Владимир Малянкин – Студёная академия (страница 1)

Владимир Малянкин

Студёная академия

Пролог: Девочка, которая родилась в мороз

В ту ночь, когда я родилась, ударили такие морозы, что замёрзли даже колодцы.

Мать рассказывала: бабка-повитуха принимала роды и всё время крестилась. Не потому что тяжело, а потому что в избе стало холодно. Хотя печь топилась, хотя дрова трещали, хотя все окна завесили одеялами.

– Стужа идёт, – шептала бабка. – Стужа за ребёнком пришла.

Я родилась ровно в полночь. И в ту же секунду мороз отпустил. Температура в избе поднялась до нормы. Печь снова грела. Бабка перекрестилась в последний раз и сказала матери:

– Не жилица она, Марфа. Чует моё сердце – не жилица.

Мать заплакала и прижала меня к груди.

Я выжила.

Шестнадцать лет я жила в деревне Морозовка на самом севере королевства Вечного снега. Здесь зима длилась девять месяцев, а лето – три недели, когда снег чуть подтаивал и из земли вылезала жидкая, бледная травка.

Люди здесь были простые, суровые, как и погода. Рыбачили, охотились, молились старым богам (втайне от княжьих людей) и боялись одного – морянов.

Так называли тех, кто рождался с даром стужи. Говорили, они могут заморозить человека одним взглядом. Что они служат Морене – богине смерти и зимы. Что их надо убивать при рождении.

Я знала это с детства.

И знала, что во мне живёт этот дар.

Потому что когда я злилась – в избе замерзала вода в кружках. Когда я плакала – на окнах выступал иней. А когда мне было страшно – холод скручивал меня саму так, что зуб на зуб не попадал, хотя печь пылала.

Я научилась скрывать. Никогда не злиться при людях. Не плакать на людях. Дышать ровно и тихо, чтобы пар изо рта не выдал.

Мать знала. Она ни разу не сказала вслух, но я видела по глазам. Она боялась. Не меня – за меня.

– Марьяна, – говорила она, – если придёт кто, спрашивать будет – молчи. Поняла? Молчи и смотри в пол.

– Поняла, мам.

Я не знала, кто придёт и зачем. Но шестнадцать лет я готовилась.

И однажды они пришли.

Глава 1: Вербовщики

Их было трое.

Они въехали в деревню на лошадях, которых здесь отродясь не видели – высоких, тонконогих, с блестящей шерстью. Сами были в чёрных мантиях с серебряными узорами. На груди у каждого – знак академии: расколотая скала, из которой бьёт пламя.

– Вербовщики из Академии Стихий! – пронеслось по деревне. – Одарённых ищут!

Мы с матерью сидели в избе и смотрели друг на друга.

– Не выходи, – сказала она. – Скажусь больной.

– Они всё равно придут. Списки составляют.

– Тогда молчи. Ради бога, Марьяна, молчи.

Я кивнула.

Они пришли через час.

– Хозяева! – закричали с улицы. – Открывай, княжеское дело!

Мать открыла. В избу вошли трое. Двое молодых, с надменными лицами, и один постарше, с сединой в волосах и странным, внимательным взглядом.

– Здравствуй, хозяйка, – сказал старший. – Мы из Академии. Ищем одарённых. Есть дети?

– Дочь, – тихо сказала мать. – Марьяна.

Я вышла из-за печи. Опустила глаза. Стояла, как учили.

– Подойди, девочка.

Я подошла.

Старший достал кристалл. Прозрачный, с искрой внутри. Протянул мне.

– Возьми в руки.

Я взяла.

Кристалл был тёплым. Я чувствовала, как внутри него пульсирует что-то живое. И вдруг он начал… меняться.

Сначала пошёл рябью. Потом побелел. Потом покрылся инеем.

– Что за… – начал один из молодых.

Кристалл треснул. Разлетелся на куски.

Я отдёрнула руки. Куски льда и стекла упали на пол.

Тишина.

Старший смотрел на меня. Долго. Очень долго. Потом перевёл взгляд на мать.

– Давно?

– Что? – не поняла мать.

– Давно это у неё?

Мать молчала.

– Говори, женщина. Я не враг.

– С рождения, – выдохнула мать. – С самого рождения. Мы скрывали. Просим, господин, не губите. Она добрая, она никому зла не делала…

– Молчи, – оборвал он. И снова посмотрел на меня.

– Как тебя зовут?

– Марьяна, – ответила я. В первый раз подняла глаза.

Он вздрогнул. Я знала, что он увидел: мои глаза были цвета льда. Почти прозрачные.

– Стужа, – прошептал он. – Живая стужа.

– Господин магистр, – подал голос один из молодых. – Надо доложить директрисе. Это же…

– Я знаю, что это, – оборвал старший. – Без тебя разберусь.

Он повернулся ко мне.

– Марьяна. Я забираю тебя в Академию. Собирай вещи.

Мать вскрикнула.

– Не губите, господин! Она же погибнет там! Там же огненные, они её…