Владимир Максимов – Человек мира. Путешествие как ремесло (страница 7)

– Может, он иностранец? – не оставлял Вэллд попыток выяснить что-нибудь о будущем собеседнике.

– Нет, нет! – быстро затараторил хозяин, воровато оглянувшись на одетых в казённые сюртуки постояльцев. – Он из Северных земель. Богатый купец.

Владелец заведения сообразил, наконец, что купец действительно похож на иностранца, а о постояльцах, прибывших из других стран, он обязан сообщать в ратушу – монополия на торговлю нуждалась в защите. После этого хозяин замолчал и начал сосредоточенно протирать грязноватым полотенцем стоящие шеренгой кружки, испуганно поглядывая на посетителей.

Поскольку добиться информации Вэллд больше не надеялся, да и время встречи подошло, он, пододвинув монету в сторону хозяина, задал последний вопрос:

– Где мне найти этого купца?

– По лестнице наверх, вторая дверь по левую руку, – раздался из-за его спины голос вездесущего мальчишки, который наверняка слышал разговор.

– Пошли покажешь, – позвал Вэллд с собой мальчика, а уже на лестнице спросил на всякий случай, – как тебя звать?

– Эдвин.

Постучав в дверь, Вэллд сразу же, не дожидаясь ответа, вошёл в комнату. Этот нехитрый трюк он всегда использовал, чтобы застать хозяев врасплох. Это иногда давало некоторое преимущество перед собеседником.

Однако в этот раз хитрость не удалась – обитатель комнаты стоял сразу за дверью, и врасплох застигнутым оказался скорее Вэллд. Остановившись в дверях, Вэллд замешкался с началом разговора, и начал его собеседник:

– Здравствуй! Ты пришёл вовремя – это хорошо. Я ценю в людях аккуратность. Хозяин комнаты говорил громко, и слова его были явно обращены наружу через незакрытую дверь.

Вэллд плотно затворил дверь, пробормотал слова приветствия, быстро, но внимательно рассматривая купца. Человек этот стоял спиной к маленькому окошку и к столу с лампой, поэтому его лицо и одежду видно было плохо. Фигура же его, чётко обозначенная на фоне окна, была невысокой, коренастой и довольно упитанной.

Купец, как будто нарочно давая себя рассмотреть, обошёл вокруг стола и сел прямо перед ярко горящей лампой, жестом приглашая Вэллда сесть напротив.

В комнате с низким потолком, помимо стола с четырьмя стульями, ещё был подвешенный к потолку незажжённый масляный светильник и камин у правой стены, в котором ярко горел огонь. В стене слева была дверь, вероятно, спальня – роскошь по меркам провинциального города.

Сев за стол, Вэллд уже внимательнее рассмотрел собеседника. На купце был надет сюртук очень дорогого сукна, тонкого, как полотно, но тёмно-зелёного цвета, что было необычно. Богатые жители Северных земель, позволяющие себе иметь дорогие вещи, предпочитали яркие цвета синего, красного или жёлтого оттенков. Несмотря на то что в комнате было тепло, даже жарко, на человеке, сидящем напротив, был ещё плащ того же тёмно-зелёного сукна, только потолще, а из-под сюртука виднелся воротник шёлковой сорочки.

Человек, назначивший Вэллду встречу, был в возрасте, но ещё не старый; с круглым и полным лицом, мясистым носом и густыми бровями. Он казался весёлым, добродушным и даже немного простоватым, если бы не маленькие, хитрые, глубоко посаженные глаза. Впрочем, сразу было видно, что человек он не простой и уж точно не контрабандист и не мелкий жулик. От него исходило то ощущение породы, которое не скроешь от внимательного собеседника и которое присуще людям недюжинного интеллекта, хорошо образованным и воспитанным, с богатым и разнообразным жизненным опытом.

Купец неторопливо налил в кружки, стоящие на столе, вина из пузатого кувшина, протянул одну собеседнику, другую взял сам и начал разговор:

– Итак, у меня к тебе есть поручение…

Говорил он с паузами, ожидая, что скажет собеседник, но тот молчал, и купец продолжал дальше:

– У меня есть конверт… Надо доставить его моему… партнёру, вернее родственнику… Он живёт в Подземном городе.

Купец замолчал, теперь уже с намерением получить ответ.

– Со дня на день из столицы в Подземный город пойдёт торговый караван. Я слышал, он будет проходить через Аро. Могу поговорить с нужными людьми и пристроить твой конверт, – неторопливо сказал Вэллд, показывая незаинтересованность.

– Мне не подходит караван, – прервал его собеседник, – караваны тащатся слишком долго. Кроме того, следует сохранить эту операцию в тайне, – добавил собеседник, заставив Вэллда насторожиться – купцы в Северных землях таких разговоров не ведут, – впрочем, я готов хорошо тебе заплатить, – человек, называющий себя купцом, со значением посмотрел ему в глаза.

