Владимир Малянкин – РАЙОН-СТАРТАП. БИТВА ЗА БУДУЩЕЕ (страница 2)

Именно в этот момент появился Василий Комов. Не один, а с двумя членами местного совета – мужиками в возрасте, с лицами, выражавшими глубокое сомнение в адекватности происходящего. Он молча наблюдал минут десять, как Анна Петровна, сняв пиджак, ловко орудовала граблями, сгребая гнилую солому.

– Народный субботник? – наконец спросил он, подойдя к Малянкину.

– Консервация объекта культурного наследия, – невозмутимо солгал Владимир Юрьевич. – Чтобы не рухнул на головы потомкам. Мы же ответственны.

– Ага, – хмыкнул Комов. – А «культурное наследие» в виде завода по производству чипсов, это ты вчера упоминал?

– В виде центра изучения покровских почв, – поправил Малянкин. – А чипсы… это побочный, так сказать, художественный продукт.

Один из членов совета, суровый дед с усами, ткнул палкой в сторону генерала Седова, который отдавал чёткие команды.

– А это что за военные учения? Опять манёвры?

– Это, дядя Миша, – вступила в разговор Людмила Семёновна, поднося им по стакану чая, – общественная инициатива ветеранов по сохранению исторической памяти о трудовых подвигах покровских животноводов. Вы же не против почтить память своих отцов?

Дядя Миша, поперхнувшись чаем, закашлялся. Аргумент был убийственный.

В этот момент случилось первое ЧП. Со стороны, где работала бензопила, раздался треск, крик «Шеф!» и грохот. Все бросились туда. Оказалось, дядька Стёпа, валя старое дерево, зацепил им полуразрушенную кирпичную трубу бывшей котельной. Труба, простоявшая тридцать лет, неожиданно сдалась и рухнула, к счастью, внутрь здания, подняв тучу пыли и кирпичной крошки.

Воцарилась тишина, нарушаемая только потрескиванием обломков.

– Ну вот, – мрачно произнёс Василий Комов. – Началось. Теперь это не консервация, а снос. И кто будет отвечать?

Из облака пыли вышел генерал Седов, отряхивая фуражку.

– Ничего страшного. Запланированный демонтаж аварийной конструкции. Всё под контролем. – Он повернулся к своим «бойцам». – Второму отделению – расчистить завал. Первому – осмотреть целостность несущих стен. Быстро!

Люди бросились выполнять. И тут произошло второе, уже цифровое ЧП. К Максиму подбежал Пётр Савельич, бледный.

– Максим! У меня в прямом эфире… смотри!

На ноутбуке, в окне стрима, среди комментариев «Молодцы!», «Так их!» всплывали другие, от аккаунтов-ботов: «ЭКОЦИД в Покровке! Власти тайно сносят историческое здание!», «Беспредел! Ради московских денег уничтожают память предков!», «Требуем немедленной проверки прокуратуры!».

– «АгроСила» проснулась, – стиснув зубы, сказал Максим. – Информационная контратака. «Бобёр», начинай!

Искусственный интеллект, который уже час анализировал стройку, сработал мгновенно. В чат стрима от имени модератора (аватаром которого был, конечно, стилизованный бобёр) полетели сообщения: «Внимание! Проверяем факты. Прикрепляем фото этого объекта за 2010 год (спасибо архиву „Яндекс.Карты“). Как видите, труба уже тогда была в аварийном состоянии. Сегодня – плановая расчистка от угрозы обрушения». К сообщению прикрепили сравнительные скриншоты.

А следом «Бобёр» запустил волну «живых» комментариев от подписчиков Петра Савельича – реальных жителей района: баба Глаша писала про пироги для строителей, Катя выложила фото своих детей, которые рисуют плакат «Мы хотим чипсы от папы!». Информационная атака захлебнулась в волне простого человеческого тепла и иронии.

Василий Комов, наблюдавший за этой кибер-битвой на экране ноутбука, покачал головой.

– Ну вы даёте. Воюете на всех фронтах. И лопатой, и… этим самым.

– А как иначе, Вася? – сказал Малянкин. – Мир изменился. Теперь чтобы построить что-то простое и хорошее, нужно быть и плотником, и дипломатом, и хакером.

К вечеру, когда солнце уже клонилось к лесу, территория была расчищена. Гора битого кирпича и гнилого дерева аккуратно сложена в углу. Скелет здания предстал во всей своей голой, но крепкой красоте. И главное – на его стенах, на самом видном месте, уже висели два самодельных плаката. Один, от школьников: «Здесь будет самый душевный завод!». Второй, от Анны Петровны, каллиграфическим почерком: «На этом месте в 1978 году был установлен рекорд по надоям. Пусть новый рекорд будет по человеческим улыбкам».

Люди, уставшие, грязные, но с сияющими глазами, пили чай у костра, сложенного из старой щепы. Василий Комов подошёл к Малянкину.

– Ладно, – тихо сказал он. – Завтра на совете проголосую за вас. И землю под цех выделим. Только смотри… – он ткнул пальцем в грудь Малянкину, – чтоб сорт «Покровская заря» был самым рассыпчатым. А то я тебе… я тебе мост обратно размою!

