вторая – Блок. Третья… может, Цветаева? Или даже Пушкин? Но тогда логику угадать невозможно.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.