Владимир Малянкин – Семья по расписанию: Праздник каждый день (страница 4)
– Началось, – вздохнул Владимир, но улыбнулся. – Ну что, поехали?
– Поехали, – кивнула Юлия.
И первый день нового года начался.
Глава 2. 6 января. «Рождественский сочельник, или Операция "Кольцо"»
Часть 1. Тихий вечер перед бурей
За окном крупными хлопьями валил снег. В квартире пахло корицей, мандаринами и слегка подгоревшим печеньем – Милана решила испечь «фирменное рождественское» по рецепту из интернета, но отвлеклась на философский разговор с Артёмом о смысле бытия, и верхний противень пришлось спасать.
– Я же говорил: поставь таймер, – вздыхал Денис, ковыряясь в телефоне. – Я могу скиптон на тебя настроить. Он будет каждые пять минут кричать «Проверь духовку».
– Природа не терпит таймеров, – парировал Артём, размазывая краску по холсту. Он писал натюрморт «Рождественский сочельник», состоящий из трёх мандаринов, свечи и попугая Кеши, который нагло позировал, сидя на вазе с вареньем.
– Кеша, слезь, – лениво сказал Владимир, проходя мимо. – Ты не экспонат.
Кеша демонстративно отвернулся и клюнул варенье.
– Он художника выбирает, – заметила Юлия, помешивая кутью. – Володь, сходи в магазин, а? Сметану забыла.
– Сейчас, – кивнул Владимир и начал искать шапку.
В этот момент в коридоре появился Максим. Вид у него был странный. Не то чтобы больной, не то чтобы испуганный – скорее, как у человека, который проглотил секундную бомбу и теперь не знает, когда рванёт.
– Мам, пап, – сказал он неестественно бодрым голосом. – Я это… мы с Алиной погулять пойдём.
– В метель? – удивилась Юлия. – Макс, на улице минус пятнадцать и снегопад.
– Самое романтичное время! – вмешалась Милана. – Снег, звёзды, тишина… Артём, пошли с ними!
– Я пишу, – отказался Артём, не отрываясь от холста. – У меня тут свет поймать надо.
– Алина замёрзнет, – резонно заметил Владимир. – Макс, может, завтра сходите? Завтра Рождество, в церковь сходите, если хотите…
– Пап, ну пап, – заныл Максим. – Мы быстро. Туда и обратно. Я её провожу до дома и вернусь.
Юлия внимательно посмотрела на сына. Тридцать лет работы психологом не прошли даром: она видела ложь за версту. Но она также видела, что ложь эта – не опасная, а какая-то… трепетная.
– Иди, – разрешила она. – Шапку надень нормальную. И шарф возьми.
Максим чмокнул мать в щёку и исчез в прихожей.
– Что-то он темнит, – сказал Владимир, наконец найдя шапку под вешалкой. – Юль, ты заметила?
– Заметила, – улыбнулась Юлия. – Иди за сметаной. Разберёмся.
Часть 2. План Максима
На улице действительно была метель. Максим и Алина шли, держась за руки, проваливаясь в сугробы.
– Куда мы идём? – смеялась Алина, ловя снежинки ртом. – Ты сказал, у тебя сюрприз.
– Сюрприз, – кивнул Максим. – Только надо зайти в одно место. Тут недалеко.
– В каком смысле «надо зайти»? Мы же просто гуляем!
– Алина, – Максим остановился и посмотрел ей в глаза. – Ты меня любишь?
– Что за вопрос? – удивилась она. – Конечно.
– Тогда доверься мне. Пожалуйста.
У Алины внутри всё перевернулось. Такие вопросы просто так не задают. Она вдруг поняла, что у неё дрожат коленки – то ли от холода, то ли от предчувствия.
– Хорошо, – тихо сказала она.
Они дошли до парка. Старые липы стояли в снегу, как сказочные стражи. Фонари светили тускло, и снежинки в их свете казались золотыми.
– Здесь красиво, – прошептала Алина.
– Подожди, – Максим отпустил её руку и полез в карман. – Сейчас будет ещё красивее.
Он достал маленькую красную коробочку. Сердце у Алины ухнуло куда-то вниз, потом подпрыгнуло к горлу.
– Максим…
– Постой, не говори ничего, – он открыл коробочку. Там лежало тоненькое серебряное колечко с маленьким камешком. – Я понимаю, что мы ещё молодые. Я понимаю, что рано. Но я знаю точно: я хочу быть с тобой. Всегда. Ты… ты выйдешь за меня?
Алина смотрела на кольцо, на Максима, на снег, и слёзы уже текли по щекам, замерзая на лету.
– Да, – выдохнула она. – Да, да, да!
Максим просиял. Он полез в карман за кольцом, чтобы надеть его на палец…
И тут случилось то, что случается только в кино и в очень нелепых жизненных ситуациях.
Он поскользнулся.
Коробочка вылетела из рук, описала в воздухе дугу и исчезла в сугробе.
– НЕТ! – заорал Максим.
Алина замерла с протянутой рукой.
– Ты… ты серьёзно?
– Я найду! – Максим рухнул на колени и начал шарить в снегу. – Я сейчас! Оно здесь! Я видел!
Он зарывался в сугроб, как собака, ищущая кость. Снег летел во все стороны. Алина стояла рядом и не знала – плакать ей или смеяться.
– Максим, может, завтра? Холодно же…
– Нет! Сегодня! Я обещал сюрприз!
Прошло пять минут. Десять. Максим превратился в снеговика. Руки замёрзли так, что он уже не чувствовал пальцев.
– Макс, – Алина вдруг села рядом с ним в сугроб и обняла его. – Послушай. Мне не нужно кольцо. Мне нужен ты. Пойдём домой, согреемся, а завтра с фонариками придём. Хорошо?
– Но это нечестно, – пробормотал Максим. – Я хотел красиво…
– Это уже красиво, – засмеялась Алина. – Очень по-нашему. Нелепо, но искренне. Я это запомню на всю жизнь.
И в этот момент из темноты раздалось знакомое:
– Молодые люди, вы в сугробе не замёрзли?
Они обернулись.
На тропинке стоял Владимир. В шапке, с пакетом сметаны в одной руке и с фонариком в другой. Сзади маячили силуэты – Юлия, Милана, Артём, Ульяна и Денис с телефоном наперевес (он, кажется, снимал).
– Папа? – выдохнул Максим. – Вы… вы что тут делаете?
– За сметаной шёл, – пожал плечами Владимир. – А вы, я смотрю, тоже решили покопаться в снегу. Археологи, блин.
– Мы за вами проследили, – выпалила Милана. – Ты так таинственно уходил, мы подумали, может, ты тайную вечеринку организовал, а нас не позвал!