Это была победа. Маленькая, локальная, пахнущая дымом и потом, но – победа.

По дороге назад, в уазике, царило усталое, но светлое молчание. Прервал его Максим.

– «Бобёр» подсчитал. Сегодняшняя народная стройка спасла бюджету примерно 400 тысяч рублей на работы по расчистке. И… – он усмехнулся, – повысила наш «цифровой суверенитет». Мы отбились от первой хакерской атаки районного масштаба.

Малянкин смотрел в темнеющее окно. Да, они отбили атаку. Но он-то знал, что «АгроСила» просто сменит тактику. Впереди были тендеры, согласования, миллион проверок. Но сегодня они сделали главное – взяли место. Не на бумаге, а по праву тех, кто пришёл и начал его возрождать своими руками.

Он открыл блокнот.

«День 2. Народный подряд. Результат: территория взята. Союзник приобретён (Вася Комов, цена – сорт картошки). Потери: одна историческая труба (R.I.P.), три пары перчаток. Приобретения: тонна уверенности, что мы можем. Враг отступил, но не исчез. Завтра – бумажная война. „Бобёр“, готовь сканер и кофе. Много кофе».

ГЛАВА 3. БУМАЖНЫЙ ТИГР, ИЛИ КАК АРКАДИЙ ПАВЛОВИЧ СТАЛ ПАРТИЗАНОМ.

Три дня народной стройки в Покровке сделали своё дело. Дух был поднят, территория – отвоёвана. Но как только первые восторги улеглись, на стол Малянкина лёг объёмный конверт из областного комитета по имущественным отношениям. Безобидное название скрывало ультиматум.

«В связи с поступлением альтернативной заявки на выкуп объекта муниципальной собственности «Здание бывшего молочного блока» от ООО «АгроСила-Инвест», а также ввиду выявленных признаков несанкционированных работ на указанном объекте, проведение любых дальнейших действий приостановлено до разрешения ситуации в установленном законом порядке. Срок – 30 календарных дней».

Тридцать дней. Месяц заморозки. Месяц, за который «АгроСила» успеет провести десятки согласований, надавить на чиновников, а их юристы – найти сотни причин, чтобы проект умер сам собой.

– Это легально? – спросил Малянкин у юриста администрации, молодой и уже поседевшей от их проделок Натальи.

– Абсолютно, – вздохнула та. – Они ссылаются на процедуру. Пока идёт рассмотрение конкурирующих заявок, объект должен оставаться в неизменном состоянии. А ваши… энтузиасты уже трубу повалили. Это формальный повод.

В кабинете повисло тяжёлое молчание. Его нарушил тихий, но твёрдый голос Аркадия Павловича.

– Значит, нужно, чтобы их заявка перестала быть «конкурирующей».

Все посмотрели на экономиста. Он сидел, щёлкая дорогой шариковой ручкой, и в его глазах горел не знакомый всем скепсис, а холодный, расчётливый азарт.

– Я просмотрел их документы, – продолжил он. – Всё идеально. Уставной капитал, выписки, бизнес-план. Но есть одна… нестыковка. Их бизнес-план предполагает строительство логистического хаба для сельхозпродукции. Но согласно градостроительному регламенту участка в Покровке, он находится в зоне «СХ-2» – для переработки сельхозпродукции. А «логистический хаб» – это уже зона «ТР-1», транспортно-складская. Чтобы там такое построить, нужно менять вид разрешённого использования земли. А это – публичные слушания, решение совета… минимум полгода.

– То есть они подали заявку на то, что по закону там строить нельзя? – уточнил Максим.

– Они подали заявку на что угодно, – пояснил Аркадий Павлович. – Главное – застолбить место и нас заморозить. Они думают, что мы в этих дебрях не разберёмся. А мы… – он впервые за долгое время позволил себе едва заметную улыбку, – мы проведём свою операцию. «Бумажный тигр».

План Аркадия Павловича был гениален в своей бюрократической изощрённости.

Шаг 1: Встречный иск.

Наталья, под его руководством, подготовила заявление в тот же областной комитет. Суть: «Заявка ООО «АгроСила-Инвест» не соответствует виду разрешённого использования земельного участка, а следовательно, не может рассматриваться как обоснованная. Просим её отклонить как нерелевантную».

Шаг 2: Превентивная жалоба.

Параллельно, от имени «группы жителей села Покровка» (их подписи собрала Анна Петровна за банку варенья) была отправлена жалоба в прокуратуру. Не на «АгроСилу», а на сам областной комитет. «Чиновники допускают к рассмотрению заведомо несостоятельные заявки, вводя в заблуждение население и блокируя социально значимые проекты!»

Шаг 3: Создание «легенды».

Пока бумаги ходили по инстанциям, нужно было легализовать своё присутствие на стройплощадке. Аркадий Павлович нашёл лазейку.

– Объект признан аварийным, – говорил он, тыча пальцем в свод правил. – Угроза обрушения. Мы не «строим», мы проводим противоаварийные мероприятия. Для этого не нужно ждать рассмотрения заявок. Нужно лишь заключение комиссии о состоянии объекта.