– Сколько?

– Двадцать пять монет серебром сейчас и пятьдесят талеров бумажными, когда доставишь конверт.

Вэллд сделал над собой немалое усилие, чтобы сохранить хладнокровный вид. Цена была баснословной. Выждав паузу, как бы раздумывая над предложением, он произнёс:

– Цена неплохая. Можно взяться за эту работу. А что в конверте?

– А вот это тебе знать незачем, – речь собеседника приобрела уверенную интонацию, – два условия: первое – о конверте никто не должен знать; второе – конверт не должен быть вскрыт ни при каких обстоятельствах! Если не выполнишь условия, денег не получишь.

– Договорились.

– И последнее, – добавил купец, – я слышал, ты можешь пройти через ЛЕС. Я бы хотел, чтобы ты так и сделал и пошёл в Подземный город напрямик, так быстрее.

– Договорились. Это всё?

– Теперь всё. Запомни, человека, которому ты должен отдать конверт в Подземном городе, зовут Марвин Элл, найдёшь его в семнадцатом секторе.

Купец достал из складок своего суконного плаща и положил перед Вэллдом на стол конверт из сшитых вощёными нитками листов пергамента голубого цвета с тиснением в виде узора из цветов с красной сургучной печатью с изображением кабаньей головы и полотняный кошелёк с серебром.

Взяв и то, и другое, Вэллд попрощался и направился к двери, не задав собеседнику больше ни одного вопроса. Конечно, его разбирало любопытство, и, прежде всего, он очень хотел узнать о том, откуда купец узнал о нём самом и как его нашёл. Но основной причиной того, что к Вэллду обращались с разными поручениями, за которые хорошо платили, было не только умение их выполнять, но и привычка не задавать при этом лишних вопросов.

Выйдя из комнаты, Вэллд успел заметить в конце коридора Эдвина, проворно юркнувшего за угол, – мальчишка наверняка подслушивал. Вэллд спустился по лестнице, пересёк общую залу, кивнул хозяину, который почему-то сделал вид, что не заметил его, вышел на улицу и отправился назад в трактир.

Впрочем, беглого взгляда на конверт хватило ему для принятия решения всё же заглянуть внутрь – интересно, что в конверте, за доставку которого платят целое состояние. На окраине Аро, в ремесленном квартале, у самой городской стены у Вэллда жил приятель – бывший сапожник. Приятель этот, давно спившийся, имел золотые руки и пропил ещё не все сапожные инструменты. Он мог разрезать вощёные нити, которыми сшит конверт, а после заменить их такими же так, чтобы никто не заметил.

Вэллд собрался навестить приятеля утром, на следующий день, после чего сразу отправиться в путь к Подземному городу, но в старом городе за ним увязался человек в плаще с капюшоном, и события приняли такой оборот, что он вынужден был быстро уносить ноги.

Конверт остался запечатанным и, как выяснилось, стал причиной многих событий, которые произошли и ещё произойдут.

Итак, после того как Вэллд счастливо избежал смерти и покинул лагерь своих неудавшихся убийц, он, немного приведя свои мысли в порядок и составив примерный план действий, перешёл на свой быстрый и ритмичный шаг, держа направление на юг. Погони он не опасался – караулившая его компания вряд ли бы смогла быстро начать преследование, да и проводника у них уже не было.

Через три дня пути после того как он благополучно избежал засады, окружающий ландшафт стал меняться. Стало заметно теплее. Лес заканчивался – начинался ЛЕС.

ЛЕС

Так одновременно назывались и обширная территория, лежащая к юго-западу от Северных земель, и подобие государства, населённого обитателями этой территории. Здесь были совершенно другие климат, растительность и живность. Ничего похожего не встречалось больше нигде.

Вэллд шёл по абсолютно ровной поверхности, покрытой то ли пушистым мхом, то ли мягкой густой травой. Деревья, как будто посаженные старательным и педантичным садовником, были хотя и разных видов, но одинаковой толщины, росли идеально ровными линиями, на одинаковом расстоянии друг от друга. Стволы этих деревьев сливались между собой и, если смотреть прямо из любой точки, казались одной сплошной покрытой древесной корой стеной. Над головой кроны этих деревьев создавали плотный, но пропускающий свет купол, через который невозможно было разглядеть солнце днём или звёзды ночью. Среди деревьев царила тишина: не доносилось ни пения птиц, ни жужжания насекомых, ни других обычных для лесной местности звуков. Ветра тоже не было. Здесь всегда было одинаково тепло и влажно, независимо от времени года. Деревья всегда были зелёными, а на траве (или мхе) не видно было ни одного опавшего листочка. Кроме этого, в ЛЕСу полностью отсутствовали источники воды: не было не только рек и озёр, но даже и родников. Ну и дополняло эти особенности местности полное отсутствие животных, ягод, грибов, плодов на деревьях, орехов, то есть всего того, что может быть съедобным.